bad «girl»

— Ты, мудила, зачем согласился на встречу? — Юнги бьет не сильно, но ощутимо. Намджун ноющее плечо сжимает, кривится наигранно и вздыхает. — Вы уже месяц общаетесь, я читал переписку — мальчик точно втюрился в тебя по самое не хочу, нуна. И хмыкает, зараза, с таким лицом, словно сморозил самую удачную шутку в мире. Юнги на его потуги подстебнуть лишь закатывает глаза, но больше ничего не говорит. То есть, все, в воскресенье он встретится с Хосоком, скажет, что это все был наеб (Юнги все еще не по себе от мысли, что он игрался с чужими чувствами) и, похлопав парня по плечу, удалится восвояси? А как же их разговоры по вечерам, когда они обсуждают игры и музыку? А как же хосокова помощь с домашним заданием школьницы, которую на самом деле нужно выполнять сестре Намджуна? А как же помощь Юнги с заданиями студента, после которой Хосок около часа восхищается тем, что «нуна» дико умная, если шарит в университетской программе? Что, этого всего больше не будет? Юнги кусает губу, стараясь сдержать вздох. Да, он знает, что изначально наотрез отказался вести диалог со студентом, скинув это все на Намджуна, едва получил свой драгоценный диск с Канье, но! Кто ж знал, что этот Хосок окажется интересным малым? Возможно, познакомься они при других обстоятельствах, то стали бы друзьями, а что теперь? — И как я должен к нему заявиться? В образе Юнджи, где пафосно сниму парик, достану член из штанов и пропою «тебя наебали»? — На такие жертвы идти не стоит, — смеется Намджун и присаживается к другу ближе. — Просто предстань перед ним обычным собой и закончи этот спектакль. Эта идея мне уже не кажется столь интересной и смешной. — О, неужели до тебя дошло, что играть с чувствами других — подло? — Да, не, просто он слишком быстро сдался. Месяц и уже втюхался. Скучно. Юнги закатывает глаза и снова бьет друга в плечо. Скучно ему, блять, стало, а Юнги теперь расхлебывай. В принципе, как всегда. Твою ж мать.

***

Юнги воскресенья ждет, как день смертной казни. Он старается не заходить на сайт, чтобы меньше пересекаться с Хосоком, потому что чувствует перед ним маленькую вину. Он даже уведомление на него поставил, чтобы в случае чего знать, что парень в сети, а значит появляться там не стоит. В ночь с субботы на воскресенье Юнги сидит у открытого окна, курит одну за другой, бросает взгляд на пакет с бабскими шмотками, что все еще лежит у него с того дня, и решается на самый ебаннутый поступок в своей жизни. — Это для моей девушки, — быстро говорит Юнги, замечая, каким взглядом на него смотрит консультант. Хотя, он ее понять может, не каждый день встретишь парня, который стоит посреди магазина с женскими шмотками и прикладывает к своему телу платье, красуясь перед зеркалом. — У нас с ней просто похожая комплекция тела, вот и решил выбрать ей подарок, примеряя на себя, — добавляет Юнги, видя, что девушка не очень-то ему поверила. Но после слов о том, что Юнги просто хочет порадовать свою «любимую» обновив ей гардероб, консультант аж засветилась и понеслась собирать вещи. Она скидывала Юнги в руки бессчётное количество вешалок с различными платьями, блузами, кофтами, юбками, штанами и футболками всех цветов и фасонов. От обилия рюшечек и блесток Юнги едва не затошнило, поэтому он тут же отбросил подобного рода одежду в сторону, сказав, что его «девушка» любительница более сдержанно, едва ли не классического стиля. Ким Сора, если Юнги правильно прочел ее имя на бейджике, понятливо кивнула и уже с меньшим энтузиазмом принялась демонстрировать одежду. Из магазина Юнги вышел с опустошенной душой и кошельком. Он правда не понимает нахрена он это делает. На обуви и косметике парень решил не заморачиваться. Его затасканные берцы и кеды вряд ли бы подошли образу девицы, который он пытается сыграть, поэтому Юнги купил одну пару кроссовок, считая, что на этом можно остановиться. Он бы ни за что не пошел на встречу на каблуках. Из косметики он приобрел лишь помаду и хрен-разберешь-как-называется-эта-хуйня, чтобы выровнять цвет лица. Придя домой, Юнги вываливает на кровать покупки, достает тот самый парик и растерянно смотрит на себя в зеркало. — Поздравляю, Мин Юнги, ты окончательно ебнулся головой.

