Обреченный.

      Я сидел на своем новом матраце, закутавшись в одеяло, и смотрел на противоположную стену, слегка раскачиваясь. С каждым днем я чувствовал себя все более безумным. Но, к счастью, это состояние не мешало мне периодически думать. Я смог спланировать побег, осталось только натренировать нужные заклинания. Мерлин, надеюсь, у меня получится.       Я не жил в иллюзорном мире, я все прекрасно осознавал. Темный Лорд перестал проникать в мое сознание. А зачем ему? Он и так победил всех нас, отправив меня сюда. А Дамблдор помог ему, сказав общественности, что я мертв. Я не знаю, что привело к этому интервью, но, как я понял, правда выползла наружу и все узнали, что я не причастен к смерти Диггори.       Когда меня вез в тюрьму тот маг, я думал, что хуже просто уже быть не может. Но как же я ошибался. Они не просто предали меня, они даже не собирались отпускать меня, даже узнав правду. Как же все глупо. Поттер - ты Идиот. Прав был Снейп. А я всего лишь малолетний глупец, который просто чудом еще жив. Наверное, это моя вечная проблема: я всегда остаюсь в живых. Как будто смерть меня не видит. Разве такое возможно?       Я уже много раз впадал в отчаяние, держа в руках опасную бритву и раздумывая о том, чтобы порезать себе вены. От этого-то я точно не спасусь? У меня стала сильно болеть грудь, и закашливался я все чаще, задыхаясь и захлебываясь своей кровью. Мне было больно практически постоянно, это еще сильнее сводило меня с ума.       Одно меня бесконечно радовало: Дементоры приходили только по расписанию. У меня больше не было неожиданных эмоциональных вспышек. Хотя, даже приходя к моей камере, они оставались голодными.       Спустя примерно год, после снятия ошейника я смог наколдовать пузыреголовое заклинание, которое выучил после второго Тура. Просто так, на всякий случай. Все же, если я смогу сбежать, то плыть придется долго. Следующим этапом у меня была Трансфигурация камня в доску из дерева. Я знал, что слаб и не доплыву своими силами. Жаль, что я не ходил на руны, так бы я смог закрепить результат Трансфигурации на более длительное время. Пока она держалась только час. Но я никуда не спешил и понимал, что нужно хотя бы пять часов. На лодке мы приплыли быстро, но на то она и лодка, верно? Отпирающее заклинание у меня вышло уже давно, так что дверь в мою камеру была больше не заперта.       Спустя еще где-то полгода, я понял, что уже лето и нужно уходить, если я хочу сбежать, не замерзнув насмерть. Но когда мои планы срабатывали? Меня снова навестил Темный Лорд и что-то сделал с моим сознанием. Я находился в постоянном бреду, благо, есть получалось, на это время наступало легкое просветление, видимо в его планах не было дать мне умереть от голода. Наверное, он увидел в моем разуме план побега, раз уж так настойчиво мне мешает. И у него, к сожалению, вышло. Когда я очнулся от его бредовых видений, была уже зима.       От ненависти и безысходности я отбил себе все костяшки о каменную стену. Теперь долго будут проходить, у меня теперь все слишком долго заживает. Кашель приходил все чаще, выбивая меня из колеи. Я понял, что из-за него я вообще не смогу выплыть с острова и мне нужно что-то такое, чтобы я вообще в воду не погружался. Так я начал пытаться трансфигурировать небольшой плот и весло.       Спустя примерно год у меня вышло, но держалось заклинание только час. Так что я пробовал и пробовал все чаще и держал трансфигурацию все дольше. Потом часто падал без сил, а иногда и сознание терял. Волшебство забирало слишком много энергии. Один плюс все же был. Благодаря хорошей и сытной еде я слегка поправился и стал более вынослив. Наверное, это отразилось и на времени моих заклинаний.       