***
Божечки, каким идиотом надо быть, чтобы проспать свою остановку! Открыв глаза, я столкнулся взглядом с водителем автобуса, и он явно был не рад тому факту, что я сижу тут и сплю. Ну не выспался я, что тут такого?! Он покачал головой: -Эх, сынок, ты бы спал побольше, совсем здоровье свое не жалеешь, - седовласый, лет шестидесяти, мужчина сел в кресло напротив меня. – Молодость кажется такой долгой поначалу…но потом внезапно случается тебе шестьдесят лет и ты не понимаешь, как такое вообще произошло… Я прикрыл глаза, выдохнув. Еще нравоучений не хватало с утра пораньше. -Прости, аджосси, но…мне бы кофе сейчас, а не твою мудрость слушать. Я сегодня не в лучшей комплекции, так что… -С девушкой ночь провел? – единственное, что он спросил у меня после этого. -Есть такое дело… - ответил я не особо охотно, убирая свой плеер в карман куртки. -Кофейня находится через пару домов по той улочке, - указал дедуля на неширокую дорогу. Вряд ли там много машин ездило, но меня не особо это волновало. Я поблагодарил водителя за информацию и, выбравшись из автобуса, спрятал руки в карманы и повыше поднял ворот своей осенней куртки. Теплее стало максимум градуса на три, не больше, поэтому надо поскорее добраться до кофейни, о которой мне рассказал тот дедушка. Зря, конечно, что я так грубовато отвечал ему, он по сути ни в чем не виноват, да и правильно все говорил. Было бы неплохо его снова встретить, пожалуй… Улочка сама по себе была тихая, как и ожидалось от спального района: невысокие двух- и трехэтажные жилые дома, много милых двориков с голыми деревьями; края улицы вообще видно не было: туман скрыл его своей пеленой, что несомненно придавало некоторую загадочность этому месту. Я был здесь впервые, так что если придется возвращаться, то без помощи не обойтись. Но вокруг ни души, я как будто попал в город мертвых, а единственным, кто был жив – это тот водитель автобуса. Но и он покинул это место. Тем не менее, я двигался далее и теперь моим ориентиром стал сильный запах, который я ни с чем не перепутаю, – это определенно был кофе. И не тот, который молотым в пакетиках продают, - а самый что ни на есть настоящий, молотый своими силами и сваренный в турке. Я зашагал увереннее, предчувствуя, как я возьму большую кружку этого горячего напитка, вдохну глубоко этот приятный запах, и меня наполнит счастье… Кофейня была небольшим двухэтажным зданием – видимо на втором этаже проживал сам хозяин, чтобы держать свой бизнес поближе к себе. Отделанная бурым камнем, в этом обилии серых и белых частных домов, она смотрелась немного как не от мира сего. И еще этот садик в японском стиле, со всеми прилагающимися к нему ландшафтами и альпийскими горками… Это смотрелось очень странно, неестественно… Но меня как магнитом тянуло туда, в эту обитель кофе и некоторых противоречий во внешнем виде здания. Я дернул дверь на себя, хотя и видел, что там внутри пусто, да и время открывать заведение еще не пришло. Однако дверь поддалась моему напору и с легкостью открылась. Я тихо проскользнул внутрь и осмотрелся по сторонам. Внутри кофейня выглядела намного уютнее, нежели снаружи: солнечные лучи проникали сквозь широкие, практически панорамные окна и наполняли зал приятным теплом. Хороший контраст утреннего солнца на полах и стенах из красного дерева – хозяин буквально многое вложил в это творение. И, пожалуй, не зря. Я был небольшим ценителем зданий, да и ничем таким не увлекался, всегда считал – ну кофейня и кофейня – я сюда только за кофе пришел. Но тут что-то такое закралось в мою душу и наполнило теплом, безмятежностью… Я на мгновение будто бы выпал из реальности и слился с вечностью, заключенной в этой небольшой кофейне. -Что вы делаете здесь, молодой человек? – спросил меня мужской и достаточно серьезный голос. Я тут явно был не вовремя. – Кофейня еще не открыта. -Простите… - протянул я, почесав затылок. – Дверь была открыта, я впервые в этом районе, заблудился немного… -Впервые в этом районе? – слово в слово повторил эту фразу мужчина. Кстати, выглядел он довольно хорошо. На вид, не больше сорока шести лет, ростом под метр восемьдесят, темные глаза, которые буквально проникают в твою душу и могут прочитать твои мысли, какими бы они ни были. Отнюдь, этот взгляд говорил скорее о мудрости этого человека, как и сама речь, его умение держаться с незнакомцами на необходимой дистанции в общении. Тем не менее, ни говоря ни единого слова, он подошел к стойке, где как раз доваривался свежий кофе, и налил его в достаточно большую белую кружку. Затем он подошел ко мне, сделал пару шагов в сторону одного из столиков, что ближе к окну, и, указав на одно из мест, поставил на стол кружку. Я понял, что он предлагает мне присесть и выпить кофе. Сам же он сел напротив моего места и, сцепив пальцы в замок, стал смотреть на меня. Я обхватил своими ладонями кружку и, почувствовав прекрасный аромат свежесваренного кофе, а также и тепло, едва улыбнулся в блаженной улыбке. Я сделал глоток, горячая, приятная, немного терпкая жидкость потекла вниз по моему пищеводу и, достигнув своей «точки приземления» в моем желудке, немного обожгла его. Со вчерашнего дня я, по сути, крошки в рот не положил. И приятно, и больно – одновременно. Я выдохнул и закрыл глаза, наслаждаясь первыми теплыми лучами солнца. Редко такие дни