Не та таверна.

Спасибо Джареку, что он согласился не экономить, и снять комнату в таверне. Ночевки на свежем воздухе, конечно, прекрасны, но за последние дни порядком надоели. Тело требовало чистых простыней и мягкой перины. Нам пришлось отказаться от нескольких привалов, чтобы успеть добраться к небольшому поселению до наступления темноты. Как оно называлось? Честно говоря, не вспомню, название было довольно заурядным для этих мест. То ли Тихий Грот, то ли Шумный Берег, не помню… - Ты есть будешь? – спросил меня Джарек, когда мы вошли в таверну. - Да, разумеется, - машинально ответил я, рассматривая помещение изнутри: чистые каменные полы, довольно большие окна, штук шесть деревянных столов со скамьями, тут и там висели тусклые светильники, но само пространство казалось довольно освещенным. В конце комнаты находилось некое подобие барной стойки, а еще дальше за ней – по всей видимости, кухня. Я сел за один из свободных столов, Джарек положил рядом наши сумки. А сам направился к барной стойке. Я про себя отметил, что задница у него смотрится отлично даже в потертых штанах… Так, эй, что за мысли! Надо было отвлечься, и я стал рассматривать немногочисленное население таверны. Недалеко от беседующих Джарека и бармена сидела одинокая фигура мужчины, попивая что-то из железной кружки, за столом возле окна – трое мужиков, видимо, работяг. Они шумно смеялись и разговаривали, порой срываясь даже на крик, но при всем этом выглядели вполне беззлобно. - Очень милые здесь ребята, - Джарек подошел к столу, поставив большую тарелку с кусками какого-то мяса, хлебом и овощами, напоминающими наши баклажаны, - такие вежливые и учтивые, дали вон сколько еды, а денег взяли совсем немного! - Ага, - промычал я, набивая рот едой, - тебе не кажется это подозрительным? Парень отрицательно помахал головой, и присоединился к трапезе: - Нет, кстати, ключи от комнаты уже у меня. *** Как-то само так получилось, что я оказался на кровати, лежа на горячем теле Джарека, мы жадно целовались, сжимая в объятиях друг друга. Я ловил кайф от его горячего дыхания, сладких губ, но самое приятное для меня было то, что я видел, как хорошо было ему. Аромат кожи и терпкой вишни дурманил до головокружения… Стоп, а головокружение было реальным! И запах этот, похожий на вишню, становился все сильнее и сильнее. Я взглянул на Джарека: его глаза помутнели, зрачки расширились, и тут я провалился в темноту. *** Очнулся я в какой-то каменной комнате, напоминающей камеру для заключенных. Голова трещала ужасно, перед глазами все плыло, во рту был неприятный привкус. Когда я хотел было протереть глаза, обнаружил, что мои запястья связаны веревкой. Проклятье! Нас кто-то отравил газом, приволок сюда и связал! Нас? Эй, а где Джарек? Метрах в пяти перед собой я увидел каменную плиту, напоминающую саркофаг, сверху на которой без сознания лежал Джарек. Блядь! Да что же здесь творится?! Спустя мгновение я заметил в противоположном конце комнаты фигуру в темной робе, которая чем-то гремела около стола. Внутри меня стал разгораться гнев, я хотел было встать, да начистить рожу этому черту, несмотря на связанные руки, как вдруг что-то острое кольнуло меня в бедро. Я дернулся и увидел большой темный шар с глазами. При детальном рассмотрении это оказался енот, который поднесенным коготком к мордочке дал знак не шуметь. «Сникер!» – пронеслось у меня в голове. Тут же этот темный шар растворился в воздухе, и спустя несколько мгновений он пулей пролетел в сторону той фигуры в плаще, потом послышался удар, и незнакомец рухнул на пол. - Я скоро с вас деньги буду брать за услуги… - ворчал енот, развязывая Джарека. Потом он подскочил ко мне, и ловко разрезал кинжалом веревку на запястьях. Джарек сидел на каменной плите и потирал голову: - Сникер, как ты здесь оказался? Ты следил за нами что ли? Енот недовольно фыркнул: - Еще чего! Я не виноват, что пути наши постоянно переплетаются, да и, смотрю, вы сами-то не против. У меня заказ на этого культиста, а больше вам знать не надо. После этих слов Сникер замахал на нас лапками, мол, чтобы мы уходили поскорее. Придерживая шатающегося Джарека, я побрел вверх по каменной лестнице. Честно говоря, я был уверен, что мы окажемся в таверне, просто выйдем из какого-нибудь тайного хода, но нет. Уже наверху мы оказались в каком-то пыльном ветхом доме, по полу летали хлопья пепла, за окном кроме чащи леса не было видно ничего. Эх, жаль пропали наши вещи… Входная дверь была распахнута, внутрь пробивались лучи восходящего солнца. Уже у самых дверей мы прошли мимо комнаты, в которой стояли шесть сгоревших столов.