Часть 1
20 февраля 2017 г., 19:31
— Спасибо за съёмки! — хором поблагодарили ребята стафф и направились в комнату, чтобы переодеться и снять макияж. Юнги проклинал сегодня всё, что можно и нельзя. Играть девушку…это слишком для него. Зная ребят, Шуга ждал долгих, очень долгих подколов. И всё бы ничего, если бы не…
— Хёён, можно тебя?
…Чимин.
Его реакция была слишком…слишком странной. Даже сейчас он стоял и был каким-то странным. Чимин, не дожидаясь согласия, схватил Шугу за руку и потащил куда-то. Юнги устал: он весь день провёл в этой несчастной девчачьей школьной форме.
— Чимин, куда ты меня тащишь? Я хочу быстрее избавиться от этого и лечь спать в общаге, — проворчал Юнги, однако не сопротивлялся Паку и шёл за ним. Странно, но никого не было в коридоре.
— Чимин! Куда ты меня завёл?
Пак молчал. Открыв какую-то дверь, Чимин толкнул туда Юнги.
— Солнышко, ты мне в любви решил признаться? — с издевкой спросил Шуга.
— Точно, — ответил Пак. Младший часто дышал, его лицо украшал румянец, а руки слегка тряслись, пока пальцы нервно пытались расстегнуть первые пуговицы. Юнги отступил на шаг назад. Взгляд тонсэна был какой-то не такой. А когда он провел языком по губам, то старший почувствовал, что в горле пересохло.
— Чим-мин ты чего? — запнулся на полуслове Мин. Но Чимин, словно завороженный, шёл вперёд, параллельно Юнги продолжал отступать назад, пока спиной не упёрся в стенку. Пак подошёл слишком близко, настолько, что брюнет мог чувствовать возбуждение парня. Одна рука Чимина легла на талию Шуги, а вторая нежно провела по щеке.
— Юнджи, ты такая красивая, — хриплым голос произнес Чимин и стал медленно целовать щечку, спускаясь к шее и оставляя на ней влажные следы.
— Чимин, ты блять с ума сошел?! — голос Юнги звучал раздражённо, однако действия противоречили словам. Мин подставлял свою шею настойчивым поцелуям Пака. А когда Чимин резко прижал его к себе, то Юнги выдохнул, чем тут же воспользовался тонсэн. Язык Минни полностью завладел языком старшего, лаская и посасывая его, вызвав полулегкий стон у Юнги. Выставив руки вперёд, Шуга попытался оттолкнуть оборзевшего мелкого, однако его попытка так и осталась попыткой. Чимин лишь сильнее прижал хёна к стене, а одна рука залезла под юбку.
— Так и думал, что чулки, — оторвавшись от губ, прохрипел парень с кривой усмешкой. Юнги тяжело дыша смотрел на Пака и не мог понять, что происходит здесь?
Чимин оттянул резинку боксер хёна так, что резинка неприятно ударила по телу. Отступив на шаг, он приказал властным голосом: — Снимай.
Мин стоял и не шевелился, создавалось впечатление, что это просто сон, и сейчас он проснется в машине на пути в общагу, однако реальность бьёт по голове в тот момент, когда Чимин дает Юнги пощечину.
— Снимай, — жестким тоном произнес младший.
В глазах Юнги стояли слёзы, он не понимал, что сделал и что делает. Когда боксеры были отброшены в сторону, Шуга вжался в стенку, ожидая следующих действий. Пак с наслаждением наблюдал эту картину. Его вечно хмурый и сильный хён стоит перед ним, отвернув голову, как запуганная девочка. Чимин подошел совсем близко, настолько, что Юнги ощущал хриплое дыхание на своей щеке. Маленькие пальцы резко развернули лицо старшего. Глаза Пака были затуманены пеленой страсти, а губы блестели, так как их постоянно облизывали.
— Юнджи, зови меня оппой, — прохрипел Чимин, сжимая подбородок Юнги пальцами, — я не слышу! — надавливая сильнее, Пак повысил голос.
— О-оп-па, — еле выдавил из себя Мин.
— Молодец, солнышко, — похвалил Чимин и тут же прильнул к полуоткрытому ротику Юнги. На этот раз поцелуй был более ласкающим, словно Пак хотел показать старшему, что если тот будет его слушаться, то ему даже понравится. Язык Минни медленно ласкал внутри Шуги, пока одна рука забралась под юбку, нащупывая слегка возбужденный член.