выпадали, но все же они были. И вот тогда мне решительно хотелось жить, писать музыку и песни… -Как тебя зовут? – вдруг спросил владелец кофейни, глядя на меня с тем же спокойным выражением лица, но все же в нем наблюдался кое-какой, но все же интерес. -Мин Юнги, - коротко ответил я. – У вас тут…красиво. И, сказав это, я ни капельки не соврал. -Да, я знаю. Мне хотелось заняться чем-то, что не будет требовать излишней спешки, чем-то для души, вот и пришла мне идея открыть кофейню. Лет пятнадцать назад на первом этаже этого дома жил один опоица, который продал свою жилплощадь мне за не очень большие деньги и за одну услугу: у него был шестилетний сынишка, присматривать он за ним не мог – жена умерла от болезни, ну а мальчик ему вовсе не был нужен. Поэтому он попросил меня его усыновить, - он сделал паузу, поглядев в окно. Светало все сильнее. – Мальчишка был смышленый не по годам, чтение любил с ранних лет, и частенько заходил ко мне за очередной книгой. Честно говоря, порой мне кажется, будто бы он и не был усыновлен. А может я уже очень привык к нему… -Ну и отец у мальца… - сдвинув брови, произнес я, вглядываясь в кофейную гущу на дне чашки. Мой напиток кончился. – Это большое дело – вырастить не своего сына. Сейчас ему должно быть… - я в уме прикинул, какого он сейчас был возраста. – Двадцать один год? -Да, в этом году уже двадцать два будет. Тут ты прав, нелегкое дело – растить ребенка, особенно если он не твой родной. И для меня, и для него – это было что-то очень необычное. Он многое время проплакал, каждый день бегал по десять километров, чтобы попасть на могилу его матери. Я очень волновался в то время за него, но сейчас…вроде бы обошлось. Да, он, конечно, ни разу меня не называл отцом, но я и не претендовал никогда. Попросил, чтобы он называл меня либо «хёном», либо дядей. А сейчас – вырос, учится в университете на отделении искусств. Танцевать очень любит, и петь тоже, но все же главная страсть – это танцы. Однозначно. -Очень необычная история, сэр… - я уже было полез за бумажником, чтобы оплатить свой напиток, но мужчина ясно намекнул, что не нужно этого делать. -Не стоит, это за счет заведения. Все же ты меня выслушал, хотя и не должен был. Мне показалось, что с тобой можно поговорить по душам. Я еле улыбнулся и ответил: -Спасибо вам, мне было приятно побеседовать, да и кофе, мягко говоря – божественный. -Пожалуйста, если как-нибудь снова заблудитесь, уже знаете, куда идти. Минут через десять будет еще один автобус, на этот раз – идущий в центр. Думаю, по пути будет как раз ваша остановка. -Спасибо большое еще раз. До свидания, был рад познакомиться, сэр. И, поднявшись со своего места, я вышел из кофейни, отправившись снова на остановку. Я взглянул на часы. Время 7:30, не так уж и много, кстати. Я могу еще успеть зайти в магазин, подзатариться продовольствием для дома. Там, в холодильнике, наверное, уже мышь повесилась и ей возвели мавзолей другие выжившие. На улице уже было теплее, все же с восходом солнца многое меняется: в природе, в людях, - во всем, в общем. И я тоже не стал исключением: моя голова окончательно прояснилась, и у меня появилось огромное желание написать какую-нибудь песню. Приеду домой – обязательно напишу хотя бы пару строк. Я уже практически подошел к остановке, как увидел, что навстречу мне уже едет тот самый автобус, на котором я сюда и прибыл. Однако, я не стал торопиться, поскольку знал, что это конечная, и водитель с автобусом еще минут десять точно простоит здесь. Я сбавил шаг и, достав пачку сигарет из кармана куртки, закурил одной из них. Из автобуса на конечной вышел молодой светловолосый юноша, примерно моего роста. Одет он был довольно скромно, но со вкусом: темное пальто до середины бедра, черные классические брюки и такого же типажа ботинки. Все выглядело очень ухоженным, что мне даже немного стало стыдно за самого себя, поскольку я сам сейчас не выглядел как законодатель моды. Ну ладно, это мое дело. В руках у блондина была большая кожаная сумка, такая же черная, как и его ботинки. «Он что же, с кладбища приехал?» - мысленно негодовал я, затягиваясь сигаретой. Мы шли друг другу навстречу, как этому моднику позвонили на телефон. Я слегка усмехнулся, глядя на делового парня, что по виду едва ли был старше меня, скорее даже младше. -Да, хён, я уже иду домой… - говорил немного устало парень. Его голос был довольно приятным, как и его лицо, собственно говоря. – Что? А…за кофейней приглядеть… - и тут меня осенило, что я аж кашлянул. Так, пора бросать курить. - Хорошо, ты скоро вернешься? Ага, понятно, скоро буду, еще минут пять. Он убрал свой телефон в пальто и, проходя мимо меня, мельком взглянул на меня. Взгляд такой же, как и у того мужчины из кофейни: мудрый, проницательный, какой-то немного томный, что-ли… Этот взгляд я вряд ли забуду, даже если захочу. Но, тем не менее, он продолжил свой путь, практически не обратив на меня внимания. А, может быть, только делал вид, что не обратил внимания. «Так это он тот самый мальчик?» - подумал я, но тут же прекратил всяческие размышления. Я сел в автобус и вновь включил плеер, став слушать более бодрые песни. Автобус тронулся, лишь стоило сесть мне на свое место. В этот раз я не должен проспать свою остановку. Ни за что.А в эту кофейную я еще раз наведаюсь, это точно...