Сложности в отношениях с ревнивым парнем

Я смотрел на стремительно приближающуюся фигуру парня. В моей голове проносились разные картинки последствий такой встречи. Я чуть подался вперед, намереваясь загородить Стаса от Саши, если они вдруг захотят «любезно пожать друг другу руку». — Привет, — сказал Александр, подойдя к нам. Из-за беспокойства я не сразу сообразил, что парень уже передо мной. — Ну, здравствуй, — ответил за меня Стас. — Смотрю, хорошо время проводите? — продолжил Саша, даже не взглянув на моего друга. Вместо этого он, наверное, пытался прожечь во мне дыру. — Да, — ехидно ухмыльнувшись, продолжил беседу Стас. Саша поднял взгляд, но головы не поднял. Она была чуть наклонена вниз, так как он смотрел на меня, а я был меньше ростом. Такие хищные глаза я видел у него только раза три в жизни. И всегда после этого он обычно надирал зад своим противникам. — С-Саш… — я всё-таки решил заговорить, но в моём горле будто стоял ком. Я откашлялся. — Саша! — произнес я уже гораздо отчетливее, заставляя парня обратить на меня внимание. — Отойди, — ответил он мне. — Потом поговорим. — Нет! — Не переживай, — поспешил перебить меня Стас, положив свою руку мне на плечо. — Мы быстро переговорим. Да, Сашенька? — черти так и плясали в глазах друга. Я изумленно посмотрел на парней. Внезапно Саша дернулся и через мгновение уже держал Стаса за ворот кофты. — Для тебя Александр, — он зло посмотрел на недруга. — Стойте! — я безрезультатно пытался предотвратить развитие событий. Мои попытки казались мне похожими на попытки утопающего выбраться из океана. Разве меня кто-то слушал? — Пожалуйста, прекратите! Мы можем нормально разобраться? — Уже ничего не может быть нормально, — бросил Саша. — Конечно, не может, — усмехнулся Стас. — Особенно после такого поцелуя, да, Артём? — он бросил на меня мимолетный взгляд. — Знаешь, как хорошо с ним… — парню не суждено было договорить, так как в ход пошли кулаки. Александр наотмашь ударил русоволосого по щеке. В тот момент мне показалось, что в его взгляде проскочило какое-то отчаяние. — Он говорит правду? — Саша в ожидании уставился на меня. Я хотел что-то сказать, но лишь поджал губы от бессилия. Возможно ли было сейчас что-то доказать своему парню? В ответ он стиснул зубы и коленом врезал Стасу по животу, выпустив после этого его кофту из рук. Станислав согнулся пополам, закашлявшись, но отступать не собирался, нанеся ответный удар сопернику и попав ему в левый бок. Люди, иногда проходившие мимо, либо изумленно смотрели на драку, либо старались обойти поскорее это место. Но дерущихся это, похоже, совсем не волновало. Мир будто перестал для них существовать. Саша поморщился и схватил Стаса за руку, которой тот нанес удар, после чего сильно дернул его вперед, но парень устоял. Я попытался остановить их, схватив Сашу за руку, которой он собирался заехать моему другу по лопатке. Стас вырвался и попытался тоже ударить Сашу, но я успел встать между ними. — Вы что творите?! — крикнул я. — Я понимаю, уже вечер, но люди-то всё-таки мимо проходят! Вы устроили не пойми что, да еще и на входе в парк. Вы совсем с ума сошли? Я же просил вас нормально поговорить! — я раздражался всё больше и больше. — Нет, мы же всё только кулаками решать умеем! Ты! — я ткнул пальцем в Стаса. — Спасибо за столь чудесный сюрприз, не ожидал я от тебя, конечно… А ты! — я указал на Сашу. — Как провел сегодня время с той девушкой, а? Весело было?! Вот и мне было весело! — я остановился и перевел дыхание. — Значит так, прекратите оба и разойдитесь друг от друга подальше. И от меня тоже, — я развернулся. — Бля, весь