Два сердца

      Чимин, можно сказать, ненавидит себя. Точнее свой пол. Бета. Неспособный к размножению пол без запаха. Но, даже если закрыть глаза на сущность, сам по себе Пак Чимин выглядит так себе. Глаза странные, один даже немного больше второго из-за детской травмы; губы пухлые, как у девчонок, которых Чимин видел лишь на картинках, потому что с тех пор, как появилась новая раса альф, бет и омег женщины просто вымерли; щёки слишком пухлые, из-за чего он похож на морскую свинку, что совсем не сексуально; а тело вообще похоже на тело альфы.       Чимин не пользуется омежьими духами, как делает большинство бет, так что пахнет он клубничными конфетами, которые всегда валяются у него в кармане, кондиционером для одежды и нежным лосьоном для кожи.       Также Чимин, можно сказать, ненавидит омег. Особенно корейских омег, которые по своей природе такие хрупкие и нежные, что даже у него просыпается инстинкт оберегать и лелеять. Чимин хотел бы родиться где-нибудь в Европе или Америке, потому что там бы слился с массой. Омеги в тех краях среднего роста, их тела подкаченные, а формы выдающиеся. Чимин идеально вписался бы там и не чувствовал себя ущербным.       Конечно, главная причина почему Чимин ненавидит всех омег — это способность к деторождению. Его даже не так сильно беспокоит отсутствие запаха, как бесплодность. Альфы редко выбирают себе в избранники бету. Такое происходит лишь в фильмах. Маленькая, зачуханная бета, которую играет невероятно красивая омега, принимает правое сердце статного альфы и отдаёт ему своё. И живут они долго и счастливо.       На самом деле, реальность оказывается немного другой.       В реальности Чимин сидит в столовой университета и исподлобья пялится на Мин Юнги, холодного старшекурсника. Когда Чимин смотрит на него, ему хочется найти где-нибудь свой красный пуховик и смешную шапку с помпоном, которую ему купил папа на распродаже. Папа хотел как лучше, потому что знает, что бедный студент Чимин не найдёт денег на обычную шапку, но эта мания покупать всё по дешёвке убивает Чимина. Шапка ужасная и дешёвая, поэтому почти не греет. Но бета целую зиму проходил в ней.       Сейчас весна, на улице тепло, но стены, потолок и пол столовой покрыты льдом из-за Мин Юнги. Чимин почти привык к этому. Почти. Если не считать мурашек на коже. Но эти мурашки совсем не из-за холода.       Флешбэк       Чимин в библиотеке ищет материал для проекта.       Бета обожает фильмы и дорамы, где главные герои влюбляются с первого взгляда, но сам в эту любовь не верит. Он предпочитает чётко отделять мечты и реальность.       Но в какой-то момент граница между двумя Вселенными стирается, потому что, когда Чимин натыкается взглядом на незнакомого парня, правое сердце делает первый за всё своё существование стук. Он был всего лишь один, такой слабый и почти незаметный, но бета улавливает его. И для него это значит конец.       Через пару минут он находит Хосока и спрашивает о незнакомце, а друг быстро вертит головой в разные стороны и почти кричит:       — Не вздумай, Чиминни. Я лично видел, как он разбивал правые сердца омегам на заднем дворе университета, — Хосок выглядит встревоженным не на шутку. Парень нагибается к Чимину и шепчет, будто это вселенский секрет: — Поговаривают, что у него нет правого сердца. Некоторые утверждают, что ему его разбили, а другие, что он родился уже без него, неспособный на чувства.       Хосок выглядит так, будто рассказывает страшилку в тёмном лесу возле костра, а не глупые слухи университета.       Чимин понимает, что это бред, особенно второе предположение.       — Разбили сердце?       Хосок деловито кивает и слегка отстраняется от Чимина.       — Да, говорят, он встречался со студентом ещё в старшей школе, они были вместе не очень долго, но этого было достаточно, чтобы плёнка на груди окончательно сформировалась, и Юнги отдал ему своё сердце.       — Юнги… — повторяет эхом Чимин, и Хосок картинно закрывает глаза, видимо, он не хотел говорить его имени.       — Да-да, Мин Юнги, четвёртый курс юридического факультета, холоднее льда, красивее Ли Чон Сока, — недовольно бормочет Хосок, нетерпеливо постукивая пальцами по стулу. — Но не в этом дело. Ты слышишь, что я тебе говорю? У него нет сердца. Отвергает всех подряд, даже разбил сердце Джину, а он считается самым красивым омегой университета.       — Я понял, хён, — говорит Чимин и сонно улыбается, решив умолчать, что сердце уже сделало первый стук и друг предупредил его слишком поздно. Но, даже если бы Чимин и знал это до того, как увидел Мин Юнги, его правое слабое сердечко всё равно бы отреагировало на него. — Не беспокойся за меня.       Конец флешбэка       Это было давно. Год назад. К счастью, Чимин редко видел Юнги, поэтому плёнка формировалась достаточно медленно. Но пульс правого сердца уже сравнялся с левым. А это не очень хороший знак.       Хосок садится к нему за столик, и Чимин начинает, с чёрной завистью смотря на миловидного омежку, что сидит за столиком возле Юнги:       — Почему альфы постоянно выбирают омег, а на бет даже не смотрят? Похотливые самцы. Они обращают внимание лишь на запах и красоту, а на характер им плевать.       — Да, согласен. Омег переоценивают в этом мире, — говорит Хосок и выливает на себя спрей, который перебивает усиливающийся перед течкой запах. Чимин смотрит на своего хёна-омегу нечитаемым взглядом. — Вот беты — другое дело. Рассудительные, спокойные, не то, что эти омеги. Они такие эмоциональные, нестабильные, нелогичные и пускают глупые слухи и им же верят, — Хосок корчит гримасу отвращения. — А ты, Чиминни, вообще подарок, красивый и фигурный, получше всяких нескладных и слишком худых омег. Да и характер у тебя — золото.       — Хён, ты просто… — Чимин не находит слов и, вздыхая, качает головой, усмехаясь.       — Знаю, знаю, — отмахивается Хосок и внюхивается в свою одежку, а затем кивает самому себе и прячет спрей в сумку.       Чимин продолжает ковыряться в еде и изредка кидать злые взгляды на дальний столик.       Хосок что-то болтает, и Чимин действительно старается слушать, но взгляд каждый раз возвращается к Юнги.       — Сколько можно, Чиминни? — не выдерживает Хосок, и Чимин понимает, что спалился.       — Я слушаю, хён, — бормочет он тихо и хмурит тёмные брови.       — Я вижу, — недовольно бросает Хосок. — Пойдём в туалет, — резко говорит он и встаёт со стула.       — Зачем? — спрашивает он, но уже знает ответ на этот вопрос.       — Хочу кое-что проверить, ты уж целых полгода ходишь сам не свой.       — Не надо, хён, — Чимин тяжело сглатывает вязкую слюну. Правое сердце, будто чувствует, что что-то не так, ускоряется и совсем немного болит. — Плёнка почти сформировалась, — признаётся Чимин и пытается спрятать лицо, зарываясь в невзрачную толстовку.       Хосок плюхается обратно на своё место, обеспокоенно смотря на него. Затем он переводит взгляд в ту сторону, куда недавно пялился Чимин, и осматривает студентов. Его небольшие глаза распахиваются в ужасе, когда он натыкается на один из столиков.       — Мин Юнги? — тихо спрашивает он.       — Мин Юнги, — утверждает Чимин, обречённо кивая.       Хосок выглядит не злым, а скорее обеспокоенным. В его глазах плещется сочувствие.       У его папы была совсем другая реакция.       Флешбэк       Раз в два-три месяца Чимин приезжает к родителям в Пусан на выходные. Но в этот раз что-то пошло не так или просто день был совсем не Чимина.       Бета после душа собирается надеть белую футболку, когда в комнату без стука врывается папа с кружкой горячего чая.       — Милый, я принёс тебе чай, — говорит омега, а затем застывает на месте.       Чимин тоже не двигается, наблюдая за реакцией папы. Его глаза распахиваются, а губы начинают растягиваться в счастливой улыбке.       — Чиминни, Боже… — бормочет папа и ставит кружку на тумбочку, а сам подходит к сыну и проводит указательным пальцем по небольшому разрезу на груди. Через пару дней начнёт формироваться плёнка. А это значит, что Чимину человек не просто нравится, а он уже влюблён. По уши. И безвозвратно.       — Это не взаимно, — резко отвечает Чимин, быстро надевая футболку, и прячет наполненные болью глаза.       — Но это можно исправить, — говорит омега, успокаивающее поглаживая сына по плечу. — Думаешь, у нас с твоим отцом было всё так просто? Я добивался его почти полгода, несмотря на то, что омега. Пойдём, поговорим.       И день, когда Чимин приезжает в университет, бета считает самым ужасным в своей жизни. Потому что в его руке много-много различных конфет, начиная от горько-шоколадных и заканчивая клубничными леденцами. Чимин знает, где находится шкафчик Юнги. Уже давно. И знает расписание Юнги. Уже давно. Поэтому он знает, что сейчас у старшекурсника идут пары в другом крыле университета, так что его поблизости не будет.       