Это случится теперь, или никогда

Чёрный Mercedes W211 рассекал пустые улицы Осло, оставляя за собой лишь раскиданные осенние листья, по которым колёса беспощадно проехались. В это время суток, а именно ранее утро, когда ещё люди не спешили на работу, выстаивая огромную очередь за утренней дозой кофеина, а любители проветрить голову бегали по парку в центре ещё только отключали свои надоедливые будильники, улицы практически безлюдны. Автомобиль припарковывается у огромного офиса, и Кристоффер покидает салон, кидая ключи Мариссу, парковщику компании, весьма приятному и лёгкому на подъём парню. — Доброе утро, мистер Шистад, — сказал парень, заправляя кудряшку за ухо. — Марисс... — Простите, доброе утро, Кристоффер, — сказал парень. — Так то лучше, Вильям уже в офисе? — спросил Шистад. — Да, они с Мисс Сатре приехали минут 20 назад, — ответил Марисс и уселся в авто. Через минуту парень скрылся за углом здания, чтобы припарковать автомобиль на подземной стоянке компании. Крис же отправился в офис. Его чёткая походка не могла не восхищать, но это не заслуга брюнета, когда ты живёшь в такой помешенной на идеальности семье, приходится заниматься с нанятым родителями специалистом, который научит тебя идеальной походке, затем с мастером, который поставит тебе акцент и много прочей херни, которая скрывалась за дверями семьи Шистад. Стояло ему шагнуть за порог, как из неизвестности материализовалась высокая брюнетка с тройкой и приятным личиком. С этой девушкой Кристоффер по глупости переспал в прошлом году, и с тех пор она не даёт ему прохода. А ведь он даже не пытался её добиться, да что там, он даже не покупал ей выпивку. Дело было на корпоративе по случаю Рождества, он тогда хорошо приложился к виски и решил, что Марго, кажется, так её зовут, хорошая компания на ночь. — Доброе утро, Крис, — сказала брюнетка. В её руках как всегда был стаканчик с кофе. С чего-то она решила, что американо его любимый, хотя это далеко не так. Но за неимением другого приходилось пить. На стенке стаканчика как всегда чёрным маркером красовалась надпись "Крис <3", что дико его раздражало. Она протянула стаканчик и улыбнулась. — Спасибо, Марина, — ответил Шистад и продолжил идти. — Я, Марго, — ответила брюнетка. Но она не знала, что он сказал это специально. Он постоянно называет её разными именами, то Морин, то Мэри, то Арджи, как только придёт ему в голову. Крис намекает на то, что она ему не интересна, но его мудацкое поведение ни чуть её не отталкивает, и она продолжает поправлять его в попытке привлечь к себе внимание. Идя на своё рабочее место, Крис решил зайти к Магнуссону, чей кабинет по соседству с его. Дверь была открыта. В кабинете друга не оказалось, лишь Нура. — Нура Амали Сатре, ты как всегда прекрасна, — сказал Шистад и поцеловал руку блондинки. — Бро, ты пытаешься увести мою невесту? — спросил появившийся в дверях Вильям. — Друг, ты же знаешь, что если бы я мог, то давно бы это сделал. Она у тебя красотка, но ужасна верная, — ответил Крис. — Я всегда говорила, что в тебе, Шистад, ничего святого, — сказала Нура. — Сам дьявол. — Приму за комплимент, — ответил брюнет и поклонился. Сатре вообще не очень хорошо относилась к Крису из-за его ужасного обращения с женским полом. Поначалу он не понимал, почему её так это бесит. Но, как оказалось, блондиночка жуткая феминистка, которая при любом удобном случае кольнёт тебя побольнее. В прошлом году он пытался подкатить к ней, но попытка не увенчалась успехом. В небольшом пабе она сидела одна, попивая кофе и листая фид своего Инстаграм. Кристоффер развлекался в компании друга и коллеги. Нура оказалась единственной девушкой со времён седьмого класса, которая отказала самому Шистаду. А потом взяла и начала флиртовать с Вильямом, а теперь у них свадьба на носу. — Вообще-то этот дьявол вас свёл, — добавил Кристоффер. — Шистад, как долго ты будешь записывать это себе в заслуги? — приподняв бровь спросила блондинка. — Мы сами свелись, — добавил Магнуссон. — Ой, пошёл я от вас, нет, чтобы просто спасибо сказать, — он закатил глаза и покинул кабинет, направившись прямиком в свой.