день к чертям, спасибо, дорогие друзья! — в глазах начало неприятно щипать. — Стой, Артем! — Саша пошел было за мной, но я оглянулся. Видимо, у меня был такой дикий взгляд, что тому пришлось остановиться. — Прежде чем обвинять меня в измене, научись сам вести себя так, чтоб не вызывал подозрений, — негромко ответил ему я. — Ты ограничиваешь меня во всем, а сам тусуешься с кем душе угодно! — я снова отвернулся и быстрым шагом направился к остановке, желая лишь побыстрее оказаться дома. Мне было уже плевать на заинтересованные взгляды зевак, на возгласы людей, которые несли в себе что-то вроде «прекратите разводить шум», «хотите чинить разборки — идите в другое место» и тому подобное… *** Я лежал на кровати в своей комнате, уставившись в потолок и раскинув руки в разные стороны. Телефон отчаянно бзикал, поэтому я просто выключил его. Я прикрыл глаза и попытался раствориться в пространстве. Конечно же, в переносном смысле. Я вслушивался в приглушенные звуки с первого этажа нашего дома. Мама с папой о чем-то беседовали, Семен периодически заливисто смеялся. Теплая домашняя атмосфера, завтра выходной… А на душе всё равно противно, да еще и голова начинает болеть. Снова и снова я вспоминаю те слова Стаса и тот отчаянный взгляд Саши, которым он безнадежно окинул меня. Переворачиваюсь на живот и утыкаюсь лицом в одеяло. Спустя некоторое время, когда уже начал засыпать, я услышал оживленные звуки снизу. Как оказалось, это пришла Милена, причем, в весьма непрезентабельном виде. Кстати, вчера я её не видел, интересно, где она пропадала? Я уже и забыл про неё… Спустя несколько минут раздался стук в мою дверь. — Можно я зайду к тебе, братик? — проныл голос из-за двери, в котором сразу узнавалась Мила. — Нет, нельзя, — я был не в духе для разговоров. — Это важно! — Мне всё равно, Милен. Милена зашла ко мне в комнату, полностью проигнорировав мои слова, и осмотрелась. — Ниче так, но маловата… — вынесла она вердикт. — Ты мою комнату оценивать пришла или что? Что вообще надо? — что надо этой женщине?! Девушка закусила губу и села на край кровати. Вид у неё был весьма понурый, а лицо вдруг стало очень серьезным и озабоченным, что для неё нехарактерно. — Как дела? — спросила она у меня. — Плохо, — я отвернулся и накрылся одеялом. — Ммм… — протянула Милена. — А меня, вот, — она на секунду замолкла, как бы собираясь с мыслями, а затем резко выдохнула, — жених бросил. — Что? — я развернулся к ней и сел. Она молчала. Тогда я встал с кровати и предложил ей прилечь: всё равно ведь не уйдет. Мила откинулась и начала свою долгую тираду: — Ну и сукин же он сын! Я всегда это знала, на что я надеялась? Чтоб он сдох с этой шкурой! Чтоб детей у таких поганых людей не было! Сволочь, сволочь! Придурок! Когда мы с ним познакомились он был так мил со мной, а потом вдруг вздумал, что может позволить себе больше, потаскуха, бабник! Но вроде потом перестал, у нас было такое душевное примирение! Неужели всё это было жестким лицемерием?! Я всегда… — дальше я уже перестал её слушать, улавливая из разговора лишь какие-то бессвязные слова, но мне был прекрасно понятен этот гнев. Я тоже был рассержен, и она будто выговаривалась и за меня, так что я просто спокойно сидел рядом с ней и аккуратно гладил её руку, а то, не ровен час, она начнет размахивать этой рукой и зарядит мне куда-нибудь, ведь второй она уже активно жестикулировала. Да, мы с ней не были очень близки, но подобное иногда случалось: когда одному из нас было плохо, другой приходил и выслушивал или утешал. В первый раз это случилось в моём детстве, я был обижен на кого-то в школе и