Если повезет

Глупость человеческая воистину бесконечна... Елизавета была по-своему жестока, ее не страшили кровь и проклятия. Но всему есть предел, кроме бездны тупости. Смотря на Джинни Уизли, она заглянула в эту бездну. Маленькая девочка, по сути соплюшка еще, а какие мечты собственная мать заботливо вложила в ее головку! Ей бы в куклы играть, а не думать о любви. Допустим, есть рано созревающие особы, но это явно не тот случай. Джинни верила, что она принцесса и ждала своего прекрасного принца. Настоящего Героя... Беда в том, что "герой" оказался обычным, в меру хулиганистым мальчишкой, которого совсем не интересовала одержимая девчонка. Гарри не был тем, о ком бедная дурочка слушала сказки. Он не был рыцарем без страха и упрека... Его не интересовала "конопатая принцесса". Гарри не любил славу, считая, что досталась она ему слишком дорогой ценой. Он не хотел спасать, превозмогать и биться с чудищами во имя дамы сердца. Он просто жил обычной жизнью - гулял, читал, любил и дружил. Но для Джинни все это стало трагедией, с которой ее бедное сердечко не могло справиться. Мысленно Елизавета себя корила. Что ей стоило присмотреться к окружению своего Гарри? Ведь девочка следовала за ним словно тень - безмолвная и одержимая. Гарри отмахивался от нее, находя много более интересных вещей, чем девица с придурью. Подкинутый коварным сукиным сыном Малфоем дневник стал ее единственным другом. Братьям до нее и ее бед дела не было. Мама, которая должна была поддерживать, пилила в каждом письме, подогревая эту противоестественную страсть... Вина Джинни была совсем крошечной, но оттого не умаляла вреда принесенного. Она изливала свою душу на страницы друга и все больше увязала в чужой воле, как слабая муха в паутине лжи. Темный Лорд был опытным кукловодом, что могла ему противопоставить Джинни, ущербный ребенок с разбитой психикой! В то же время Джинни сама выбирала жертв: Криви, потому что Гарри говорил с ним иногда, Астория Гринграсс пострадала за постоянные насмешки над рыжей. Девочке не хватило ума держать свои мысли о будущей счастливой жизни с Гарри Поттером при себе. Над ней смеялись многие, следовательно, жертв должно быть больше. Они пришли в спальню девочек ночью, чтобы забрать Дневник. Скрыть имя той, которая была виной всех ужасных событий, не удалось. Джинни бросалась на них, когда спальню обыскали и нашли злосчастную тетрадку. Девочку пришлось поместить в лазарет и вызвать специалистов из Мунго. Дамблдор очень старался замять скандал и скрыть произошедшее. Но ему это не удалось: родители Астории желали крови. Виновнице грозило исключение. - Бесс, - Северус поцеловал ее в лоб. Он выглядел усталым - бессонная ночь, переговоры с Малфоем и объяснения с родителями пострадавшей ученицы. - Альбус смог договориться. - Ты недоволен? - она повернулась в его объятиях так, чтобы видеть его лицо. Погладила кончиком пальцев обозначившиеся морщины, горькие тени вокруг глаз... - Я бы так не сказал, - он вздохнул. - Он спас и мою шкуру. Но... - Но? - Елизавета расцвела смешливой улыбкой. - Ты негодуешь, что глупость окажется безнаказанной? Северус, не спеши с выводами, посмотри на нее, - она качнула головой в строну спящей девочки. - Я ничего не вижу, - Снейп зарылся носом в ее распущенные волосы. - Давай без загадок, Бесс, слишком устал, - пожаловался он. Елизавета потянулась к его губам... Да что тут объяснять, Джинни Уизли никогда не станет прежней - одержимость не прошла даром. И для психики, и для магии. Сильной ведьмой ей уже не стать. Лорд щедро пил силы доверчивой дурочки. Он мог бы даже возродиться, если бы ему не помешали. Она уже успела пообщаться с огрызком души Тома Ридла и была даже довольна - собеседником он был забавным, особенно когда пытался взять ее под контроль. - Альбус желает изучить дневник, - пробормотал он между поцелуями. Яга громко фыркнула и некультурно скрутила кукиш... Северус негромко хохотнул, чувствуя, как его переполняет нежность. - Ты неподражаема, - признался он, целуя недовольно сморщенный носик. - Злючка, - подразнил он. - Но ведь твоя? - Лиза