Герои и злодеи

       В понедельник после обеда они столкнулись в комнате. Это был суматошный, сумбурный день, полный бессмысленной беготни.       — Я слышал, комендант завтра нагрянет с проверкой. И он, наверное, не будет рад, что ты стул разбил, — сообщил Теон, судорожно прибираясь в комнате.       — Будет тебе стул. Ты просто всё время ноешь! То ему стул подавай, то ему ножом угрожают, то шутки мои несмешные, — Рамси возвел глаза к потолку, давая понять, как же Теон его достал. А затем, развалившись на кровати, протянул руку к конфетам, которые углядел на столе.       — Их нельзя есть!       — Тебе что жалко? Я тебя угощал, — возмутился Рамси, так и замерев с протянутой рукой.       — Это для Эмили, она скоро придёт. И тебе пора свалить, — Теон положил ему на ладонь две конфетки, а потом вернулся к уборке. Он запинал обувь под кровать, а вещи, которые громоздились на стуле, запихнул в шкаф.       — Ладно, ухожу, — Рамси нехотя поднялся с кровати, и, развёрнув обёртку, отправил конфету в рот.       Обернувшись на пороге, добавил:       — Теон, не на моей кровати.       — Да, конечно, — пообещал Теон, оглядывая комнату, кажется, всё было в полном порядке и выглядело прилично. И пусть дверца шкафа толком не закрывалась, а покрывало свисало до пола, прикрывая завалы различного хлама под кроватью, но на первый взгляд вполне приемлемо. Эмили же к нему придёт не за тем, чтобы инспектировать порядок в комнате.

***

       Рамси собирался выполнить своё обещание, и направился в кабинет труда. Раз уж он разломал этот чёртов стул, то сам сделает новый. По крайней мере, он не хотел, чтобы Теон нудел целую вечность. Он изложил учителю свою просьбу, не вдаваясь в подробности. Мистер Клиган на скорую руку набросал ему чертёж, но не стал стоять над душой и отправился по своим делам.       Рамси долго вглядывался в схему, повертев её и так и эдак, но всё равно ничего не мог понять. Сказать прямо, в чертежах он ни черта не смыслил. Деревянные звери в его мире совсем не имели ничего общего с чертежами и схемами. Промучившись минут двадцать и отбросив бесполезный чертёж, он задумался о том, как вообще должен выглядеть этот проклятый стул. Предмет мебели, представший перед ним, казался поистине королевским, не стул, а настоящий трон. К сожалению, это всё было лишь в его воображении, а на практике мало что дало. Дурацкие деревяшки не желали складываться во что-либо, хоть отдалённо напоминающее нужный предмет мебели. Провозившись пару часов, он проклял Грейджоя и ненавистный стул в бога, душу, мать, и не один раз. Вскоре мистер Клиган пришёл посмотреть, как у него продвигаются дела.       — Не получается ничего! — Рамси в сердцах кинул молоток на стол.       — Давай посмотрим, — учитель склонился над верстаком, созерцая его творение.       Рамси только и успел доски выпилить, да и то, они все оказались разного размера. Зато были украшены замысловатыми узорами.       — Красиво, но проку от этого мало. Давай, помогу тебе, — предложил мистер Клиган, и принялся отмерять детали по чертежу.       Рамси удивился, что трудовик, вместо того, чтобы обругать его безруким олухом и выгнать вон, предложил ему свою помощь. Работа спорилась в руках мастера, и стул начинал приобретать презентабельный вид. Теон позвонил ему, и сказал, что он может возвращаться. Но Рамси хотел всё доделать сегодня. К сожалению, шёл уже седьмой час и мистер Клиган, видимо, не желал проторчать здесь всю ночь, поэтому предложил ему закончить завтра, пообещав помочь.       Только Рамси вышел из кабинета, как у него зазвонил телефон. К его неудовольствию это снова оказался отец. Рамси заверил его, что дела в школе у него просто превосходно, и в субботу, он, конечно же, не был пьян, и, выслушав пару нотации и угроз, с облегчением отключился. Завтра ожидался визит коменданта и дел было невпроворот. Предстояло убрать все запрещённые предметы, как-то: сигареты, алкоголь, наркотики, оружие и прочие «радости жизни». А ещё сделать домашнее задание, а проклятый стул совсем его вымотал. Покончив с уборкой и уроками, он так устал, что едва его голова коснулась подушки, сразу же провалился в сон.       