Если повезет

- Эх, дома хорошо, - Матрена вздыхала, но елку наряжать не переставала. Домовушке категорически не нравилась идея хозяйки остаться в Шотландии на все каникулы. - Матрен, и здесь снег есть, - Лиза покачала головой и продолжила развешивать палочкой веточки омелы. - Это не снег, а так, слякоть, - авторитетно заявила домовая. - И елка мелкая какая. А ты, голуба, расцвела, - Матрена с удовольствием смотрела на веселую хозяйку. - И навертела этих веток. Надеешься, что поцелует? Елизавета ничего не ответила. Да и не надо было этого домовой, у самой, чай, глаза есть. Да и колдун к ним зачастил. Приходит уже поздно, чтоб, значит, учеников не было, и сидит сычом. Ему Матрена не показывалась, боялась, не удержится и выскажет, что о козлиной мужской породе думает! Повадился, охальник, по ночам таскаться да разговоры разговаривать. Девочка его разряженая встречает, а он хоть бы комплиментик сказал. Так нет же, паразит! Сидит в красноречии изгаляется. А сам как смотрит... Домовая покачала головой. Того и гляди, одежка на хозяйке загорится. И себя и ее мучит. Не дети уже, а ходят вокруг до около. Высокое чувство ему раздевать Лизочку не мешает, а что-то посерьезней - нет. И кто он после этого? Матрена и на хозяйку злилась, и на мага этого. Вишь, иностранная морда, носом воротит! Любой другой уже бы руки просил. Но нет надежды на этих современных мужиков. Одно хорошо - по непотребным местам больше не таскается. Она лично следила, как бы не подцепил чего. Даром что зельевар. Ворчала она больше для порядку. В замке ей нравилось, да и не скучали здесь они. У хозяйки вечно полна горница гостей. Дети в доме - радость в доме. Чаще всех и дольше всех Гаррька бывал. Матрене его было жаль, сирота, да еще и чужой кровной родне. Худенький, только глазищи в пол-лица. Она-то уж откормит ребенка. И паразита почти отцепили, который жизненную силу из него сосал. Такой пакости домовая давно не видела, да еще век бы не видать. И откуда взялось? Хозяйка сердечна еле вытащила этот огрызок. А она того, Яга, да и не из последних. Потихоньку вытягивали, чтобы не навредить. Елизавета Гарри травами заветными отпаивала да наговоры читала. Кабы это вовремя сделать, легче было бы и им, и ребенку. Сидел-то он в пацане с младенчества, хорошо присосался. Повезло мальчику, что Ягу встретил. Иначе не жить ему... Одержимых никто не любит, ни маги, ни люди, ни нелюди. Даже нечисть, и та сторонится. Сошел бы с ума Гаррька и пропал. Чем местный мудрый и могучий думает? Вечно наворотят вот такие Великие, а потом простым ведьмам разгребать. Что бородатый да хитрый знает, Матрена и не сомневалась. Он в замке хозяин, а порядку нет. Да и мальчишку он плотно опекает. Уже и к хозяйке цепляется, чтобы не привечала Гарри. Тьфу ты! Вершитель судеб, мать его. О творимых этим "старцем" в молодости непотребствах домовая осведомлена была. Альбина Всеславишна, матерая ведьма, ой как не любила эту бороду в бубенцах. Такими словами хаяла, и вместе с полюбовником. Хороша семейка - один коз любит, второй мужиков! И сразу не скажешь, что хуже... От великой мудрости с одним Темным Лордом в постели "дружил", второго вырастил! Достойные деяния. У этих англичан все через одно место. И культурная домовая стеснялась сказать какое. Сидят на своем острове, который плевком зашибить можно, и весь мир учат. Выдумали - грязная кровь. Где такое видано? У всех она одинаково красная. Родословная длиннее руки, а мозгов нет, только и остается, что предками гордиться! Сами ведь ничего не могут... Вырожденцы. - Маркус? - пока она ругалась на все лады, к ним в гости снова наведались. Этого отрока она знала. Нравился Матрене он. Говорит коряво, да в словах ли счастье? - Я смотрю, ты не один? Ну что же, проходите. - Профессор, мы ненадолго, - Флинт вытащил из кармана куртки из драконьей кожи маленькую коробочку и взмахом палочки увеличил. - Я решил сам вам вручить, пока не уехал. С Рождеством! - он смешался, не зная, куда деть подарок - то ли на стол поставить, то ли в руки отдать. Из-за его плеча выглянула женская головка и робко улыбнулась