Рассвет

1. Незнакомцы Клэри напряжена, как струна, когда видит Изабель впервые. Она ее не знает, она совсем не понимает, почему та так лучезарно улыбается ей. Она не доверяет ей, этому миру, всему, происходящему вокруг. И твердо уверена, что не хочет ничему доверять. Только Изабель отдает ей свое платье, даже не задумываясь, и ведет себя так, будто они совсем не чужие. 2. Краски Руки, футболки перепачканные. И немного желто-зеленой краски на носу. Клэри всегда такая сосредоточенная, когда рисует. Изабель еле от смеха всякий раз удерживается, когда видит ту за очередной работой. Чтобы быть художником, наверное, надо постоянно пачкаться в красках. Подобное Изабель чуждо. Уж если в чем и пачкаться, то в крови. 3. Бесполезная Совершенно ничего Клэри не умеет. Ни драться, ни клинок в руках держать. Изабель молча слушает, как ее братья на повышенных тонах из-за Фрэй ссорятся. Гладит ее по плечу и улыбается. Все это можно исправить. А вот чувство стиля — его отсутствие, если точнее — уже никак не подкорректировать. Изабель знает, что Клэри не бесполезная. Изабель знает, что у этой маленькой рыжей фурии есть потенциал. Немного здравого смысла к этому потенциалу, и все получится. А тренировками той она займется самостоятельно. 4. Солдат Изабель не художница, Изабель — воин. Она голыми руками может голову о бетон раскроить, если понадобится. У нее железный стержень внутри, такие не ломаются, не гнутся. Понять, как в ней умещается еще и любящая красивые платья и высокие каблуки девушка просто не получается. Сначала Клэри совершенно недооценивает Изабель, считает ее избалованной девчонкой, которая привыкла вести себя как угодно, потому что рядом есть братья, которые вытащат ее задницу из любой передряги. Лишь спустя некоторое время, она видит, какой опасной может быть Лайтвуд даже без оружия. 5. Переплетенные пальцы По факту, Изабель ей не дает времени что-то обдумать или понять. Она решает все за двоих — просто тянет Клэри за руку и утягивает в свой мир. Если это дружба, то она какая-то странная. Сжимая холодными пальцами ладонь Изабель, Клэри боится, что это совсем не дружба. Она откровенно боится влюбиться в эту идеальную со всех сторон девушку. А это уже чем-то ненормальным попахивает. Но руку той она не отпускает, только сильнее за нее цепляется. 6. Платья Одалживать ей свою одежду скоро войдет в привычку. И наверное, стоило бы потащить Клэри по магазинам и просто купить ей что-то нормальное. Только вот, если задуматься, Изабель нравится утром в очередной раз одалживать ей свои платья, а ближе к ночи стягивать их. 7. Дурной характер Клэри просто невыносимая. И это признают абсолютно все, даже влюбленный в нее по уши Джейс. Что-то объяснить ей невозможно, переспорить ее невозможно. Если она вбила себе что-то в голову, ее не остановишь. Изабель и не пытается. В отличие от других она не пытается переть на пролом, не пытается рьяно противостоять. Целует ту мягко и не гнет свою линию. Изабель умнее, она знает, как сделать все в обход. Она умеет справляться с взбалмошным характером Клэри, не ссорясь с ней. Надо лишь знать, как правильно поступить. 8. Корица К всевозможным пряностям у Клэри особое отношение, она потребляет корицу в диких количествах. Добавляет в кофе, в чай, даже в кашу. Изабель только морщит нос и будто случайно заявляет, что рано или поздно та умрет от переизбытка корицы в организме. Но когда Клэри целует ее, с чертовым вкусом корицы на языке, Изабель готова поспорить, что корица не так и плоха, как могла бы быть. 9. Угольный В гардеробе Изабель так много вещей черного цвета, что они выдают в ней Сумеречного охотника сразу же. Сколько Клэри ни пытается, она все никак не может перестроиться. И только вещи, тщательно выбранные ее девушкой, все же приживаются у нее в шкафу, становятся чем-то привычным, уютным, повседневным. На черном кровь не видна, но почему-то она все равно расстраивается всякий раз, когда умудряется испачкать подаренную Изабель кофту. 10. Мята Ни разу Клэри не видела, чтобы Изабель жевала жвачку. Ни разу. И тем не менее всякий раз, когда она прижимается своими губами к чужим, когда позволяет чужому языку скользнуть внутрь, вкус до дикости, до сведенных скул свежий. Никакая мята не сравнится. А Изабель только хитро улыбается, уклоняясь от всех вопросов и стаскивает с Клэри кофту, намекая на продолжение. 