Моя сладкая кровь... Моя безумная страсть...

POV Катарина: «С того самого момента, как мы с Джесси перебили всех акум второго уровня, атаковавших территорию ночной школы, прошла неделя. Я всё ещё болею, но, по крайней мере, я могу самостоятельно передвигаться по особняку братьев Сакамаки, помогая вампирам и Ноям со всякими житейскими делами, которые то и дело возникают изо дня в день. Надеюсь, что приключения на хоть краткий промежуток времени пока что не будут тревожить меня и мою любимую подругу Джесси, а то чистая сила может вообще разбушеваться не в тему…» Конец POV Катарина. POV Тики Микк, Третий Апостол Ноя, Удовольствие: «Катарина, моя безумная страсть… Я не обладаю даром телепатии, однако я знаю, о чём ты думаешь сейчас. Ты думаешь о том, до чего же тяжело быть Ноем с чистой силой. Именно поэтому господин Тысячелетний и поручил столь ответственное дело нашей троице – мне и сёстрам Камелот. Какое-такое поручение, спросишь ты? Лишить тебя чистой силы, моя безумная страсть. В тебе пробуждается Ной, тебе и так тяжело, ещё и чистая сила притормаживает пробуждение в тебе Ноя. Вот поэтому-то нам троим и нужно лишить тебя чистой силы и передать её высшим силам. Постарайся понять это, моя безумная страсть. Это нужно ради твоего же блага. Более того, я хочу защитить тебя от страданий Ноя, когда он наконец пробудится в тебе, и всё только лишь из-за того, что я люблю тебя… P.S. И да, ты ошибаешься насчёт того, что приключения не будут тревожить тебя и твою подругу Джессику. Ещё как будут. Тебе предстоит пройти ещё через множество испытаний и страданий на пути становления Апостолом Ноя, Шестнадцатым Апостолом по счёту.» Конец POV Тики Микк, Третий Апостол Ноя, Удовольствие. … На следующий день после записи, сделанной Катариной в её личном дневнике, она помогала вампирам Сакамаки разбирать чердак в их особняке. Вдоль стен стояли книжные шкафы, полки которых были заставлены книгами самых разных форматов: были тут и большие массивные фолианты, и крохотные брошюры размером с карманный календарик, и книги обычных, средних размеров, к которым привыкла Катарина. Она начала разбирать очередной книжный шкаф, как вдруг она случайно задела какую-то небольшую тетрадку, которая упала прямиком на девушку. Тетрадка была самой обыкновенной на вид, старой, потрёпанной и грязной. Обложка её была коричневого цвета, а страницы в ней пожелтевшими от старости, ведь понятно было, что она пролежала там не один год, если не век. Девушке стало интересно, что это была за тетрадка, ведь на обложке её значилось: «Дневник». «Личный дневник? Чьим бы он мог быть?» - мысленно задалась вопросом носительница чистой силы. Девушка вышла в коридор и, подойдя к ближайшему от чердака окну, открыла тетрадь и начала читать первую, попавшуюся ей на глаза, запись. «Катарина, моя девочка…» - начала читать девушка, с каждым прочитанным словом удивляясь всё больше и больше. - «Я знаю, до чего же тебе сейчас одиноко. Моя единственная дочь, которая дарит мне немыслимое счастье. И совсем не имеет значения то, что она не является моим истинным дитя. Я всё равно люблю её, как свою родную дочь, и ращу её, воспитываю её соответствующим образом. Роднее её для меня не существует никого. Мне так горько и обидно осознавать то, что мне придётся отдать её в качестве жертвенной невесты братьям Муками через два года. Если бы не церковь, в которой я работаю, я бы всё отдал за то, чтобы моя Катарина осталась со мной. Кто ещё поможет ей, если не я, пусть и не родной, но её отец?» То, что прочитала Катарина, повергло