Елизавете. - Я Пенелопа, профессор, - представилась девочка, с любопытством оглядывая украшенную к празднику гостиную. - Пенелопа Кристалл. - Моя невеста, - Маркус осторожно взял ее за руку и счастливо улыбнулся, когда смущенная девушка спрятала лицо у него на плече. - Я вижу, у вас все хорошо? - Елизавета вопросительно посмотрела на них. - Да, - Пенелопа подняла лицо и смело продолжила. - Мне мама кланяться вам велела, и отец тоже. Если бы не вы... - Она поникла. - Они просят вас в гости к нам в любой удобный для вас день. Яга покачала головой. Как просто было помочь этим двоим. Кто-то хитренький проклял девочку и опаивал. Ей пришлось проклятье снимать да зелье из нее выводить. Маркус на руках все это время ее продержал. Когда она криком кричала, когда билась от боли. И рыдала когда в себя пришла, и вспомнила, что чуть не сделала. Самой Лизе было интересно, кто это такой искусный по любовным чарам и проклятьям привязки, что обряд помолвки почти обошли. Маркус ее и в Больничном крыле не оставлял, до ночи там сидел и ночь был бы, да Поппи выгоняла спать. Колдоведьма в ужас пришла, когда узнала, что с девочкой сотворили. И родителям сообщила сразу, не дожидаясь директора. Им потом обеим влетело от начальства - за поспешность и необдуманное решение. Добрый дедуля мораль им читал, вместо того, чтобы приказать эльфам спальни обыскивать. Лиза ему сказала, что у того, к кому девочку должны были привязать, кукла специальная была. Найти было можно. Нет, конечно, девушка Маркуса в тот же момент не полюбила, так только в сказках да женских романах бывает. Но заботу о себе оценила и смогла увидеть больше, чем угрюмого здоровяка. Маркус был достаточно умен, чтобы понять, что это его шанс и не упустить его. Молодая пара ушла, а Яга вслед им от всей души счастья пожелала. Чуть погодя прибежал Гарри, румяный и мокрый с улицы. Пришлось ругать и поить чаем горячим. Мальчишка, что тут скажешь. Шапку где-то в сугробе потерял и бегает. - Я с Уизли поругался, - Гарри насупился. - Поэтому мне в гостиной лучше не появляться. Братцы его шутники. - А что случилось? - Лиза в случае с рыжими близнецами жалела об отмене телесных наказаний и хорошо понимала Филча. Всыпать бы пакостникам горяченьких! Что подопечный ругается с Роном Уизли, для нее новостью не было. - Что опять не поделили? - Надоел он мне, - Поттер мрачно вертел в руке печенье. - Пристал с этим коридором Запретным и с Малфоем собачится, а потом за мою спину прячется, как будто я должен его защищать. Хорек, конечно, противный, но зачем мне с ним враждовать? Я бы Рона прибил с удовольствием. Еще и обзывается, что я не настоящий Герой, раз трушу. - Гарри потер шрам. - Понятно, - Лиза нахмурилась. - А теперь слушаем меня. Гарри, я тебе что-то плохое до сих пор делала? - мальчик покачал головой, и глаза у него были квадратными. - Да вы единственная, кто мне здесь помог! Я ведь тогда приехал бы сюда с Хагридом дурак дураком. - Гарри говорил уверенно, убежденно. - Вы обо мне позаботились так, как никто и никогда. - Тогда ни в коем случае не лезь в этот коридор, - Елизавета погладила его по голове. - И позволь мне вот эту нитку тебе на руку повязать, - она показала моток красной шерстяной нитки, совсем простой на первый взгляд. Но Гарри знал, что в руках мисс Лизы самые обычные вещи часто превращаются в волшебные. - Я буду всегда знать, где ты в пределах замка. Да и мелкие сглазы она отводит. Он без колебаний протянул руку. Елизавета обмотала запястье нитью три раза и при этом что-то тихо шептала. Гарри прислушался, но ничего не разобрал. Он не боялся, что она может сделать что-то плохое. Да любому, кто так может подумать, он сам в глаз даст. Сколько раз он приходил в эти комнаты расстроенный, чувствуя себя одиноким и никому не нужным? Много раз. И всегда находил только ласку. Самая удивительная ведьма на свете, способная и ругать, и жалеть. Именно к мисс Лизе он пошел, когда у него шрам болел на уроках заики. Она помогла. Гарри верил ей больше, чем кому-либо в замке. Он любил слушать, как она рассказывает сказки, любил забегать сюда без повода, зная, что