11. Тренировки Изабель тренируется с Клэри чаще, чем стоило бы. Тащит ее на маты при любой удобной возможности. И всякий раз как бы случайно подмечает, что все приемы, которым ту учит Джейс, больше для его комплекции подходят, чем для нее. Клэри впитывает моментально, несмотря на то, что ей явно не достает техники. Но с этим они еще поработают, тем более, что Изабель серьезно настроена добиться качественного результата. 12. Смерть Их жизни протянуты нитями черными. Смерть подкашивает близких, родных и никак не успокоится. Ходит постоянно будто за спиной. Клэри улыбаться не может, ее будто под дых бьет каждая смерть. Изабель заправляет ей прядь волос за ухо, а она надеется, что та останется с ней. Хотя бы одна-единственная будет с ней до конца. И умрет позже нее. 13. Холст Рисовать свою жизнь, как на холсте не получается. Жизнь летит с горы не по плану, мазками странных цветов разукрашивая общую картину. Все катится и катится, и никак не остановится; Изабель помогает балансировать, не падать, стоять ровнее. Клэри благодарить не умеет, улыбается несмело-аккуратно и протягивает ей руку, чтобы пожать. Та смеется звучно и оставляет след въедливой в кожу помады на щеке. 14. Кинжал У Изабель запасных планов всегда припасено достаточно, ее безоружной застать невозможно. Кинжал спрятать всегда удается где-то; Клэри не понимает где, одежда обтягивающая и короткая. Изабель подмигивает ей, напоминает, что при их образе жизни опасно не иметь припрятанного оружия. Клэри в который раз думает, что слишком наивная и глупая. Сталь холодит кожу и в руке лежит тяжело; Изабель обещает научить ее пользоваться этой штукой, которая еще не раз спасет ей жизнь в будущем. 15. Кожа Кожаная одежда Клэри не идет, кажется ей какой-то вульгарной и дешевой. Все, кроме курток. Все, кроме того, что на Изабель. Ее девушка носит любую одежду так, словно оно и должно было выглядеть подобным образом с самого начала. Под кожей курток, брюк или платьев другая кожа; мягче, приятнее. И эту кожу хочется трогать, к ней хочется прикасаться. 16. Взгляды Когда Клэри смотрит на Изабель, ей кажется, что не такая она и лишняя. И быть может, ей даже удастся найти свое место, разобраться с кучей навалившихся проблем и стать полноценным Сумеречным Охотником. Взгляд Изабель вселяет надежду и уверенность. 17. Космос Изабель заставляет ее чувствовать себя особенной; звезды не выстраиваются в созвездия, черные дыры не затягиваются, млечный путь все же пленит. Разгерметизация в открытом космосе душит, наверное, точно так же, как и это непонятное, совершенно безумное чувство. 18. Демоны Жизнь в опасности постоянно, не замарать руки практически невозможно. Смысл в том, чтобы день за днем сражаться; избавляться от порождений тьмы, отправляя их в самое пекло, откуда они и пришли. Монстры из сказок давно не пугают; у кошмаров формы иные, и в реальности они существуют. 19. Ориентация Говорить о том, чего хочешь по-настоящему и на всю жизнь, в восемнадцать сложно, почти невозможно и глупо отчасти. Клэри не произносит вслух, боясь все превратить в реальность; намного проще отзываться на уверенные поцелуи Изабель. Ее девушка точно знает, чего хочет; для нее все намного проще. Клэри боится лишь того, что все это — не более, чем жизненный этап; несерьезный и глупый. Играть с настоящими чувствами ей страшно, распоряжаться ими все еще непривычно. 20. Беспомощность Удержать в руках оружие не получается, принять боевую стойку не так просто. Все кажется бесполезной затеей, тренировки не помогают, Клэри все так же не ощущает себя уверенно. Ей рассекают плечо во время миссии, пальцы жжет от демонического яда. Она беспомощная, бесполезная и никчемная. Хочется забиться в угол и реветь, реветь, реветь. Изабель стучит в дверь костяшками пальцев, и Клэри не имеет ни малейшего понятия, почему впускает ее. 21. Легко Сбежать от настоящей драмы с Джейсом никак не получается, Клэри думает, что отношения должны быть такими. Запутанными, тяжелыми и едва выносимыми; с балансом где-то на грани. Потом появляется Изабель со своей улыбкой ослепительно-режущей. С ней все натурально, естественно, слишком легко. Так, наверное, не бывает. 22. Огонь Внутри Изабель горит самое настоящее пламя, готовое спалить дотла все вокруг. Этот огонь можно усмирить, приручить; он и не жжет почти, лишь ласково принимает в объятия, поджигая изнутри и разъедая саму суть до пепла и обугленных ошметков души. Клэри плевать, раз такова цена, то она готова гореть. 