её в ужас и даже шоковое состояние лёгкого характера. «Папа…» - пронеслось в мозгу у девушки, как вдруг откуда-то из страниц тетрадки выпала фотография. Пролетев около рук девушки и упав прямо ей под ноги, она привлекла внимание носительницы чистой силы. Девушка присела на корточки и подняла фотографию. Перевернув её лицевой стороной, она увидела запечатлённых на снимке мужчину среднего возраста, от сорока до пятидесяти лет, который, улыбаясь, держал за плечи девочку лет пяти. Девочка была серьёзна и даже слегка строга, волосы её были небрежно пострижены, рыжевато-каштанового цвета, а глаза её светло-карие с грустью глядели в объектив старой камеры. Мужчина и девочка стояли на крыльце церквушки, что было понятно по типу архитектуры заднего плана… «Это же я!» - узнала себя на фотографии Катарина. – «Папа, как же ты мог? Ведь ты мог не отправлять меня к братьям Муками. Почему же ты не настоял на своём?». С этими горестными мыслями Катарина села на подоконник и продолжила чтение старого отцовского дневника. Наткнувшись на довольно интересную запись, она пробежала быстро глазами по записи, как вдруг прочитала там предложение, в котором значилось… «Коу Муками будет отличным кандидатом для того, чтобы быть рядом с моей Катариной, оберегать её, направлять и подсказывать, если вдруг она будет в чём-то ошибаться, а она будет, ведь ей всего семнадцать лет. Думаю, что он и станет первым, кто лишит её невинности…» «ЧЕГО?!?!» - от негодования девушка была близка к тому, чтобы взорваться. – «Значит, вот кто должен был соблазнить меня! Не Шу Сакамаки, а Коу Муками?! Так это он должен был лишить меня девственности?! Но почему именно он? Он же идол!» От гневных мыслей, которые мелькали в голове девушки, со скоростью света сменяя друг друга, Катарина чуть не взорвалась, чем вызвала слабую молнию, выстрелившую из затылка. Катарина быстренько прикоснулась рукой к затылку, откуда только что вылетела молния чистой силы, и заставила успокоиться сама себя, дабы не вызвать катастрофы. Она могла бы сидеть так ещё долгое время, обдумывая то, что она только что прочитала в старом дневнике её отца, как вдруг этому её занятию помешал Аято. - Эй, чем ты занята? – внезапно появившийся младший из тройняшек Сакамаки прервал мыслительный процесс Катарины, чем вызвал лёгкий испуг у последней. – Там Реджи нужна помощь по разбору книжного шкафа с фолиантами. Иди и помоги ему, он заметил, что тебя нет. - Хорошо, уже иду… - отозвалась девушка, спрыгивая с подоконника и забирая с собой тетрадь, решив спрятать её в ящике одного из столов на чердаке. «Потом мне будет, что ещё шокирующее узнать о себе. Хорошо, что эта тетрадь осталась тут. Джесси тоже расскажу об этом потом. Вот только загадка, что здесь делал дневник моего отца?..» - подумала Катарина с тревогой в душе… *** … В это же самое время в особняке братьев Муками… Руки, сидя в гостиной и почитывая очередную свою какую-то там книжку по непонятной его братьям теме, больше думал о том, как там поживает «их сладкая кровь», чем читал, в уме прикидывая, сколько ещё ей осталось гостить у Ноев. «Так… Ей осталось гостить у них около недели. Значит, в скором времени она должна приехать обратно к нам, в наш особняк…» - подумал было Руки, как вдруг… - Кошечка сама не придёт к нам, Руки. – раздался вкрадчивый, с лукаво-ласковыми нотками, голос блондина-идола за спиной его старшего брата. - Коу, я тебе уже несколько раз говорил, чтобы ты не появлялся внезапно за моей спиной. С остальными можешь проворачивать этот трюк, а со мной не