Время рушить мосты, время их возводить

      Ночь окутала город черным одеялом. Кажется, что спят абсолютно все. Тихо-тихо в темном подъезде одной из многочисленных пятиэтажек города, и лишь двое стоят на лестничной площадке. В слабом свете фонаря их лица мертвенно бледны, губы обоих плотно сжаты. Напряжение так и сквозит между мужчинами, становясь почти ощутимым.       Они стоят рядом, но между ними пропасть, над которой тянется хрупкий мостик. Он шатается от каждого слова Антона, готовый развалится, но Арс все чинит и чинит эту полуразрушенную конструкцию. Последнее, что их связывает.       Антон прислоняется к стене и прикуривает в очередной раз. Арс уже сбился со счета, но точно знает, что его любимый курит уже не первую пачку, и, видимо, далеко не последнюю. - Тош, может хватит? - тихо звучит в мертвой тишине. - Твои легкие и без того... - Иди к черту, Попов! Арсений вздрагивает как от удара. - Ты уверен? Ты уверен, что хочешь, чтобы я ушел? Шастун молча выдыхает струйку дыма и кивает, прикусив губу. - Уходи. Так будет лучше. Так будет правильней, правда. - голос у парня дрожит, но тон все еще твердый. Он не передумает. Не должен. - Я люблю тебя. - шепчет Попов, медленно, ступенька за ступенькой растворяясь во мраке подъезда. Уходя навсегда. Теперь уже точно. - Я ненавижу тебя. - служит ему ответом.       Эти слова бьют больнее любого кулака. Арсений ускоряет шаг, чтобы быстрее уйти, чтобы стало легче. Он почему-то не может вдохнуть.       Арсений не увидит, как Антон распахнет рот в немом крике, хрипло закашляется, дернется, будто готовый бежать за ним следом, но так и останется стоять на лестничной клетке. Прошлое надо отпускать. Как бы не было больно. Когда-нибудь он сможет забыть.

***

      Арс уже сходит с ума, кажется. Он сидит совершенно один в темной комнате уже третий день и методично колотит кулаком в стену. Костяшки сбились в кровь, но мужчина не чувствует боли. Физической, по крайней мере.       Он вспоминает времена, когда они были счастливы, когда они были вместе. Вспоминает Тошину улыбку, длинные тонкие пальцы, увешанные кольцами, многие из которых подарил Арс, неуклюжую походку и страстные поцелуи в темных подворотнях. Вспоминает, и все бьется и бьется в стену, не замечая алых пятен на зеленых обоях, которые они вместе выбирали, кстати говоря.       Теперь Антон будет выбирать обои со своей будущей женой, целоваться с ней в подворотнях, обнимать и шептать нежные слова. Арсений отпустил его к ней. Он все понимает. Конечно же понимает. Но сердце не хочет понять, и Арс ничего не может с этим поделать.       А мост все шатается и шатается на ветру, еще не разрушен, но перебраться по нему уже невозможно. Остается только стоять и смотреть, как на другом берегу Антон с улыбкой надевает кольцо на тонкий пальчик. Она улыбается в ответ и надевает кольцо ему.       Свадьба. Она завтра. И его любимый Властелин колец наконец получит то самое кольцо. Кольцо всевластия. Оно опутает его своими скользкими щупальцами и больше не отпустит.       Уже завтра мост рухнет совсем. Сгинет в темной бездне, и его уже будет невозможно починить.

***

Антон засыпал, когда тишину комнаты разорвал звонок. - Да. - Тош... Я... - Сень, не надо, пожалуйста. Я все сказал тебе тогда. Что ты еще хочешь?! - В последний раз. Я хочу увидеться в последний раз. Пожалуйста... Разве я о многом прошу?       Антон сжимает трубку до побелевших костяшек. Он должен отказать, но не хочет. Не может. - Я сейчас приеду. - решительно выдыхает парень в трубку и отключается. В последний раз. Правда в последний.