Но Волдеморт опять помешал мне покинуть гостеприимные стены Азкабана. Он послал в мою камеру двух самых сумасшедших своих последователей. Он дал мне увидеть этот момент, и теперь я ждал их прихода. Вскоре незапертая дверь распахнулась и перед моим взором предстала безумная Белла, которую я часто видел глазами Тома. Я лежал на своем матраце и с абсолютно равнодушным выражением лица смотрел на них. Она взмахнула палочкой, наложила на меня Круцио. Черт, это действительно больно. Плюс, боль в моей грудной клетке вышла на новый уровень и я не смог сдержать крика, вызвав этим безумный смех у женщины. Она поразвлеклась со мной накладывая на меня непростительное проклятие снова и снова, потом подошла и подняла мое лицо за подбородок, смотря мне в глаза. Такие же безумные, как и у нее. Она даже слегка вздрогнула. — Ты уже потерял разум, мальчик. Так что не буду убивать твое сознание еще больше. Макнейр, твоя очередь. Ни в чем себе не отказывай.       Я закрыл глаза, терпя жуткую боль после пытки заклинанием. Было такое ощущение, будто мне сломали все кости, а потом содрали кожу. Но этого им показалось мало, и они прижгли все раны, но переусердствовали и сожгли меня заживо. Я чувствовал этот огонь, я горел, но голос я уже сорвал, так что мог только периодически хрипеть от невозможности терпеть эти муки. — Поттер, ты выглядишь таким слабым. Хозяин слишком с тобой носится. Может облегчить ему задачу и убить тебя, как думаешь?       Он заглянул в мои глаза, говоря это, и я с безумной улыбкой кивнул ему. — Сорвал голос? Какая жалость. Я так люблю, когда кричат.       Он достал нож и разрезал на груди мою робу, обнажая меня по пояс. — И в чем только душа держится? Белла, ты уверена что это того стоит? Он уже не жилец. У него грудь синюшная. Он скоро сам помрет.       Она яростно что-то прошипела и подошла к нам. — Темный Лорд приказал нам пытать его так, чтобы он не смог нормально передвигаться хотя бы год. Он направит к нему слугу, чтобы его кормили, так что не волнуйся, жить будет. Убивать его нельзя, это приказ. Действуй, не заставляй меня терять терпение!       Ее слова заставили меня смеяться. Безумным, хриплым смехом. Задыхаясь от боли в легких и с трудом дыша. — Я скажу господину, и он пришлет Снейпа, чтобы вылечить его легкие. Он должен жить как можно дольше. Это приносит удовольствие Темному Лорду.       Мужчина кивнул и повернулся ко мне, вертя нож в руках. Он прижал его к ключице и слегка надавил, разрезая верхние слои кожи. Запахи я давно не чувствовал, но тепло своей крови я ощутил вполне. Затем он стал рисовать ножом по моей груди, старательно проводя им так, чтобы не навредить мне смертельно. Наигравшись с ножом, он стал ломать мои пальцы. По одному, с особым усердием. Я смеялся и кричал одновременно. Хриплым, срывающимся голосом, практически бесшумно, мне было слишком больно, чтобы я молчал. Потом он сломал кисти, предплечье и плечо. И я практически не чувствовал их. Только невыносимую боль. Потом мой мучитель перешел к ногам. Я периодически терял сознание и кричать уже совсем не мог, голос пропал полностью. Я просто беззвучно открывал и закрывал рот, смотря широко открытыми глазами на потолок своей камеры. Такого даже в министерстве не было. Он сломал мне обе ноги и с улыбкой, которую я с трудом рассмотрел, отошел от меня. — Все. Больше ничего делать не буду. Без магии у него все будет очень долго зарастать! — женщина удовлетворенно рассмеялась и они ушли.       Сознание гостеприимно покинуло меня.       