похлопала ресницами и нагло полезла шаловливыми ручками под мантию. - Северус, может, уйдем? Я не вижу необходимости дожидаться родителей мисс Уизли. - Оставим эту сомнительную честь Альбусу и Минерве? - Хитрая усмешка на самом дне темных как бездна глаз. Темных, но теплых, искристых, живых... Живых... Она часто прокручивала в голове страшное видение - грязный пол какой-то лачуги, изломанная черная фигура, залитая кровью, и мертвые глаза. Разорванное горло ее любимого Северуса. Но она не была бы собой, если бы не попыталась обратить свой дикий страх за него на пользу. Елизавета никогда не делилась с ним увиденным в своих странных снах-видениях. Это было лишь ее. И она совсем не была уверена, что это не химеры, просто ожившие страхи. Ведь она пришла в замок, неся за собой, на своих плечах ветер перемен. Будущее не может быть стабильным там, где хоть раз прошла Баба Яга. Таков закон. Ее сила была в знании прошлого и лишь отчасти будущего. На предвидение нельзя было полагаться целиком и полностью, слишком изменчива река времени. Искать ответы следовало собственным умом, а не гаданием на "кофейной гуще". Но игнорировать предостережения мог лишь глупец. Дурой она была, но вот глупой - нет, такой вот парадокс! Хуже обычной дуры только влюбленная... Елизавета понимала, что она ослеплена своим чувством и поэтому уже допускает ошибки, а это могло стоить слишком многого. В этот раз им повезло... - Гарри? - она даже не удивилась. - Я тебе что говорила, из гостиной ни ногой, - отчитала она его для порядка. - Ребенок, ты вообще способен слушаться? - Да, - Гарри выглядел почти виноватым и наградил сложившего на груди руки Снейпа мрачным взглядом. - Мисс Лиза, я соскучился и хотел узнать... Елизавета назвала пароль и подтолкнула Гарри в спину. Прогнать его рука не поднималась. Северус этот произвол никак не прокомментировал. Похоже, уже смирился с присутствием Поттера на их раннем завтраке. - Матрена, накрывай на стол, - Лиза утомленно села, из-под ресниц наблюдая, как мужчина и мальчишка, ревниво сопя, делят места возле нее. - И как наш пленник? - Да что ему, непутящему, будет? Ревет белугой, - домовушка хлопнула в ладоши, накрывая завтрак. - Хозяюшка, местные ушастые бездельники злятся на меня, что я готовлю на их кухне. - Ты сама разберешься, или мне спуститься? - Елизавета улыбнулась, когда Северус отобрал у Гарри кофейник. - Мистер Поттер, для вас есть сок и чай, - мужчина с удовольствием налил себе чашку кофе и смакуя сделал первый глоток. - И на будущее: не стоит сверлить меня взглядом - не подавлюсь. - Надежда умирает последней, - нахально отрезал Гарри и, явно красуясь, вцепился рукой в блюдце с блинами. Он знал, что Лиза предпочитает завтракать именно ими. - Мисс Лиза, блинчик? Елизавета прикрыла салфеткой лицо, чтобы не улыбаться слишком явно. Сил хватило на то, чтобы кивнуть с самым невозмутимым видом и поблагодарить одного за кофе, второго за блин. Можно сказать, завтрак проходил в теплой и дружественной атмосфере, если бы только Северус не изгалялся в красноречии на любое движение ребенка, а ребенок не огрызался, пользуясь тем, что она рядом. Яга с юмором размышляла, что эти двое - два сапога пара. И просто не поняли, насколько похожи на друг друга ослиным упрямством и нелюбовью делиться своим. Гарри, сам того не замечая, копировал гримасы Северуса, а сам Северус закипал, точно Поттер. - Вы удивительно невоспитаны, - лениво заметил Северус. - Беру пример с вас, - Гарри ухмыльнулся. - Сэр, - последнее слово он произнес с явной издевкой. - Может, хватит? - Елизавета, давясь хохотом, умоляюще посмотрела на них. - Вы удивительно забавны. Ее смерили одинаково обиженными взглядами черных и зеленых глаз. Поразительное единодушие. Если бы еще по делу! - Мисс Лиза, а что будет с Джинни Уизли? - Гарри аккуратно положил нож и вилку. - А ты волнуешься? - Нет! - быстро ответил ребенок. - Она меня достала до печенок, но, говорят, ее исключат. - Директор все уладил - обтекаемо ответила Елизавета. Уладил, уладил, хитрый хрен. В очередной раз вышло, что Альбус один весь в белом, а все