закрылся в своей комнате. Она же тогда гостила у нас и, заметив, что мне плохо, пришла и начала меня успокаивать. Сначала меня это взбесило, но потом я понял, что делает это она из самых благородных порывов, и я понемногу успокоился. В итоге мне пришлось ответить на её заботу тем же, когда она очень горевала и пришла ко мне изливать душу, точно так же, как сейчас. — Да ладно тебе, отпусти его, он не достоин тебя, а ты не достойна такого обращения. — Но мы столько с ним пережили, даже жалко как-то… Неужели всё это пустое?! — Забудь. Кто изменил один раз, тот изменит и второй. Не ведись на таких придурков! — Не оскорбляй его, вообще-то мы были отличной парой. Вот бы убить только ту шмару! — ох, не понимаю я женщин. Сначала обматерят его, потом «не обзывай его». — Ты сама его только что материла… — я закатил глаза. — Да потому что пидр он! — после её слов я невольно вздрогнул, будто это было брошено мне. Я вспомнил те далекие времена, когда меня так обзывали. — Эм… Но он же к девушке ушел? — Мудак! — выкрикнула она и кинула подушку в дверь. — Ты давай потише, а то родители услышат. Или, чего доброго, еще и брат услышит. — Тебе не понять! Ты не девушка и тебя не кидал парень. Вот скажи честно, тебя когда-нибудь кидала девушка? — Ну… было дело. — Или это ты её бросил? Все вы мужики такие, бросаете, не задумываясь о наших чувствах, для вас это просто! — не прекращала истерить сестра. — Ну, знаешь! Во-первых, есть и девушки, которые клеятся на каждого встречного, не задумываясь о чувствах парня! Или истерят по поводу и без, и всего им мало, и это не так, и то не это! — тут я почувствовал себя немного идиотом, но продолжил. — Люди разные бывают! Как и неадекватные бабы, так и мужики, сволочи! Так и норовят поддеть, ради своей выгоды на что угодно готовы! А есть еще ужасные ревнивцы, так и бесят, когда без повода начинают загоняться или выслушать не желают! — я остановился и перевел дух, понимая, что сказал лишнего. — М, а я смотрю, ты разбираешься. А я-то думала, что ты совсем ничего не понимаешь… — как ни в чем не бывало ответила Милена. — Э… ну, понимаю немного… В общем, прошу тебя, забей на него. Просто он с самого начала был мужиком сомнительным, — со знанием дела ответил я, так как видел его еще до того, как он стал женихом Милы. Они вдвоем к нам в гости приезжали пару раз. — Твои родители сказали то же самое… Ладно, спасибо, — она слегка улыбнулась. — Я, пожалуй, пойду посплю, а то что-то голова болит. — Конечно, болит — так пить! Иди проспись, с утра тебя ждет замечательное похмелье, — усмехнулся я. — Да уж, — усмехнулась она в ответ, направляясь к двери. Подойдя к ней, она подняла подушку, что валялась неподалеку и кинула её в меня. — Спокойной ночи, — девушка вышла, хлопнув дверью. — Извини, я силу не рассчитала, — послышалось из коридора. — Да ничего, — крикнул я в ответ. Затем, посидев и подумав обо всем произошедшем, я выключил свет и, укутавшись в одеяло, лег спать. Но тут мой взгляд упал на телефон, и я решил включить его, так как мне стало интересно, что понаписали мне парни. Дождавшись, пока телефон включится, я зашел в сообщения. Их было сорок три — тридцать от Саши и тринадцать от Стаса. Последним сообщением от друга было «зайди вк», что я незамедлительно сделал. Там меня ждала еще большая гора сообщений, на этот раз где-то за сотню у Стаса, потому что он любит писать по предложениям отдельно в каждом сообщении, и двадцать от Саши, который написал мне свои большие монологи. Оба, конечно, извинялись за случившееся и оправдывались. Я отшвырнул телефон в сторону, решив прочитать всё завтра, и уснул.