Очнулся я с приходом Дементоров. Надеюсь, их стошнит от моих эмоций. Мерлин, как же больно. Я бездумно смотрел на потолок, не шевелясь. Хотя у меня бы и не получилось. Темный Лорд снова пытался поговорить со мной в моей голове, но я опять молчал. В последнее время он все чаще предлагает мне присоединиться к нему. Он обещал меня возвысить и дать мне все, что я пожелаю. Но каждый раз, когда он говорил мне это, я вспоминал смерть крестного и Люпина. Я никогда не смогу отпустить это. Волдеморт не получит ни мою верность, ни мою душу. Я лучше умру запертым в Азкабане, чем склоню голову перед ним. Неужели он не понимает, что его попытки просто бесполезны?       Он даже пару раз пытался стереть мне воспоминание о Сириусе, но у него так и не получилось, хвала Мерлину. Я смаковал всю свою душевную боль, пытаясь абстрагироваться от физической. Вскоре появился знакомый мне охранник и резко вздохнул, смотря на меня. — Мне жаль, Поттер. Тебе безумно не везет. А твою участь я облегчить не смогу, если не захочу разделить твои страдания. Но я теперь буду тебя кормить. Как я понимаю, тебя сломали все, даже пальцы?       Я слегка кивнул. Благо, ребра и позвоночник он не тронул. — Ну, хоть головой шевелить можешь и то хлеб. Я буду приходить трижды в день, помогать с помощью заклинаний тебе. Ты же не хочешь ходить под себя?       Я отрицательно шевельнул головой. — И я так думаю. Ну что же, пора есть.       Он накормил меня и прошептал какие-то заклинания, очищая меня и освобождая мочевой пузырь от тяжести. Видимо медицинские чары. Я помнил их, про них говорили Близнецы Уизли, рассказывая, что их применяют на Квиддиче, когда игра слишком затягивается. — Ладно, я пошел. Завтра к тебе придет Снейп, даст тебе лекарство для твоих легких. Тебе никто не даст умереть, мальчик. Мне жаль.       Я кивнул и охранник ушел. Я остался лежать в своей камере, укрытый одеялом, которое неприятно касалось ран на теле. Я со вздохом опять закашлялся, из-за чего потревожил свои переломы. От боли заслезились глаза. Разум подводил меня, так что я опять погрузился в безумное беспамятство. Вроде меня еще раз кормили, но я уже не помню. Было слишком больно. Где же ты, Смерть?       Послышался звук открываемой двери и вошел Снейп. Надо же, а он совсем не изменился. Он хмуро посмотрел на меня и резко отдернул одеяло, смотря на мою грудь. Он поморщился и взмахнул палочкой, убирая порезы. Он стал ощупывать грудную клетку, а я с трудом сдерживал кашель. Он еще сильнее нахмурился и оглядел меня еще внимательней. — Поттер, говорить можешь?       Я отрицательно качнул головой. Он достал пузырек, и я спокойно выпил зелье, на вкус мятное. Я слегка кашлянул, тут же застонав от боли. Снейп осмотрел мои конечности, но ничего не стал делать. — Что болит?       Я хмыкнул и безумно улыбнулся. Какой… Глупый вопрос. Не похоже на профессора. — Не притворяйтесь идиотом, сэр. У меня все болит. — Я смотрю, наглость свою вы не утратили, — он вздернул одну бровь, смотря на меня.       Я снова оскалился и со смешком ответил ему: — Только благодаря ей я столько прожил здесь, профессор.       Он кивнул и встал. — У меня с собой нет нужного зелья. У тебя не только легкие отказывают, но и сердце. Завтра приду со все необходимым.       Я закрыл глаза и тихо спросил его: — Зачем?       Он вернулся ко мне, садясь рядом, и откинул прядь с моего лба, проведя пальцем по моему шраму. — А затем, Поттер, что вы не должны так глупо умирать. Неужели вы не хотите отомстить? Убить Дамблдора? Помнится вы именно это и обещали ему в зале суда. Теперь вы официально мертвы, а я узнаю сегодня, что это не так. Думаете, что в вашей жизни все так плохо? Не преувеличивайте Поттер, вы не одиноки в своей агонии. Но умирать не стоит. Есть люди, которым вы нужны. — Какие? Все умерли. А если кто-то еще и помнит обо мне, или жалеет меня, то мне безразлично это. Вы же не думаете, что я сохранил чистый рассудок? Я все чаще теряю связь с реальностью, профессор. Я устал. Дайте мне уйти.       