Чимин подкрадывается к чужому шкафчику и через маленькие отверстия закидывает конфеты одна за другой. Правое сердце ускоряет свой пульс. И, кажется, левое тоже, потому что адреналин и страх зашкаливают. Быстрый стук сердец эхом отдаётся в ушах Чимина, и бета просто хочет убить себя за то, что так долго возится возле чужого шкафчика.       Он со спокойствием выдыхает и вытирает ладошкой пот со лба и оборачивается, намереваясь уйти с места преступления. Но его чёрные глаза натыкаются на смутно знакомую фиругу.       Ким Намджун — альфа, лучший друг Юнги.       Намджун с шоком наблюдал за бетой всё это время, и Чимин готов шлёпнуться в обморок. Альфа делает маленький шаг на встречу к нему, а бета надевает капюшон зелёной толстовки на голову и бежит на улицу, умоляя Бога, чтобы Намджун не разглядел его лицо.       Чимин пропустил три дня в университете.       А когда пришёл, то увидел, что Юнги и Намджун даже не смотрят в его направлении. Так же как и всегда. С одной стороны, парень испытывал небывалое облегчение, а с другой — странное разочарование. Было бы интересно узнать реакцию Юнги.       Поэтому через неделю он вновь собирается с мыслями и бросает в шкафчик записку с разными пожеланиями и милостями.       «Хоть ты и холодный, как лёд, но я чувствую рядом с тобой теплоту.»       «Я знаю, что завтра у тебя важный день. У тебя соревнование. Удачи, хён!»       «У тебя красивые руки. Самые красивые, что я когда-либо видел.»       «Видел результаты экзаменов. Ты молодец, хён! Не зря учишься на стипендии, ты очень умный.»       «Белый цвет волос тебе невероятно идёт.»       И всё в этом духе.       На этот раз Чимин выглядывает из угла, а затем надевает капюшон уже красной толстовки, и проходит мимо парней, чтобы увидеть реакцию Юнги вблизи, поскольку из-за своего плохого зрения он ничего не видит.       Чимин, будто в замедленной съёмке, наблюдает, как альфа с поджатыми губами читает его записку, и быстро проходит мимо, будто он здесь ни при чём. Бета с поникшей головой идёт на пару, не видя, как стоящий возле Юнги Намджун пихает в плечо своего друга и указывает пальцем на него, ухмыляясь.       После третьего раза Чимин бросает свои попытки издалека ухаживать за альфой.       Он вечером борется с мерзкими омегами за кухню в общежитии и печёт небольшой торт, который заворачивает утром в милую коробочку. В этот раз он хочет отдать подарок лично, а не подкидывать.       Но, когда он набирается решимости подойти к альфе, он видит весьма неприятную картину, из-за которой правое сердце будто что-то сдавливает.       Юнги прижимает милого омежку-первокурсника к шкафчикам и говорит интимным шепотом:       — Ты очень вкусно пахнешь… — Чимин поворачивается и возвращается назад с подарком, который в скором времени съест сам вместе с горькими слезами. Бета уходит и не слышит, что было бы важно для него. — Но мне нравятся представители, у которых нет своего запаха. Совсем, — уже резко отрезает Юнги, а от сладкого шепота нет и следа. Омежка искривляется в рыданиях.       Юнги идёт домой, кушая клубничные конфеты. А Чимин тогда покупает омежьи духи и пользуется ими, пока от персикового запаха не начинает тошнить.       Конец флешбэка       — Что ты будешь делать? — спрашивает Хосок, в поддержке сжимая руку донсэна.       — Признаюсь, что же ещё, — бормочет обречённо Чимин, играясь с длинными рукавами.       — Но тебе нельзя! — восклицает Хосок, из-за чего пара студентов поворачивается к их столику.       — Да знаю я, — злится Чимин.       Злится, поскольку знает, что в любом случае, вариант развития событий будет не для него.       Злится, потому что Мин Юнги холоднее января, но такой притягательный.       Злится, потому что сам выглядит, как перекаченная морская свинка.       Злится, потому что пахнет он собой и клубничными конфетами.       Злится, потому что плёнка уже сегодня-завтра сформируется.       — А что ты предлагаешь мне делать, хён? Плёнка уже почти сформировалась, я не протяну со своим сердцем внутри слишком долго, — говорит Чимин и чувствует, как безысходность хватает его за шею и душит.       — Мне жаль, Чимин, ты заслуживаешь лучшего, — бормочет виновато Хосок, и Чимин жалеет, что сорвался на хёне.