— Да ты возбуждаешься от грубости! — удивленно воскликнул Пак, оторвавшись от сладких губ хёна. Юнги стал вертеться, на щеках тут же появился румянец, выдавая смущение парня, но долго вырываться ему не дала рука Чимина, что слегка поглаживала его плоть. Юнги издал лёгкий стон.
— П-прекрати, Чимин.
Чимин лишь сильнее сжал член, злым тоном спрашивая: — Как я сказал меня называть?
— Оп-па, — полувсхлипом произнес Шуга. Его начинало трясти от осознания, что сейчас происходит и будет дальше. Чимин, увидев реакцию парня, прижался к дрожащему телу сильнее. Его губы стали ласкать ушко хёна, а рука ласкала уже возбуждённый орган. Юнги млел от этих действий, а Чимин продолжал возбуждать старшего, нашёптывая на ушко, насколько хён красив в этой одежде, как ему это идет и что он всегда прекрасен. Затем, облизнув ушную раковину и прикусив мочку, Чимин хрипло произнес: — На колени.
Юнги, почти не колеблясь, встал на колени, прямо напротив ширинки парня. Школьные брюки нисколько не скрывали возбуждённый член Пака, наоборот, казалось, ещё чуть-чуть, и он порвет их. Юнги смотрел на это место и медленно понимал, что от него хотят. Рука Чимина легла на голову Мина, ласково поглаживая ее. Шуга поднял голову вверх и увидел ухмылку Пака. Затравленный взгляд хёна приносил неописуемый восторг тонсэну.
— Чего медлишь, Юнджи? Ты не понимаешь чего я от тебя хочу?
— Н-нет…оппа, — запнувшись ответил Мин. Его руки слегка дрожали, пальцы не слушались, но он пытался быстрыми движениями расстегнуть ремень. Когда с ним было покончено, а ширинка расстегнута, Мин холодными пальцами достал возбуждённый, весь перепачканный в естественной смазке член. От контраста температур, Чимин издал стон и слегка качнул бедрами, головкой мазнув по губам Юнги. Мин тут же слизал оставшуюся на губах смазку, пробуя на вкус. Это произошло быстрее, чем тот успел подумать. Собственные действия заставили парня покраснеть ещё больше, но медлить было нельзя. Лучше он сам всё сделает, чем всё сделают за него.
Шуга стал медленно водить пальцами по стволу, размазывая смазку, а губы коснулись головки. Он провел ими по всей длине, затем высунув язык прошелся обратно до головки, облизывая её по кругу. Сверху послышался сдавленный стон и хриплый выдох. Рука Чимина, всё это время находившееся на голове Юнги, стала гладить, будто одобряя действия. Поняв, что он делает всё правильно, Юнги стал активнее облизывать ствол и головку. На члене ярко выступали вены, их Мин не мог упустить, обводя каждую. Но Пак ждал не этого. Поэтому пальцами надавив на челюсть Юнги, вставил головку в открывшийся ротик Мина. Мин стал посасывать головку медленно насаживаясь на член Чимина. С каждым разом старший пытался вобрать в себя больше, а движения становились быстрее. Чтобы это быстрее закончилось, он стал помогать себе пальцами, надрачивая ими у основания. Сверху слышались одобрительные стоны, а рука легла на затылок, направляя голову Юнги в нужном направлении. Вдруг Пак ударил по руке Юнги, прохрипев: — Заставь кончить меня только своим ротиком. Убери руки за спину и не возвращай, пока я не скажу.
Юнги ту же убрал их, быстрее работая головой. Однако он не брал во всю длину, что, естественно, расстраивало Пака. Решив взять дело в свои руки, Чимин схватил Юнги за волосы и стал сам толкаться в рот парня. От таких действий из глаз парня тут же покатились слезы, а горло ужасно болело. Пак, совершенно не жалея хёна, толкался в самую глотку. Шуге было трудно сдерживать рвотный рефлекс. Толкнувшись ещё пару раз, Чимин с громким стоном кончил, заставляя старшего всё сглатывать.