остальные в дерьме. Жертвы Василиска должны были очнуться через несколько часов - экстракт мандрагоры нашелся на рынке. Не пришлось ждать созревания в школьных теплицах. Вход в тайную комнату блокировали в четыре палочки - Альбус, она, Северус и Флитвик. Теперь шипи не шипи, не поможет. Но все равно с василиском нужно было что-то решать. Но это на каникулах, поскольку устраивать охоту, когда в школе полно детей, очень опасно. Елизавета вытрясла из дневника все, что Лорд знал о Тайной комнате, чтобы убедиться, что выход только один. Да и войти туда мог только наследник Основателя. Поэтому уничтожать тетрадку было неосмотрительно - кто тогда откроет дверь. Было подозрение, что в комнату был способен попасть Гарри, но не теперь, когда она уничтожила засевшего в его голове паразита. Сам Василиск был уже дряхлым и не был уже и вполовину так опасен, как раньше. Но все равно лезть в подземелья без подмоги - самоубийство чистой воды. Она бы сама не рискнула... Смертоносный взгляд монстра на нее, скорее всего, не подействует, но от клыков это не убережет. У Елизаветы была немного авантюрная идея, как укротить змея. Осталось уговорить или заставить дух Темного Лорда сотрудничать... А для этого нужно немало времени. - Северус, я тебя очень прошу, не задевай Гарри, - просьбу Елизавета высказала самым мягким тоном, на который была способна. - Ничего не обещаю, - притворно сурово ответил он. - Могу сказать одно, мальчишка в твоем обществе сносно себя ведет. Мне нужно разобраться со своими паршивцами... На прощание он мимолетно поцеловал ей руку. Лиза покачала головой, судя по настроению, парням не поздоровится. Ну и правильно, змейкам только дай спуску - на шею сядут. Северус ловко управлялся со своим ядовитым террариумом, и мешать ему в этом - последнее дело. От профилактических трындюлей никто еще не умирал. Да и сами детки напортачили будь здоров - в самостоятельность решили поиграть... Елизавету лично его холодная строгость только заводила, так и хотелось сделать что-то непотребное с невозмутимым профессором. Ему шло, если можно было так сказать, амплуа невыносимого ублюдка. Северус умел заморозить одним взглядом и довести своим бархатным голосом до невменяемого состояния. Еще у него было неподражаемое чувство юмора и огромные запасы самоиронии, которые помогли не свихнуться. Он мог быть строгим, требовательным, злым, но Северус был самым заботливым мужчиной, которого она знала за свой немалый век. В любящих глазах недостатки превращаются в достоинства. Елизавета любила и готова была терпеть не самый легкий характер "милого". Северус никогда не искал легких путей, тем удивительным было то, что его душа не выгорела дотла в той бесконечной войне, на которую он себя обрек. Его преданность и способность идти на жертву... Смелость смотреть в лицо страху. Она любила его всего - ворчащего по вечерам, страстного ночами, недовольного среди дня. Северус мог сколько угодно величать учеников "болванами", "идиотами", но защищать будет их до последнего. Он знал, что такое долг, и выполнял его не жалуясь. - Лизочка, ты этак мечтательно не улыбайся, - Матрена убирала со стола посуду. - А то аж глаза слепит, - домовая умилялась, давно она не видела ненаглядную хозяйку такой счастливой и довольной. Пусть Лиза нашла свое счастье с этим вороном ядовитым. Но на то оно и счастье, что у каждого свое. Матрене в их отношение лезть несподручно - главное, что? Что хозяйка счастлива и сияет как ясное солнышко. Вот посмотришь на нее такую и легче на душе. А ее дело маленькое, тарелки прибрать да за Гаррькой проследить... А то чует ее сердце, опять легко оденется. Так и заболеть недолго, здесь везде сквозняки. Да вещи нужно у него сложить, вечно неаккуратно бросает. Не мешало бы пирожков в сумку ему положить да кудрявой евойной подружке яблочко. А то чахнет девочка над энтими книжками, аж больно смотреть. Да Лизочку без пригляда не оставишь никак. Еще и этот ушастый вредитель Добби, присмотреть, чтобы не удавился от расстройства. У домовой было много, много важных дел... А ведь иначе никак, все на ней держится!