***

Стук в дверь отвлёк Эву от разучивания новых движений. Танцы — это то, что Мун любила чуть ли не больше всего на свете. Когда у неё какие-то проблемы, она погружается в танец с головой. Это помогает ей расслабиться, освежить голову. — Доброе утро, малышка, — сказал Юнас, и с порога впился ей в губы. — Привет... — удивлённо сказала Мун. — Ты не предупреждал, что зайдёшь. — Эва, мы встречаемся более двух лет, и я всё ещё должен предупреждать? — возмущённо сказал Васкез. — Вообще-то мы встречаемся неделю, — ответила рыжая. — Это всего лишь был небольшой перерыв, кто считает? — сказал Юнас и прошёл на кухню. — Ты всё ещё злишься? — Нет, — ответила Эва. — Тогда иди ко мне, — сказал парень и притянул девушку к себе. Его руки тут же потянулись к бретелькам её топа. А губы продолжали целовать ей. — Юнас... — оторвавшись, сказала Эва. — Юнас, я не в настроении. Парень отпрянул и посмотрел широкими глазами на свою девушку, ну или, по крайней мере, он так считал. Мун сложила руки на груди в жесте защиты, чтобы кудрявый не решился продолжать. — Малыш, у нас всё хорошо? — спросил Юнас более мягким голосом, чтобы не спугнуть. — Я не знаю, — так же тихо ответила Эва. Как только Васкез появился на её пороге, она почувствовала, что что-то не так. Что-то изменилось. Она не чувствует себя комфортно рядом с ним. Ей не приятны его прикосновения. То чувство, которое она считала любовью, и по причине которого вернулась к Юнасу, вовсе исчезло. И сейчас она не ощущает ничего, кроме огромного груза на своей шее. И она так устала, и ей совершенно не хочется разбираться с этим сейчас. — Юнас, может мы поспешили снова сходиться, — заявила тихо рыжая. — Ты хочешь взять тайм-аут? — спросил парень. — Я...хочу...расстаться, — каждое слово давалось ей очень тяжело. — Что с тобой? Что не так? Я что-то сделал не так? Или у тебя какой-то загон? — чуть ли не выкрикивал каждый вопрос Васкез. — Юнас, я не хочу ссоры, пожалуйста дай мне время разобраться в себе...в нас, — ответила Мун. Брюнет, ничего не ответив, встал со своего места и направился к двери, попутно одёргивая куртку с крючка, цепляя зонт, который с громким стуком падает на ламинат. Затем хлопок двери, который оглушает Мун и запускает непонятный механизм в её мозгу. Рыжая хватает кружку, подаренную парнем, и швыряет её в дверь: керамика разлетается на множество осколков и падает на пол. Эва съезжает на пол и просто сидит молча, смотря в сторону двери. Нет, она не плачет, ни одной слезинки не скатилось с её щеки. Она встаёт с пола и принимается собирать осколки. Острые уголки впиваются в пальцы, но Эва продолжает собирать их. Через пару минут они оказываются в мусорном ведре, а на руке рыжая замечает весьма глубокий порез, кровь от которого уже успела окрасить её светлый топ. Как удобно, что она была волонтером в одной из больниц Осло, теперь обрабатывает раны по щелчку пальцев, и хоть с закрытыми глазами. Топ отправился вслед за осколками, так как был безнадёжно испорчен. Звонок в дверь. Эва открывает дверь, на пороге стоит парень с огромной дизайнерской коробкой. — Эва Квииг Мун? — спрашивает высокий блондин. — Да, это я, — отвечаем Эва. — Это просили доставить вам, распишитесь здесь, — сказал парень и протянул бланк. — Спасибо, — ответила Эва, быстро черкнула свою роспись и забрала коробку. — Всего доброго. В её руках была огромная светлая коробка с надписью Sherri Hill. Внутри коробки оказалось платье. Невероятное персиковое платье в пол, с верхом из страз и вырезом-сеткой, а низ выполнен из благородной шифоновой ткани. Поверх платья лежала записка. "Ты будешь самой красивой подружкой невесты. Жду тебя завтра у алтаря. С любовью, Нура, уже почти Магнуссон".