Отойдя от Шуги на шаг назад, Пак посмотрел вниз. Юнги сидел перед ним на коленях в женской школьной форме, хватая ртом воздух. Слёзы все еще не высохли на его лице, однако самое любопытное, что бросилось в глаза Чимина — Юнги так и не убрал рук из-за спины. Сам себе усмехнувшись, Пак рывком поднял хёна с колен и снова прижал к стене.
— Хён, ты был так прекрасен, что я обязан тебе помочь, — акцентировав внимание на этом, он нежно коснулся губами щеки Юнги, сцеловывая солёные дорожки. Шуга всё ещё рвано дышал, но непроизвольно поддавался этим ласкам, своими губами находя губы Пака.
— Хёён, — сквозь поцелуй улыбнулся Чимин, — да ты любишь, когда тебя унижают, — укусив больно за нижнюю губу, Пак рукой забрался под юбку, находя там возбужденный орган Юнги. Обвив его своими пальцами, младший стал грубо надрачивать хёну, принося вместе с наслаждением и толику боли. Шуга, если бы мог, громко стонал, но ему мешал настойчивый язык Пака, который словно вылизывал его изнутри. Маленькие пальчики Пака умело ласкали орган хёна, то с силой сжимая его, то замедляя скорость движений. Наконец, отстранившись от губ Юнги, Чимин стал смотреть на его лицо. Его глаза были прикрыты, а губы, наоборот, слегка приоткрыты. Ему уже ни что не мешало сдерживать стоны, которые так рвались наружу. Пак довел Юнги до оргазма с помощью пары движений.
В глазах Юнги всё плыло, ноги не держали, а сердце стучало настолько быстро, что будь тут Хосок, он бы станцевал под этот бит. Чимин не стал ждать, когда Шуга отдышится, а тут же поволок его в одном ему известном направлении. Толкнув его в сторону стола, Пак приказал ему: — Снимай, пиджак.
Юнги тут же стал исполнять приказ, трясущимися пальцами пытаясь совладать с пуговицами. Однако ничего не получалось, тогда Пак подошел близко к хёну и разорвал на нём пиджак так, что пуговицы полетели в разные стороны, гулко ударяясь о пол. Откинув ненужную вещь в сторону, он резко развернул хена и нагнул, заставляя лечь прямо на стол.
— Юнджи~я, ты же знаешь, насколько красива? — спрашивал Чимин, оглаживая бедро Шуги под юбкой, — Ты понимаешь же, что на этом наши игры не закончатся?
Чимин одной рукой держал старшего за талию, чтобы тот не не двигался, а другой быстро достал из своего кармана небольшой тюбик смазки, зубами открывая крышку. Выдавив себе на ладонь немного жидкости, он тут же проник в хёна одним пальцем, вызвав у последнего вскрик.
— Хён, ты же понимаешь, что ничего кроме стонов не можешь издавать? — словно угрожая, Пак задал вопрос.
Юнги лишь всхлипнул, но не от слёз, как думал Чимин, а от движений внутри себя. Он никогда не испытывал таких ощущений. Его рвёт на части от противного чувства к самому себе, но ничего с этим он поделать не может. К этому моменту уже добавился второй палец. Пак быстро входил и выходил ими, вслушиваясь в тихие всхлипы хёна. Юнги ногтями царапал поверхность стола и с силой сжимал челюсть, чтобы не издавать звуков. В это время Пак, достав пальцы из ануса, отошел на два шага назад.
— Юнджи~я-я, может ты сама себя растянешь? — будто на распев проговорил Чимин. Юнги тут же завел руку за спину, вставляя в себя сразу же два пальца. Определенно стало больнее, так размер пальцев у парней разный. Проникая в себя своими же пальцами, Мин старался как можно лучше разработать вход, иначе дальше боли станет гораздо больше.
— Юнджи~я, я не вижу. Подними юбку, — холодным тоном произнес Пак. Шуга, продолжая одной рукой разрабатывать свой проход, второй задрал юбку, чтобы тонсэн мог это видеть. Когда Мин понял, что пальцы входят легко, он решил добавить третий. Последний входил с трудом, доставляя боль, однако Юнги молча терпел, всё так же тихо продолжая всхлипывать, иначе это могло обернуться для него более неприятными мерами. Чимин стоял и наблюдал за этим как завороженный. Его хён, от которого за версту можно почувствовать ауру сильного человека, стоял и растягивал себя для него! Длинные пальцы при растяжке то скрывались, то снова показывались, а его бледная кожа покрылась потом. На внутренней стороне бедра появились небольшие пятна от крови из-за неаккуратных действий. Рука Чимина непроизвольно опустилась на собственный член, поглаживая его. Хотелось просто взять и насадить эту бледную задницу на изнывающий орган, что Чимин незамедлительно и сделал.