Ему снился полумрак подвала и звенящая в воздухе цепь. Злой голос отца, высокий тёмный силуэт которого, нависал над ним. Боль и отчаяние, вода в железной миске и его кровь на холодном бетонном полу.       — Рамси, проснись! — тряс его за плечо Теон.       — Чего тебе? — в комнате горел свет, но Рамси не сразу сообразил, где находится. Кошмар обрывками тумана кружил в голове. Его колотил озноб, будто он на самом деле, только что был там, в холодном промозглом подвале.       — Ты орал как резаный, вот я тебя и разбудил, — Теон сонно зевнул, и взглянул в окно, уже светало, и вставать нужно было через пару часов.       — Просто плохой сон, — неохотно пояснил Рамси, и перевернулся на другой бок, подняв одеяло, которое во сне скинул на пол.       — Я попытаюсь поспать ещё, если ты снова не будешь орать, — Теон вернулся к своей кровати, и беззаботно сопел уже через несколько минут.       Рамси проворочавшись в постели до рассвета, так и не смог больше заснуть. В голове царил кавардак, но пришлось тащиться на уроки. В состоянии полусна-полуяви, он отсидел пять уроков, толком не понимая и не слушая о чём речь. Он машинально водил ручкой в тетради, мечтая о том, чтобы поскорее прозвенел звонок. Последним уроком стояла физкультура, и он решил прогулять. Голова разболелась так, что при мысли о том, что придётся прыгать за мячом, становилось тошно. Хорошо, хоть не бегать, вратарём он в классе оказался самым лучшим, и это место было безоговорочно закреплено за ним. Хотя, и это не особо радовало: командные виды спорта его никогда не воодушевляли.        Намного лучше отвечать самому за себя. Когда-то в детском летнем лагере у него было первое место по стрельбе из лука. Он тогда выбрал именно этот кружок, потому что крылось что-то завораживающее и притягательное в дрожащем цветном оперении стрелы, пущенной в цель. Когда затаив дыхание смотришь, как она вонзается в ровный круг мишени, попадёт ли в центр? Словно звучали струны древних времён, легенды о добрых разбойниках и злых королях, как в книжке о Вильгельме Телле и Робин Гуде.        Рамси сидел на качелях во дворе, тупо уставившись в землю. Надо, наверно, сходить в медпункт и попросить у медсестры таблетку. Но вставать и идти совершенно не хотелось. Уроки закончились, и звонок давно прозвенел, а Рамси так и сидел, лениво раскачиваясь и сминая ботинками увядшую листву. Он сглотнул, и понял, что если не прекратит качаться, то его сейчас стошнит, поэтому затормозил, и взялся руками за голову, боль всё нарастала, разламывая череп пополам. Рамси на секунду закрыл глаза, а когда открыл, то перед ним возникли ноги в кроссовках и синих спортивных штанах. «Очевидно, физрук», — подумал он, и, убрав руки, поднял голову.       — Почему прогуливаем? — миролюбиво поинтересовался учитель. Высокий, хорошо сложенный рыжеволосый мужчина. Мистер Тормунд Бьёрсон. Потомок воинственных викингов, которого неизвестно зачем занесло в этот убогий край.       У Рамси даже не было сил оправдываться.       — Голова болит, — вяло ответил он, рассматривая красно-жёлтые листья.       — Мог бы подойти и сказать. Я же не зверь какой-то — всё понимаю, — мужчина говорил с мягким акцентом.       — Следующий раз так и сделаю, — согласился Рамси, он хотел уже поскорее добраться до своей комнаты.       — Что-то ты бледный, — взглянув ему в лицо, заметил учитель.       — Я всегда такой. Я вампир, — усмехнулся Рамси и поднялся с качелей.       — Да, ну? — хохотнул физрук. — Пойдём, провожу тебя в медпункт, — взял его за локоть учитель.        Пришлось идти под надзором физрука. Медсестра измерила температуру и давление, и дала таблетку от головной боли. Учитель заботливо сопроводил его до комнаты, где Рамси сразу же повалился на кровать, ожидая, когда таблетка подействует и боль отступит. Ему даже удалось заснуть. Кажется, он только сомкнул глаза, как Теон уже снова трясёт его за плечо.       — Рамси, проснись!       — Что? — еле разлепив веки, бормочет он.       — Мистер Бейлиш явится с минуты на минуту. Я не знаю, куда эту твою «Ярость викинга» спрятать. А сигареты я убрал и пепельницу тоже заныкал, — тараторил Теон.       — Я слишком злой для общения. Отстать, — отмахнулся Рамси и снова закрыл глаза.       — Это тебя вообще-то, тоже касается, — снова принялся тормошить его Теон.       — Да, что ты такой беспомощный! Поставь бутылки на шкаф. Наверх никто не смотрит, — Рамси надеялся, что Теон, наконец, угомонится и оставит его в покое.       — Я без стула не достану, — пожаловался Теон и скривил губы. Шкаф был старинный и высоченный.       Рамси спросонья не понял, в чём суть проблемы, но потом до него дошло. Нехотя поднявшись с кровати, он обулся и вышел из комнаты. Минут через десять вернулся вместе с высоким длинноволосым парнем в балахоне с Мерлином Мэнсоном.       — Демон — Теон, — представил Рамси.       — Привет, — во все глаза уставился на парня Теон, и протянул руку для приветствия.       — Здорово, — Демон с силой тряхнул его ладонь.       О том, что нужно сделать они договорились по дороге, и парень без труда поставил бутылки на шкаф, так, чтобы их не было видно снизу.       — Спасибо, — поблагодарил Теон. А Рамси удовлетворённо кивнул, давая понять, что доволен результатом.       — Обращайтесь, гномы, — дружелюбно осклабился Демон. — Бывай, Граф, — хлопнул Рамси по плечу и ушел.       — Иди, возьми у кого-нибудь стул, — Рамси предполагал, что комендант не может находиться во всех комнатах сразу. Наверняка он продвигался по этажу, начиная от лестницы вглубь коридора. Значит, можно попросить стул у тех, к кому он уже успел наведаться.       Теон только собирался отправиться на поиски, как раздался деликатный стук в дверь. В комнату вошёл мистер Бейлиш.       — Здравствуйте, дети, — комендант излучал дружелюбие и благосклонно улыбался, пока не успел заметить в комнате видимых изъянов. Он принялся осматривать помещение, и что-то помечал в своём блокноте.       — Так. Стул у вас был, и где он? — сверившись со своим инвентарным списком, поинтересовался он.       — Сломался, — прямо сказал Рамси, пока Теон выдумывал правдоподобный ответ.       — За порчу казённого имущества штраф полагается. Я позвоню вашим родителям, и им придётся возместить ущерб, — комендант досадливо что-то начеркал в блокноте. Теперь он не выглядел таким благожелательным и добрым. — Не дети, а варвары! Одни люстру разбили, другие стул сломали. И это только начало учебного года! Одни сплошные убытки, — проворчал комендант, а после захлопнул блокнот и обратился к ним. — Завтра с двух до трёх, пусть кто-нибудь из вас зайдёт ко мне в кабинет, я выпишу новый стул, — он выдал нужную информацию и собирался уходить.       — Какой ещё штраф? Этому стулу лет больше, чем всем вместе взятым в этой комнате! — фыркнул Рамси, и в наглую развалился на кровати       — Ты себя считаешь умнее других? — комендант взглянул на него с любопытством.       Рамси хмыкнул, давая понять, что ответ очевиден.       — Встань! С тобой разговаривает взрослый человек, изволь проявить уважение.       — Да, понял я, что вам охота деньги с кого-нибудь стрясти, — Рамси и не думал выполнять требование коменданта.       — А ты нахал! Как твоя фамилия? — если уж мальчик хочет неприятностей, то он их непременно получит.       — Болтон, — бросил Рамси и вызывающе уставился на него.       — Я твоим родителям позвоню немедленно, — пообещал комендант.       — Из-за стула? Серьёзно? Или из-за того, что назвал вас крохобором? — Рамси начал заводиться, и Теон подумал, что ничем хорошим это не закончится.       — Каким тоном ты разговариваешь? Я сообщу о твоём поведении классному руководителю! — пригрозил мистер Бейлиш.       — Да хоть самой королеве! — повысил голос Рамси.       — Наглец! — с этими словами, комендант, раздражённо качнув головой, удалился. У него огромное количество работы, и вся школы, можно сказать, держится на его плечах. А посему у него нет времени на препирательства с малолетним грубияном. Но тем не менее, родителей он обязательно уведомит о его поведении — так решил мистер Бейлиш.