не прогонят. У него здесь был любимый стул за столом, садясь на него, он мог одновременно любоваться видом из окна и говорить с мисс Лизой. - Вот и все, - Елизавета прочно завязала последний узелок и ободряюще улыбнулась задумчивому Гарри. - Только обещай мне, ребенок, что сам туда не пойдешь, - она сжала его плечи. - Обещаю, - слово легко сорвалось с его губ. Да и Гарри сам не собирался никуда идти. Хватит с него приключений. - А Рон, если такой "герой", пусть сам идет! - запальчиво произнес он. Поттер и сам бы с удовольствием впихнул надоевшего тупицу в Запретный коридор, только бы избавиться. Рон был непрошибаемо наглым и таким же надоедливым. Еще и Невилла обижал... Острил по поводу родителей Лонгботтома, пока Джордж или Фред (кто из них, не разберешь) не надавали по ушам. Гарри знал, что Невилл потерял родителей, как и он во время войны. Вся разница, что у него была строгая бабушка. Леди Лонгботтом хотела гордиться внуком, но пока нечем. Его успехи в теплицах поводом для гордости, видимо, не считались. После каждого бабушкиного письма Невилл как в воду опущенный ходил. Уизли вообще любил задевать других и редко думал, что мелет своим языком. Гермиона после той истории с троллем на него внимания мало обращала да и книгой могла хорошо огреть. Видимо, уворачиваясь от дубины, она несколько пересмотрела образ пай-девочки и теперь все чаще вместо того чтобы читать нотации или угрожать наябедничать, применяла силу. Лаванда девчонкой была боевой и отлично колдовала. Оплеухи у нее тоже были впечатляющими, если она выходила из образа "принцессы". Вечно недовольного рыжего на факультете ни в кнат не ставили. Все его попытки заработать авторитет через других безжалостно высмеивались. Братьям до Рона дела не было. А позорная дуэль между Уизли и Малфоем закончилась тем, что всех поймал Снейп. Куча потерянных баллов и рабство у Филча на месяц. Рона жалко не было, а вот баллов было. Он ведь только теряет, а зарабатывать не может. Потому что ленив. Единственная книга, которую Гарри у него видел за все время, - это История квиддича. Сам Поттер полностью соглашался с Гермионой, которая пророчила, что Рональд Уизли будет вторым после Салазара Слизерина, кого позорно изгнали из замка. Только рыжего выпрут за лень. Быстрее пришел бы этот день. - Гарри, у тебя очень злорадное лицо, - Елизавета сидела, положив подбородок на руку. Закатное солнце светило ей в спину, просвечивая тонкую материю белого рукава. - О чем думаешь? - она потрепала его по волосам. И он с радостью рассказал, о чем именно думал. И улыбался, наблюдая, как Елизавета самозабвенно хохочет. Она вызвалась проводить его до гостиной, как он ни отказывался. Но в глубине души от такой заботы теплело. Они шли по коридору, держась за руки, и он говорил не замолкая. Ставшая чуточку печальной Лиза иногда вставляла пару слов. Идти было совсем недалеко, и ждавший кого-то за углом Снейп был сюрпризом. Гарри нахмурился и бессознательно закрыл собой Лизу. - Я смотрю, в полку ваших обожателей и защитников прибыло? - иронично заметил Северус и хмыкнул, увидев до боли знакомое выражение бараньего упрямства на мордашке Поттера. Вылитый папаша... - Добрый день, Лиза, - он просто не мог отказать себе в удовольствии, и поэтому слегка поклонившись, вместо того, чтобы пожать протянутую ладонь, поцеловал. Ревность и злость, вспыхнувшая лесным пожаром, читалась на Поттеровском лбу. Мальчишка ревниво относился к любым попыткам завладеть вниманием своей обожаемой Лизы. - Вам должно быть стыдно, - девушка осуждающе покачала головой и погладила насупленного Поттера по спине. Северус, оправдывая свою репутацию, гадко ухмыльнулся и приказал мальчишке убираться в башню. Поттер, естественно, ушел после того, как его отпустила дама. Елизавета поцеловала пацана и что-то прошептала ему на ухо, отчего мелкое отродье повеселело и перестало сверлить его ненавидящим взглядом. - Это совершенно не смешно, - попеняла Лиза, наперед зная, что это бесполезно. - Северус, он же ребенок, а ты... - Я взрослый мужчина, - самодовольно заметил Снейп, и предложив