Быстро подойдя к Юнги, он отбросил его руку в сторону, подставляю головку к растянутому анусу. Одним движением он полностью вошел в хена, тут же закрывая вскрик боли рукой. Как бы Шуга себя не готовил, а первый раз никто не отменял. Поставив руки на стол по бокам от тела хёна, Чимин, не жалея своего хёна, стал потихоньку двигаться в нём, с каждым толчком наращивая темп. Его движения были глубокими и резкими, а из горла Мина порой доносились не крики боли, а стоны удовольствия. Юнги сам не понял, когда стал ловить кайф от того, что его в какой-то каморке трахает его же тонсэн, который как бы ангел у них. Шуга сам с себя смеётся. Смеялся бы, только голос отказывался слушать его. Вдруг, Чимин прошелся по простате, вызывая громкий стон с губ Юнги. Мин сам стал двигаться на встречу, пытаясь воспроизвести эти ощущения. В какой-то момент, Пак прекратил двигаться, оставаясь внутри хёна.
— Юнджи~я, может сама продолжишь? — запыхавшись спросил Пак. Он ловил кайф от такого податливого хёна, а сама мысль, что Юнги сейчас будет насаживаться ему на член словно шлюха последняя, заставляла кончить прямо на месте. Но до этого было ещё далеко, а Шуга уже во всю двигался по стволу Пака, пытаясь найти ту заветную точку, от которой темнеет в глазах, а ноги не держат. Сделав пару пробных толчков, Юнги старался менять угол проникновения. Парик чертовски мешал сейчас, так как эти волосы мокрые от пота лезли в глаза и в рот, раздражая парня. Юнги выглядел прекрасно: его глаза были полуприкрыты, а щеки были покрыты легким румянцем, губы были насыщенно вишневого цвета, потому что он их постоянно кусал. Вдруг, при следующем движении, он вновь испытал это ощущение, и дальше продолжил насаживаться под этим углом. С его губ, как и с губ Пака, слетали громкие стоны. Мин в принципе вел себя, как развратная девочка, которой удалось затащить оппу в постель.
— Кричи. мое.имя, — с передыханием простонал Пак, — Нет, — тут же поправил он себя, — зови. меня. оппой.
— Оппа, — протянул Юнги, — оппа, я больше не могу, — задыхаясь прошептал он.
Чимин всё понял. Схватив хёна за бедра, он сам стал двигаться внутри него, полностью входя и выходя из него. Мин щекой елозил по поверхности стола, так как руки уже не держали его над ним. Головка Чимина массировала простату Юнги, срывая с его уст бессвязные мольбы «побыстрее» или «не останавливайся». Паку совсем сорвало крышу, он будто втрахивал хёна в стол, а его сладкое «оппа» отключало в нём разум полностью. Но долго терпеть было не возможно. В глазах Юнги потемнело, по телу прошлась огромная волна оргазма, а рот издал последний громкий стон. Стенки ануса с силой сжали член младшего, что через пару толчков он сам излился в старшего. Чимин вышел из него, тяжело дыша и облокачиваясь на этот самый стол, который только чудом на сломался, как думал сам Пак.
Ноги Мина не держали. Он тут же рухнул на пол, стараясь отдышаться. Из глаз снова пошли слёзы, то ли от оргазма, то ли от мысли, что его только что так грязно поимели в кладовке. Дырочка продолжала пульсировать и из нее медленно вытекало семя Пака вперемешку с кровью. Форма была полностью испорчена, как и внутренний мир Шуги. Чимин отдышавшись, застегнулся и присел рядом с Юнги. Он гладил его по голове, нежно целуя то в щеку, то за ушком, то в губы.
— Хён, ты знаешь, что я люблю тебя? — тихо спросил Чимин. Вот он, вернулся, всё тот же Пак — милый и добрый тонсэн. Либо у Юнги крыша едет, либо да.
Но в ответ Чимин услышал только истеричный смех.