надо. Не смешно ни черта. – с недовольством отозвался брюнет. - Прости, не удержался. – с лёгким смешком ответил идол. – У меня сегодня игривое настроение. - У тебя оно когда бывает «не игривым», Коу? - Ты прав. Я всегда такой. – согласился со старшим братом блондин. - Да. Так ты чего-то хотел, Коу? - Ой, а ведь точно! Хотел. – с улыбкой вспомнил истинную причину своего появления в гостиной идол. – Я хотел сказать, что, кошечка, хоть и гостит сейчас у Ноев, в данный момент времени находится у наших конкурентов, братьев Сакамаки. Это троица Ноев – Третий Апостол и сёстры Камелот – привели её вместе с её подругой в особняк наших двоюродных братьев. - И что они там забыли, хотелось бы мне знать? – поинтересовался Руки. – И почему ты решил, что она не придёт к нам сама? - Потому, что это ясно как Божий день. Она не придёт к нам сама просто потому, что не хочет быть с нами. Только если или украсть её, или если кто-нибудь приведёт её к нам насильно. - Ей всё равно придётся вернуться к нам, хочет она этого или нет! – отрезал брюнет. – И это только потому, что она является нашей жертвенной невестой, которую избрала церковь! - Именно так. Нужно, чтобы кто-нибудь привёл её к нам, Руки. Третий Апостол Ноя, например… - Это мысль, конечно, но лучше было бы украсть её у Ноев и доставить к нам. Так она достанется нам по праву. – выдвинул предположение старший Муками. - Руки, ей осталось гостить у Ноев неделю. Не проще ли будет дождаться конца её пребывания там, после чего уже действовать по нашему плану? - Ты прав, Коу. Подождём. Она пугливая особа, не хотелось бы её спугнуть… - Будем ждать. С этими словами блондин встал и переместился в свою комнату посредством телепортации. Оказавшись в пределах своей комнаты, блондин, подойдя к окну и наблюдая за оранжево-золотистыми переливами заката, улыбнулся полу-коварной улыбкой и произнёс вполголоса: - Ничего, моя сладкая Катарина. Твой отец был прав: я стану тем, кто направит тебя. И кто регулярно будет употреблять внутрь твою кровь, дабы ты смогла стать полноправной вампиршей… - после того, как прозвучали данные слова, правый глаз идола засветился ярким розовым светом, который загорался в его глазу каждый раз, как он замысливал что-то недоброе… *** … - Пора в школу, девочки! – орал с нижнего этажа Тики. – Собирайтесь, живо! Катарина, Джессика, Роад! Быстрей, быстрей, вы опоздаете! - Ной, поторопи этих бессовестных копуш! Совсем обнаглели! Мы так в школу опоздаем… - недовольно сетовал Реджи Третьему Апостолу Ноя. - А я что делаю, по-твоему? – рявкнул Тики. – Сам не видишь, что я пытаюсь поторопить их? После слов Удовольствия Ноя Реджи и Тики вновь испепелили друг друга ненавистными взглядами, пока у подножия лестницы на второй этаж не появилась Катарина, тем самым привлёкши внимание двух недругов к своей собственной персоне. - Я готова. – произнесла девушка, по истечении полминуты поняв, что Ной и вампир не торопятся обратить на неё своё пристальное внимание. - Иди к машине, быстро! – поторопил её Реджи. – А где твоя подруга, Джессика? - Она ещё собирается. – бросила в ответ «очкарику» Катарина. - Чёрт бы побрал эту копушу, никогда не торопится. – выругался «диктатор» Сакамаки. – Эй, а где Субару и Аято? Эти-то двое никогда не опаздывали. Где они застряли, чёрт побери?.. … В это же самое время на чердаке особняка братьев Сакамаки… - Субару, не тормози! В конце концов мужик ты или нет? Хватит быть тряпкой и размазнёй! Признайся уже наконец Джессике! – наставлял младшего брата рыжеволосый вампир с задранной