Он вздохнул и ответил: — А ваш крестный? О нем вы не подумали?       Я безумно улыбнулся и ответил: — А вы еще более жестокий, чем Темный Лорд. Сириус погиб. И уже давно. Его загрыз Люпин. Пока он поедал его внутренности, крестный был еще жив. А Ремуса убили с помощью авады. Очень милосердно, не находите?       Снейп вздрогнул и тихо ответил: — Я не знал, Поттер. Дамблдор говорил, что он просто не хочет никого видеть. Он отвернулся ото всех после твоего заключения. Извини, что напомнил о нем. А откуда ты-то узнал? — Темный Лорд имеет связь с моим сознанием и часто посылает мне видения. Из-за этого я и был избит. Мне практически дважды удалось приблизиться к свободе. Ошейник с меня сняли давно. Так что я могу колдовать. Но теперь я окончательно понял, что все бессмысленно. Меня никто не выпустит отсюда. Я обречен, Снейп. Отпусти меня и скажи, что зелье я выпил и выздоровел.       Он хмыкнул и ответил, слегка растягивая слова: — А потом Темный Лорд узнает, что я не помог тебе? Мне, в отличие от тебя, жизнь дорога. Так что завтра ты выпьешь все зелья и будешь жить, пока этого желает Темный Лорд.       Я безумно захохотал и прокричал, глядя в его размытое лицо: — Будьте вы все прокляты! Умойтесь своей кровью, ничтожества!       Он вздрогнул и резко встал, уходя за дверь. А я остался задыхаться от кашля и боли. Мерлин, какое же я ничтожество. Как я хочу умереть.       Темный Лорд опять навестил мое сознание. Я так устал от него, что решил заговорить: — Привет, Поттер. Как самочувствие?       Я молча смотрел на него. В моей голове мы сидели в Гриффиндорской гостиной на креслах, друг напротив друга. Хоть в этом мое сознание мне не отказывало. — Привет, Том. Не надоело меня мучить? Что ты хочешь от меня?       Он криво улыбнулся и ответил, смотря в мои безумные глаза. Здесь я видел прекрасно, так что мог разглядеть любые изменения в его лице: — Я только начал, Поттер. Я хочу сломать тебя. Чтобы ты умолял меня о смерти.       Я откинул голову на спинку кресла и захохотал, безумным, сумасшедшим смехом. Полностью отражающим меня. — Умоляю, убей меня. Этого хочешь? Я могу встать на колени ради своей смерти. Что еще? Поцеловать твои ноги? И это сделаю. Я смерти хочу, Том. Мне больше ничего не нужно. ТЫ выиграл. Убей меня, прошу…       Он с удивлением смотрел на меня, а потом тихо заговорил: — Я не буду этого делать, Гарри. У меня к тебе предложение. Я освобожу тебя. Вылечу, обучу, а потом ты убьешь Дамблдора. После этого я подарю тебе забвение.       Я оскалился, смотря ему в глаза. — Я никогда не буду на твоей стороне. И работу за тебя делать не буду. Лучше проживу всю жизнь с Дементорами.       Он криво улыбнулся. — Что же, твой выбор. Ты не думай, что у тебя получится сбежать. Кстати, новый избранный погиб на работе. Никудышный из него аврор. Боюсь, скоро тебя навестит Дамблдор. Уж очень сильно он хочет моей смерти. Так кого ты выберешь? — Я выберу смерть, несмотря ни на что. Больше я с тобой никогда не заговорю, Том.       Я очнулся в своей камере, после мысленного диалога с Темным Лордом. Что же мне теперь делать? Я так хочу забвения. Послышался звук открываемой двери и снова вошел Снейп.       Он сел ко мне на матрац и провел палочкой надо мной. Он стал вливать мне в рот зелья, а я даже не сопротивлялся. Потом он нанес какую-то мазь мне на грудь. Затем с помощью заклинаний помог мне справиться с нуждой и покормил, отправив охранника восвояси. Я ко всему этому относился с полным равнодушием. — Дамблдор вскоре придет к вам. Ему нужен его избранный. Я дал вам зелье, чтобы вы не поддались внушениям или стиранию памяти. Удачи вам, Поттер.       Он встал и вышел. А я остался один на один со своей безысходностью.

Уставшим. Молящим о смерти. Опустошённым.