коллеге руку, продолжил. - Поэтому развлекаюсь, как хочу. Это было забавно, - он с удовольствием вслушался в шипение Елизаветы и смог разобрать пару слов: "невыносимый", "мальчишки", "и когда это кончится". - Хватит улыбаться, - уже по-настоящему сердито приказала Лиза, чем вызвала тихий смех. Она вздохнула -" мерзавец". - И куда мы идем? - Ты ведь хотела увидеть гостиную Слизерина? - Северус нашел идеальный предлог побыть с ней наедине, не нарушая приличий, о которых твердил Альбус, на старости лет решивший стать "дуэньей". Прозрачные директорские намеки злили его до зубной боли. Он признавал, что засиживаться в покоях молодой незамужней леди до ночи было неосмотрительным. Но скорбное покачивание седой башкой и напоминания о долге и данной клятве... Сын Лили вполне здоров и весел под нежной опекой Елизаветы. А дражайшему директору он обещал беречь пацана, а не давал обет целибата. Его личная жизнь - только его личная жизнь. И чтобы там ни думал закостеневший от старости и маразма Альбус, секс с красивой женщиной, пусть без любви, очень приятное занятие. Он, конечно же, не планировал ничего такого, просто хотел провести вечер в приятной компании. Компрометировать Елизавету ему не хотелось, а начальник, чтоб ему... вполне мог пустить неприятную сплетню. Альбус часто действовал слизеринскими методами. Давление на чувство вины и копание в старых ранах можно отнести к ним. Все эти кошмарные годы он не давал Северусу ни на минуту забыть, по чьей вине погибла Лили Эванс. Как будто ему было мало собственной боли и вины. Страшного осознания, что он послужил причиной того, что Лорд пришел в ту роковую ночь в Годрикову Лощину. - Мрачно... - оценила Елизавета. Она бродила по гостиной в своем обычном белом плаще. Вне комнат было холодно. Северус наблюдал за ней, чутко улавливая смену эмоций. И улыбнулся, когда понял, что ей вообще-то понравилось увиденное. - Вина? - тоном змея-искусителя спросил он, против воли самодовольно ухмыляясь, наблюдая ее реакцию на свой голос. - Это эльфийское вино, очень тонкий и нежный букет, - ему хотелось добавить "как ты, Елизавета", но он промолчал. Северусу теперь часто приходилось хоронить в глубине разума комплименты. Никому не нужные слова, которые могли еще больше осложнить и так не простую ситуацию. Вот и сейчас она подошла, чтобы забрать бокал, и одновременно сбросила капюшон. По белому зазмеились русые пряди. Он почувствовал ягодный аромат ее шампуня. Малина? Нет, все-таки клубника. Он нахмурился, когда поймал себя на том, что беззастенчиво пялится на то, как розовые губы касаются стекла бокала. - Мне понравилось, - звонко возвестила Лиза и села на ближайший диван, совсем неприлично подобрав под себя ноги. На миг из-под платья показалась щиколотка в тонком чулке. - Ученики разъехались, поэтому камин не горит, - он удержал спокойный тон и щелчком пальцев вызвал огонь. - Я могу предоставить плед, пока комната не разогреется. Она покачала головой и, слегка улыбаясь, сделала новый глоток. Северус про себя ругнулся и сел подальше от точки опасного притяжения. Чем он думал, когда сюда ее тащил? Но бежать было поздно и глупо. Ведь он может себе позволить немного расслабиться? О том, что будет, когда Лиза снимет плащ, он старался не думать и надеялся, что, уступая холоду, она не надела одно из своих излюбленных почти прозрачных безобразий. Потому что он далеко не святой, чтобы устоять. И не настолько дурак... Он слишком сильно устал постоянно и ежечасно держать образ бесчувственного ублюдка. - Наверно, интересно наблюдать за жизнью Черного озера через эти окна? - спросила Елизавета, поплотней заворачиваясь в плащ - в подземельях было холодновато. - Не особенно, - после паузы ответил Северус. - Большой Кальмар редко подплывает сюда, а русалки не такая уж приятная компания, - он едва заметно улыбнулся, заметив гримаску недовольства на ее лице при воспоминании о "русалках" - Мисс Князева, признайтесь, вы до сих пор злитесь на меня за ту весьма невинную шутку? Он наполнил свой бокал и приготовился выслушивать возмущенную тираду. Вечер определенно удался...