штаниной. - Аято, тебе легко говорить, не ты же будешь проходить через всё это… - повесив голову, ответил Субару. - Субару, ты мужик, ты сильнее! Именно ты и должен сделать первый шаг! – настаивал на своём нагловатый вампир с рыжими волосами. - Аято, давай я сам разберусь с этим, хорошо?! Как наговоришь мне всякой ерунды тоже, а я потом жёстко налажаю из-за тебя… – слегка повысив голос, вспылил беловолосый младший брат рыжеволосого вампира. - Да пожалуйста, вообще больше ни слова не скажу! – громко воскликнул Аято, спускаясь вниз по лестнице с чердака. – Больше не проси у меня помощи, Субару! Сам разбираться будешь, понял? Я же ещё и виноват оказался в итоге… - посетовал с нотками недовольства Аято. – Я пошёл, а то нам в школу пора, ещё влетит от Реджи. И тебе не советую тут задерживаться… - Достал уже… - буркнул себе под нос Субару и сам поспешил удалиться с чердака, так как с нижнего этажа раздался громогласный голос Реджи, который прозвучал следующим образом: «Где их черти носят? Аято и Субару, спускайтесь уже!» POV Субару: «Аято думает, что это прям ну так легко – признаться в своей симпатии, а потом и в любви понравившейся девушке. Нет, это очень нелегко, да ещё и страшно до обморока… Я не могу просто так взять и с ходу выпалить в лице этой гордой брюнетке, мол, «ты мне нравишься, Джессика!» Хоть я и не боюсь ничего, но мне всё равно страшно. Искусство любви – это очень сложная наука, которой мне ещё предстоит научиться и отточить до совершенства. Я мечтаю о Джессике, но это очень и очень сложно… Эх, если бы только у меня был опыт ухаживания за девушками…» Конец POV Субару. … В это же самое время в комнате Джессики… - Чёрт, я опаздываю! – с криком носилась по комнате брюнетка, пытаясь в спешке найти учебник по химии. – Где эта чёртова книга по химии?! - Джессика, ты тут? – раздался голос младшего Сакамаки, который ворвался в комнату брюнетки, без стеснения пытаясь поторопить её. - Субару, мы опаздываем! Давай скорее, помоги мне найти учебник по химии! – кричала брюнетка. - Джессика, некогда! Надо бежать к машине, сейчас отъезжаем уже! Бегом! – хватая девушку за руку, Субару тянет за собой Джессику, которая в последнюю секунду хватает чёрные туфли на каблуках и тяжёлую сумку с учебниками. - А как же учебник по химии? - Забудь о нём, Джессика! Я поделюсь с тобой книгой, не переживай из-за этого… POV Субару: «Всё проще, чем я думал, как оказалось. Стоит только побороть стеснение и начать действовать. Первый шаг на пути к завоеванию её сердца я уже сделал. Будем действовать дальше, всё по плану.» Конец POV Субару. POV Джессика: «Вот это да… Не ожидала таких решительных действий от самого вспыльчивого из братьев Сакамаки, а именно – Субару. Забежал ко мне в комнату и, схватив меня за руку, вместе со мной побежал к машине, а то я бы так в школу опоздала. Спасибо ему, конечно… Более того, он ещё и поделился со мной учебником по химии, так как я не могла найти свой и, понятное дело, оставила его в своей комнате, в особняке. Хм, странно… В последнее время Субару как будто стал мягче и покладистее, что ли. Хотя я говорила, что меня привлекают Юма и Субару, которые являются самыми вспыльчивыми из братьев-вампиров. Похоже, что я нравлюсь Субару, он чаще обычного в последнее время оказывает мне знаки внимания… Хм, интересно-интересно…» Конец POV Джессика. *** … В ночной школе, на большой перемене, после третьего по счёту урока было шумно, стоял галдёж вампиров и прочих ночных существ по всей школе. Джессика и Катарина, как обычно, вышли из класса, дабы размять