По Параллелям

      -Тсунаеши! – Утро, а в доме семейства Савада уже раздаются крики.       Это Нана пытается вразумить своего непутевого сына, ведь тот снова отхватил двойку по истории, а классрук жаловался, что ее Тсу-кун опять подрался и, если бы его вовремя не оттащили, то пострадавшие синяками не отделались. Вот Нана и занималась воспитательным процессом. Да вот только с тех пор, как ее Тсу-кун пошел в среднюю школу, его личность поменялась просто кардинально и единственное хорошее, что осталось от прошлого – это идеальные баллы по итоговым тестам, да каштановое гнездо волос на голове. В остальном ее сын полностью изменился. От прежнего идеала-пай-мальчика ничего не осталось. Если раньше Тсунаеши мило улыбался каждому встречному, то теперь грубит даже собственной матери. Раньше и мухи бы не обидел, а сейчас дерется почти каждый день. Делал все школьные задания на отлично – ныне и вовсе не обращает на них внимания, кроме итоговых. В младшей школе только толстовки и свободные джинсы и таскал, а теперь вечно щеголяет в обтягивающих джинсах и кое-как застегнутых рубашках, обнажающих ключицы. А еще ночью стал где-то пропадать.       Емицу на все жалобы своей жены заявил, что у их чада переходный возраст, и поспешил сменить тему. И Нана бы поверила, да вот только не может человек так поменяться всего за одну ночь. И женщина совсем не понимала, что же такого случилось с ее ребенком. Так что, листовка репетитора, найденная сегодня утром в ящике, стала для нее спасением, ведь, если ни она, ни другие знакомые взрослые, у Тсу-куна больше не авторитет, то нужен кто-то новый.       - Иди к Емицу на Северный полюс со своим репетитором, женщина! – Вот только Тсунаеши не очень обрадовался решению матери. Кстати, еще одно изменение – ее ребенок, ее кровиночка, с начала средней школы ни разу не назвал ее мамой. Только это его «женщина», ну или, при хорошем настроении, «Нана-сан». Первые несколько раз Нана всю ночь рыдала в подушку, а потом, вот, привыкла. Но руки не опускала.       - Ты как разговариваешь со своей матерью, щенок?! – Раздался позади матриархата семейства Савада довольно молодой мужской голос. Нана обернулась и взглядом наткнулась на подростка, на десяток сантиметров выше Тсу-куна. Одет он был в классический костюм с желтой рубашкой, а на голове - фетровая шляпа с широкой оранжевой лентой. – Я прошу прощения, что вошел без стука, - в извинении склонил голову внезапный гость, от чего его причудливые бакенбарды-завитушки слегка подпрыгнули, - но я не мог не вмешаться, услышав ваш громкий разговор, Савада-сан. Мое имя Реборн, вы звонили мне, и я пришел, чтобы сделать вашего сына образцовым лидером нового поколения!       - О, добро пожаловать, Реборн-кун! Прости за неудобства! – Тут же заволновалась Нана, совсем не обратив внимания на пугающую ауру сына, зато это сделал Реборн, вычеркнув из своего ментального списка дел строку «научить запугивать» и записав вместо нее «пристрелить Емицу за его «милый мальчик с переходным возрастом». – Тсу-кун, - обратилась женщина к сыну, - вот, это твой репетитор и это не обсуждается! Знакомьтесь, а я пойду, завтрак доделаю, - и ушла, прикрыв за собой дверь комнаты.       - Ну, здравствуй, щенок, - мрачно глянул на свою новую цель сильнейший в мире киллер, нахмурившись, когда Тсунаеши ничего не ответил, а только продолжил распространять пугающую ауру и сверлить репетитора взглядом янтарных(?) глаз. – Я был прислан сюда не только, чтобы улучшить твои оценки, - продолжил говорить Реборн, стараясь вытянуть жертву, ой, то есть, ученика, на разговор, - а также для того, чтобы сделать из тебя достойного босса мафиозной семьи Вонгола по приказу нынешнего, Девятого, босса. – Выдал мафиози, ожидая паники от ребенка с таким психологическим портретом, какой описали шпионы Вонголы, но вместо этого получил только лицо без единой эмоции.       - Я не стану боссом Вонголы, - пустым голосом проинформировал репетитора Тсунаеши, а затем, без каких-либо предисловий одним быстрым движением подхватил с пола школьную сумку и выпрыгнул в окно. Реборн поспешил было за ним, да вот только его ученик уже каким-то неведомым способом скрылся. И пламя его совсем не ощущалось, так как было запечатано.       - Что же, подождем, - решил киллер, выходя из комнаты ребенка идиота-Емицу. Из своих собственных наблюдений он знал, что мальчик ни с кем не дружит, а значит, ему не у кого остаться на ночь, то есть он обязательно вернется домой к вечеру.       Вот только Тсунаеши не вернулся.