23. Смоль Клэри обугленная, насквозь пропитанная чернотой и мраком. Дочь Валентина — клеймо; темное, выжигающее и вытряхивающее. Она начинает верить в свою проклятущую суть, отпечаток отца, и смиряется поразительно быстро. Изабель не переубеждает, за руку держит крепко и обещает быть рядом, несмотря на то, как сильно собственное имя запятнает ее девушку. 24. Выходки Сбегать ночами из Института, пить и танцевать до дикой усталости, крутить романы с представителями разных рас. У Изабель Лайтвуд целый послужной список. Она им не гордится, нос не задирает, но и скрывать считает неправильным. Выходки Клэри не такие яркие, не такие провокационные. Зато в безбашенности они еще поконкурировать могут. 25. Невозможное Их никогда не должно было существовать. Они не должны быть спать вместе, целоваться, держаться за руки. И уж точно Изабель не должна была обращать внимание на такую обычную девчонку с дурным характером. Все это кажется каким-то невозможным совпадением. Клэри заворачивается в одеяло под сонное «люблю тебя, рыжик» в исполнении Изабель. Она не понимает, как обстоятельства могли так сложиться. 26. Радиация Поцелуи Изабель токсичны, прикосновения на грани с противозаконными. Клэри кажется, что однажды на ее пальцах останутся химические ожоги. Потому что если в ее груди поселилась не радиация, то она определенно точно не знает названия этому чувству. 27. Домашний арест Сидеть на кровати под арестом, когда половина охотников в Институте занята поимкой Джейса, невыносимо. Рисование не успокаивает, наброски и скетчи кажутся недостаточно хорошими, все летит в помойку. Изабель обещает найти способ вытащить ее. Клэри безоговорочно верит. 28. Родители Юношеский максимализм Изабель давно в прошлом, она старается адекватно оценивать своих родителей, старается понимать мать, верить отцу, но никак не может. Юношеский максимализм Клэри бьет в крови; она ненавидит отца и не понимает, как мать могла скрывать от нее целый мир, которому она изначально принадлежала, о котором узнала слишком поздно. 29. Волнение Глаза в глаза не помогает, дыхание все равно напряженное, частое. «Расслабься, тебе понравится» успокаивает не больше, чем должно было бы. Клэри не хочет знать, почему Изабель совершенно не переживает; ей не хочется думать, что та уже когда-то спала с девушками. Та ведь все равно более уверенная, чем она. Довериться получается после пары глубоких вдохов и нескольких мягких поцелуев. 30. Радость Торт со взбитыми сливками смешно размазывается по лицу Клэри, Изабель смеется, вытирая след со щеки, сильнее размазывая шоколадный мусс. Им непременно нужно чаще покупать сладкое и отмечать каждые мелочи. Особенно потому, что ее девушка слишком мило смотрится с ошметками крема на лице, довольно поедая большой кусок торта. 31. Мандраж Пальцы покалывает, а белое в розово-зеленые цветы летнее платье кажется слишком сложным, антуражным и вообще не подходящим к ситуации. Босоножки натирают ноги, Клэри думает, что идея со свиданием была совершенно отвратной. Все непонятные эмоции исчезают разом, когда Изабель заглядывает к ней в комнату и спрашивает, готова ли она. 32. Время Минут, часов и дней не хватает, чтобы привыкнуть и осознать. Наверное, чтобы принять саму себя, нужно намного больше времени, чем всегда казалось. 33. Разочарование Мир бабочками не покрывается и в яркие цвета не окрашивается, отношения с девушкой требуют не меньших усилий; Изабель вскидывает брови, бросая напоследок, что слишком разочароваться успела в Клэри, чтобы все это продолжать. Разочарование состоит в том, что Клэри забыла, что у всего есть срок годности. Ее отношения, как протухшая пачка молока, летят в помойку. 34. Взбалмошная У Клэри семь пятниц на неделе, три вторника и парочка суббот. Она меняет план действий постоянно, четко не имея его даже. Это забавно, мило, но жить мешает слишком. Изабель привыкает, пытается привыкнуть. 35. Непостоянство Клэри постоянно слышит, что на долго это не затянется, что как только Мариза перебесится и привыкнет, Изабель сразу потеряет интерес к этим отношениям. Изабель всего лишь нравится провоцировать мать на эмоции, а потом уходить дальше, виляя бедрами. За одни эти мысли Клэри готова ее ненавидеть. Готова, но все же почему-то не может. 36. Безнаказанность Нарушенные правила, законы, сломанная аппаратура и куча пересеченных линий, за которые заходить изначально было нельзя. Все сходит с рук с такой легкостью, что порой кажется, что можно абсолютно все. Иллюзия безнаказанности смывается реками крови во время войны. 