мыщцы, как вдруг из соседнего кабинета выглянул не кто иной, как сам… - Кошечка моя… - ласково позвал Катарину идол. - Коу? Только было девушка двинулась по направлению к блондину, как вдруг она ощутила, как её резко схватила за локоть подруга. - Эй, ты чего, Джесси? - Катя, будь осторожна с ним. Чёрт знает, что может взбрести ему в голову, этому идолу. Прикидывается ласковым котиком, а на самом деле это его маска, и в голове у него недобрый умысел. Осторожнее с ним, Катя. - Да ну тебя, Джесси… - отмахнулась от брюнетки её легкомысленная подруга. – Ты слишком себя накручиваешь после укуса Юмы. - Зря ты так обо мне, Катя. Ох и зря… - только лишь покачала головой брюнетка… POV Джессика: «Моя подруга иногда такая легкомысленная, вообще не знает, что ей грозит опасность… Видно же, что этот идол Муками что-то задумал, и это что-то явно носит недобрый характер…» Конец POV Джессика. POV Катарина: «Джесси иногда странно себя ведёт после того, как её укусил Юма в особняке братьев Муками. Она стала везде видеть опасность. Вообще странно… Лично я не вижу ничего опасного или страшного в том, чтобы просто мило поболтать с Коу…» Конец POV Катарина. … - Как ты, моя милая кошечка? – лукаво задал вопрос носительнице чистой силы идол. - Спасибо, всё в порядке. Здоровье тоже в норме, Коу. – улыбнувшись, ответила Катарина. «Чёрт, она такая красивая…» - пронеслось в голове идола, после чего он продолжил: - Идём со мной, моя сладкая кровь. - Куда? - Увидишь. Тебе понравится, вот увидишь. – с этими словами, подмигнув девушке, он потянул её за собой в сторону той самой лестницы, которая вела на второй этаж, а затем и к музыкальному классу… Катарина знала этот класс как свои пять пальцев… POV Катарина: «Мне немного страшно… Неужели это как-то связано с тем, что я прочитала вчера в старом дневнике своего отца? Неужели Коу будет воплощать в жизнь старую клятву моего отца? Мне страшно, я не хочу, нет…» Конец POV Катарина. … - Ну же, моя сладкая кровь, я дважды не стану повторять. Подойди ко мне… Войдя в музыкальный класс и закрыв дверь на ключ, Коу встал во всей своей красе перед доской, зовя к себе Катарину, которая, бледная, как смерть, стояла, чуть не вжавшись в стену, и со страхом во взгляде наблюдая за тем, как правый глаз идола становится всё более отчётливо ярко-розовым. - Коу, что ты собираешься со мной сделать? – заикаясь, спросила носительница чистой силы. - А ты разве не понимаешь? – внезапно голос Коу растерял свои кокетливые ласковые нотки, обретя гораздо более густой мужской тембр. – Ты же читала дневник своего отца, что там было написано? - Ну… Это… Там… - Там было написано, что я должен стать тем, кто будет тебя оберегать, защищать и стать твоим первым во всём, не так ли? - Откуда ты знаешь об этом, Коу? – всё больше ужасаясь безвыходности своей ситуации, со страхом спросила Катарина. - У меня свои источники. А теперь подойди сюда, моя сладкая кровь. Пора тебе узнать, что такое боль и наслаждение в одном флаконе. - Нет! - Я сказал, подойди! - НЕТ! - ПОДОЙДИ, СКАЗАЛ! ИЛИ Я ВОЗЬМУ ТЕБЯ СИЛОЙ, ПРЯМО ЗДЕСЬ И ПРЯМО СЕЙЧАС! - ПОМОГИТЕ!!! Не помня себя, Катарина закричала на весь класс. Помощь пришла немедленно: через дверь прошёл сам Тики. Он был в своём обычном одеянии, разве что волосы его были собраны на затылке, он был в длинном фраке и шляпе-цилиндре. - Ну и что тебе нужно от моей безумной страсти, идол? – вкрадчиво и не менее лукаво, чем сам Коу за полчаса до этого, спросил Тики. - Какая тебе разница, Ной? Она будет моей, и точка! Так завещал её отец