***

Хосок пританцовывает на месте, не в силах унять волнение. Он действительно сейчас стоит и ждет свою нуну. Они не переписываются, не играют вместе онлайн, они действительно скоро встретятся. И если Хосок был обеспокоен тем, что Юнджи несколько дней не появлялась в сети одновременно с ним, то сейчас он на все забил большой и толстый. Еще пятнадцать минут — и он увидит ее. Еще будучи дома, Хосок пытался представить, какая Юнджи в реальности? Такая же дерзкая и грубая, как в сети? Или это только маска, а на самом деле девушка очень застенчива и мила? Какой у нее голос? Мягкий, спокойный или высокий и звонкий? Как она смеется? Как ведет себя на людях, какие привычки у нее имеются? Хосоку действительно было интересно абсолютно все об этой девушке. Десять минут. Юнги чертыхается, вылетает из автобуса, материт Намджуна за то, что тот не вернул ему машину и пришлось добираться на этом адском транспорте, где за место ведутся бои не на жизнь, а насмерть. Проверив, не слетел ли парик, Юнги выдыхает и уже спокойным шагом направляется к месту встречи. Как ни крути, все привыкли, что девушки имеют наглость опаздывать (Юнги ненавидит это в девушках, на самом деле), так что он может себе позволить задержаться. — Хей, малышка, не хочешь поразвлечься? — проходящий мимо парень свистит ему вслед и приподнимает брови, осматривая Юнги с головы до ног. — Иди нахуй, — хрипит Юнги, и незнакомец шарахается от его грубого голоса. Черт, надо будет при Хосоке стараться говорить мягче. Пять, гребанных, минут, и Юнги все еще не верит, что он делает это. Что он идет не ржать над Хосоком, говоря, что его развели, как лошка, а идет на встречу в образе Юнджи. Чем он только думал, когда решился на это? — Юнджи? Юнги так задумывается, что совершенно не замечает, как проходит место встречи. Как не замечает и стоящий впереди столб. Со всего маху он ударяется лбом о него и, громко застонав, присаживается на корточки, сжимая ладонь на пульсирующем месте. — Господи, Юнджи, ты в порядке? Хосок, а это сто процентов он, хватает Юнги за руку чуть выше локтя и помогает ему подняться. Юнги смотрит зло, кривит губы и снова стонет. — В порядке? Давай я тебя сейчас приложу лбом об столб, тогда посмотрим, будешь ли ты в порядке. От грубого ответа и низкого голоса, Хосок застывает на месте, слегка приоткрыв рот. Он выглядит так нелепо, что Юнги быстро достает телефон и фотографирует это глупое выражение лица. — Люблю реакцию людей на мой голос, — поясняет Юнги, замечая удивленный взгляд Хосока. Пока тот приходит в себя, Юнги быстро отправляет фото Намджуну с подписью «посмотри на его ебало, когда я сказал, что его наебали», после пряча телефон в карман. Алиби есть. — А, хм, да, он довольно необычен, — неуверенно улыбается Хосок, осматривая девушку с ног до головы. Обычные узкие джинсы, белая рубашка, из-под которой слегка заметен черный лифчик, и простые кроссовки. Не похоже, что она заморачивалась над выбором одежды. — Да прокуренный он, — пожимает плечами Юнги и наклоняет голову к плечу, следя за реакцией, что следует незамедлительно. Лицо Хосока снова вытягивается, и он бросает на « девушку» нечитаемый взгляд. — Ты куришь? — Да, что-то не так? — Да нет, все в порядке, — спустя минуту отвечает Хосок и тут же его лицо освещает улыбка. — Ну что, пойдем?