37. Обида Задевает, когда она доверяет всем, кроме своей девушки. Когда рассказывает все другим, а ее якобы защитить пытается. Изабель в защите не нуждается; а вот проблемы с доверием развиваются быстро. Культивируются рядом с обидой и начинают пускать корни. 38. Очарование Улыбается Клэри мило, на носу веснушки, а глаза зеленые-зеленые. Обыкновенная девчонка, которая въелась в само сознание Джейса, начинает завладевать еще и мыслями его сестры. Изабель утягивает ее прямо из-под носа у того, тащит за собой переодеваться. И с такой же легкостью забирает девчонку себе; Клэри смотрит большими блестящими глазами, как завороженная. 39. Сон Пальцы касаются плеч, путаются в волосах. А на утро снова и снова оказывается, что все нереально и абсолютно не правдиво. Клэри натягивает улыбку и отзывается на «подруга», что так часто и порой излишне подчеркнуто проговаривает Изабель. Клэри снится, что они вместе; иногда оставить сны позади дается с трудом. 40. Выбор Удары сыплются снова и снова; приходится день изо дня делать выбор. У Клэри получается это на автопилоте, она старается не думать, что постоянно решает судьбу людей вокруг себя. На себе сконцентрирована, как кто-то замечает. Изабель на очередную необходимость делать выбор не обращает внимание. Часть жизни, обыкновенная рутина. Единственный выбор, который удается слишком легко, носит затертые джинсы и простые футболки, пачкая руки то в ярких красках, то в крови демонов. 41. Неопытность Разница в возрасте у них небольшая, ее почти нет. Только это никак не отменяет тот факт, что Клэри приходится всему учить. Изабель даже нравится. Особенно, когда оно приобретает пикантное продолжение. 42. Текила Язык Изабель на вкус как текила, губы пропитаны тем же вкусом. Она выпила прилично, попортила каблуки любимых туфель и пролила что-то на платье. Все для того, чтобы наконец признаться Клэри в любви и выдать без опасения, что между ними что-то серьезное, а не сиюминутное, порывистое и неважное. Клэри отмечает, что у текилы замечательный вкус, когда Изабель целует ее снова, прижимается губами тесно и языком скользит ей в рот. 43. Рыжий Клэри — яркая. Волосы на ощупь мягкие, на цвет — насыщенная морковь. Даже краски у нее на палитре не такие яркие. 44. Черный Изабель — темная; притягательная и обольстительная. Глаза почти черные, волосы — смола, уголь. На контрасте с чистой душой и идеальной кожей. 45. Столкновение Яркие и темные цвета внешности идеально сочетаются. Дополняют внутренний мрак Моргенштерн и светящуюся самоотверженность Лайтвуд. 46. Падение Себастьяна Клэри не боится, она ненавидит его всеми фибрами своей жалкой и никчемной душонки. Ее до безумия пугает лежащая на полу без сознания Изабель; она знает, кто именно сделал это. Знает, кто виновен в смерти Макса. Планка падает. Это не просто война, это настоящая вендетта. И дело не в том, что раньше она никогда не могла защитить Изабель, всегда оставляла роль защитницы ей. Клэри ненавидит брата как нельзя сильно. Видимо, так ангелы и падают. Опускаются до неконтролируемого желания мести. 47. Мимолетное Изабель кажется, что она влюбилась; кажется, что разбитое Саймоном сердце получилось залечить в объятиях его рыжеволосой подруги. Хватает одной ночи, одного — вряд ли уместного — секса, чтобы понять, что все это ерунда. Ничего не может ее собрать по частям уже. А играть с чувствами Клэри ниже ее достоинства. Такого та точно не заслуживает. Им, наверное, лучше какое-то время вообще друг друга не видеть. 48. Будущее Так странно говорить о том, что случится с ними через два года или пять лет. Но они обе видят будущее в приблизительно-одинаковых тонах. Без убийства демонов, разумеется, не обойтись; но война осталась позади, а родители их даже приняли. Все обязательно будет хорошо. По крайней мере, так говорит Изабель, целуя Клэри по утрам в щеку. 49. Мир О войне обязательно напишут в книгах, это часть истории Сумеречного Мира. Теперь она осталась позади, каждый вдох удается сделать без усилий. Солнце светит ярко в окна Института, Изабель улыбается с другого конца коридора. Клэри поверить в то, что все окончено, не может. У нее эта война, похоже, в саму кровь въелась. Окружающий мир начинает в прах рушиться. 50. Надежда Лучик надежды тонкий, находится в небольших трещинках на губах, прячется за яркой помадой. «Все будет хорошо» не ободряет, но заставляет надеяться, ожидать чего-то. Ждать Клэри никогда не умела; рядом с Изабель, держа ее за руку, все же получается.