***

      Арс открывает даже раньше, чем Антон успевает нажать на кнопку звонка. Шастун окидывает сгорбившуюся фигуру на пороге долгим взглядом. Ему больно смотреть на такого Арсения. Похудевшего, осунувшегося, с мешками под глазами и запекшейся кровью на костяшках.       Антон берет Арса за руки и аккуратно целует каждую ранку, мужчина не сопротивляется. - Зачем ты так со мной? - отчаянно спрашивает Шастун, до боли сжав безвольную руку любимого, да-да, все еще любимого, мужчины. - А ты?       Антон больше так не может. Он тянет Арсения на себя и крепко-крепко сжимает в объятиях. Мужчина прижимается сам, утыкается носом в рубашку любимого и долго с жадностью вдыхает знакомый до боли аромат. Шастун гладит его по волосам, а потом приподнимает голову за подбородок и жадно целует. Губы у него соленые. Соленые и мокрые. Это неправильно. Совершенно неправильно. Так не должно быть. Только не с ним. Не с его Сенькой.       А Арс уже перехватывает инициативу, настойчиво сминая губы парня в жадном поцелуе. Он будто пытается напиться, после долгих дней жажды. Рука мужчины проникает под футболку Антона. Парень вздрагивает. Она холодная как лед. Но ему нравится, нравится ощущать пальцы, медленно обдающие холодом его торс, подбирающиеся все ближе и ближе к паху. Антон должен остановить их. Но хочет ли?       Ремень с тихим звоном падает на пол, трещит ширинка, а Арс опускается на колени, аккуратно спуская штаны Антона вместе с трусами. Ласково целует розовую головку, а после медленно погружает ее в рот, сладко посасывая. Антон стонет, больно вцепившись в его волосы, но мужчина не возражает. Это прекрасная боль. Он лишь глубже вбирает в рот член, ласково теребя яички, массируя пальцем узкое колечко мышц. Антон уже не стонет, а кричит в голос, буквально трахая Арса в рот. Кончает с хриплым вздохом. Арс тут же глотает все до капли, аккуратно слизывает остатки. А после встает с колен, снимает штаны и разворачивается к Антону спиной. - Сегодня я твой. - Арс, я не... -Я хочу этого, правда. Ты ведь всегда мечтал попробовать. Самое время, думаю. - Будет больно. - Не больнее, чем жизнь без тебя.       Антон подходит со спины и вновь обнимает, обхватив руками за талию, поглаживает упругие ягодицы. Легко касается члена. - Идем в комнату.       Арсений послушно разворачивается в сторону спальни. Вскоре он уже лежит на развороченной постели, ноги раздвинуты в стороны, а Антон ласкает его член своими идеальными пальцами, даря неземное наслаждение. В момент, когда Арсений до предела возбужден, холодная смазка касается узкого отверстия, один палец с трудом проникает внутрь, аккуратно двигается, растягивая. Возбуждение слегка спадает от неожиданной боли и дискомфорта, а второй палец уже присоединился к первому. Свободной рукой Антон ласкает его член, шепча успокаивающие слова, последнее прикосновение, и на подтянутый живот выплескивается белесая жидкость. Третий палец Арс принимает без проблем. Он наконец расслабился. Ради Антона он готов на все.       Когда ловкие пальцы сменяет член, Арс почти не чувствует боли. Это ведь Тошка. Его Тошка. От него не может быть больно. А Антон начинает аккуратно двигаться, давая Арсу привыкнуть к заполненности, к новым ощущениям. Мужчина впивается ногтями в плечи любовника, когда член задевает простату. Ему так хорошо, ему так больно. Это что-то странное. А Антон все увеличивает темп, его дыхание сбивается. Колечко мышц сильно сжимает член и парень кончает, тут же падая на Арса и лаская его возбужденную плоть рукой. Вскоре мужчина тоже кончает. Антон выскальзывает из него и некоторое время любуется как сперма стекает по бедрам. А это красиво, оказывается. - Ты всегда чувствовал себя так? - интересуется Арсений, отдышавшись. - Только в первый раз, потом остается только удовольствие. Боль уходит. - Жаль, что я никогда не узнаю каково это... - Да, жаль...       Антон даже не пытается возразить, и Арсений понимает, что это и правда было в последний раз. Остатки моста с треском провалились в бездну. - ... потому что мне больше нравится быть снизу. - закончил Антон. Арсений поднял на него непонимающий взгляд. Шастун лучезарно улыбался. - Я уже опоздал на регистрацию, вообще-то. Так что теперь ты от меня не отделаешься, Попов. Арсений не ответил, но его улыбка сказала все красноречивее любых слов.