в своём личном дневнике, который она нашла недавно! Катарина стояла, едва не потеряв сознание. Завещал? Что это значит? Его больше нет в живых? Не может этого быть… - Коу, что значит завещал? Он мёртв? - А ты разве не знала об этом, моя сладкая кровь? Твой отец мёртв уже месяц! Эта его запись в дневнике была завещанием! - Не слушай его, Катарина! Он хочет вселить в тебя неуверенность в себе и посеять сомнения в твоей душе! Не слушай его, моя безумная страсть! – пытался успокоить девушку Удовольствие Ноя. - Тики, я в это не верю, понимаешь? Мой отец не может быть мёртв! Это неправда! – кричала и билась в истерике Катарина. - Он мёртв, даже мои братья могут подтвердить это! А теперь подойди ко мне, сейчас же! А ты, Ной, не мешайся под ногами! Уйди прочь! С этими словами идол бросился к девушке, простирая к ней руки, но в следующий момент произошло то, чего блондин меньше всего ожидал: Третий Апостол Ноя, рукой схватив его за шею сзади, из другой руки своей выпустил Тиза – бабочку-голема, пожирающую плоть – после чего произнёс медленно и с расстановкой, не выпуская вампира из своей стальной хватки: - Слушай сюда, идол. Если ты не успокоишься и не отстанешь от моей безумной страсти… Я от тебя мокрое место оставлю, ты меня понял? - Да что ты мне сделаешь, Ной? Я пожалуюсь Руки! - Вот видишь, идол: ты, словно маленький мальчик, сразу же бежишь жаловаться своему старшему брату на то, что тебя, всего такого бедного и несчастного, обижают старшие. Как им не стыдно вообще? Тики измывался над блондином, как только мог. Он явно наслаждался статусом своей власти, своего могущества над «сопляком» Коу. Через пять минут, завершив свою убийственную тираду, Тики сказал: - Если по-хорошему не отстанешь от моей безумной страсти, я скормлю тебя своим Тизам, своим славным големам, и они от тебя даже мокрого места не оставят. Они очень голодны, идол. Ты слышишь меня? Коу уже не мог отвечать. Его шея затекла от стальной хватки Третьего Апостола, а сам он уже лишь мычал в ответ на гневную тираду Ноя. Тики, тряхнув блондина ещё разок, повторил свой вопрос: - Ты слышал меня, идол? - Даа. – с трудом прохрипел в ответ Коу, который сейчас выглядел жалко после того, как его принизили до уровня пола. - А теперь иди. – с этими словами Тики разжал свою хватку, а Коу пулей вылетел из музыкального класса. Вспомнив о том, что его безумная страсть находится в полном отчаянии, Тики повернулся к ней и, присев перед ней на одно колено, тихо произнёс, практически полушёпотом: - Моя безумная страсть… Катарина, заставив себя еле-еле поднять голову и потухшими глазами взглянуть на Третьего Апостола Ноя, тихо произнесла тоже: - Тики… - Ты в порядке, Катарина? - Я не знаю… Наверное, нет. Скорее нет, чем да. - Я знаю точно, Катарина. Твой отец жив. Не слушай идола, он всё врёт. - Я уже ни в чём не уверена, Тики… - с этими словами девушка припала к груди Удовольствия Ноя, а он тем временем гладил её по волосам, тихонько говоря: - Не беспокойся, Катарина. Я лично накажу братьев Муками, если это повторится ещё хоть раз. - Тики, знаешь… Я хочу сказать, что ты мне стал гораздо больше, чем просто другом… Кажется, я люблю тебя… - Катарина, я уже давно испытываю к тебе это чувство… - после чего Граф Тики Микк поцеловал девушку, и в класс влетела Роад. Спалив дядю и Катарину целующимися, она вылетела из класса со словами: - Ой… Прошу прощения! Катарина, звонок на урок был! – и убежала. - Катарина, иди на урок. И не думай об этом… С гораздо более спокойной душой девушка отправилась на следующий урок…