♥♥.♥♥

      Чимин помнит курс биологии. И помнит, чтобы плёнка окончательно и правильно сформировалась нужен всплеск эмоций. И это происходит. Чимин собственными руками роет себе яму.       У Чимина никогда не было парня. Он слишком закрытый и не подпускает к себе других людей.       Пару раз к нему подкатывали беты и омеги, говорили, что он симпатичный, но он что-то бессвязно бормотал и сбегал от них.       Но, когда начался переходный возраст, тема секса была для него слишком интересной. Хотелось понять, почему люди так возвышают секс, почему им это нравится. Поэтому папа и отец Чимина старались не замечать странных коробок и дисков, коллекцию которых бета регулярно пополнял.       Обычно это происходило под порно. Чимин выбирал любое из списка и включал его, смотрел и мастурбировал.       Но в этот раз, когда Чимина съедает одиночество, съедает чувство собственной никчёмности, он выключает порно и ложится на кровать в полнейшей тишине, лишь из других комнат доносятся сторонние звуки. Сосед Чимина отсутствует, что как раз кстати.       Завтра ему будет за это стыдно. И больно. Потому что тешить себя надеждой — верх мазохизма.       Юнги здесь. Такой холодный на вид, но Чимин прикасается к нему рукой, и, Боже, его кожа, как раскалённая лава.       Всё происходит быстро.       Кожа к коже, глаза в глаза, одно тепло на двоих и один мятный ледяной запах на двоих. Пульс превышает норму, и это кажется ненормальным, почти болезненным, но так надо.       Жгучие поцелуи оставляют ожоги на губах, а страстные касания несмываемую дорожку тепла.       Длинные бледные пальцы растягивают тщательно и бережно. Но Чимин всё равно дрожит, будто в припадке, потому что ему слишком хорошо. Его стенки узкие, а природной смазки совсем нет, поэтому они пользуются купленным в магазине лубрикантом.       Член внутри двигается медленно, но глубоко. Это настолько здорово и приятно, что бета почти теряет сознание от ощущений и эмоций. Чимин умоляет быть быстрее, но его рот затыкают рукой, и смотря потемневшим взглядом прямо в его глаза, говорят:       — Ты должен полностью меня почувствовать, — его голос глубже, ещё более хриплый, чем обычно.       И Чимин чувствует. Всё настолько ярко и красочно, что бета почти чувствует чужие касания на своей коже вместо своих, чужой член вместо своих пальцев и чужое сбитое дыхание вместо своих одиноких стонов.       Пак открывает глаза и ускоряется. Мираж рассеивается, но вместо него приходит новая картинка. А вместо неё ещё одна. Разные позы, разные места, разный темп, разный Юнги.       И так ещё долго продолжается, пока Чимин не открывает глаза и не видит, что простынь до невозможности сбита, сперма запачкала его живот, а правое сердце готово прорвать к чёрту плёнку и выпрыгнуть из груди.       Это было слишком реально. И это плохо.       На следующий день плёнка полностью формируется.

♥♥.♥♥

      Чимин пропускает занятия. Он предпочитает лежать в кровати и убиваться, чем попытаться отвлечься. Телефон стоит на беззвучном режиме, и бета мысленно просит прощения у Хосока, потому что он не принимает его звонки, а когда хён приходил, Чимин тихо сидел в комнате и почти не дышал, пока тот не ушёл.       Чимин пересматривает свои любимые фильмы и вспоминает все моменты, когда он был наиболее близко к Юнги.       Он подолгу залипает на фотографии альфы в Инстаграме и благодарит его, что профиль не закрыт, а то он бы никогда не набрался смелости, чтобы кинуть заявку.       Пак покупает сладкое и пытается притупить боль, но спустя два сладких кекса тошнота подкатывает к горлу, и он бросает это дело.       Иногда он раздевается по пояс и подолгу смотрит на плёнку, притупляя в себе желание разорвать её, достать сердце и выкинуть его к чёртовой матери. Сердце в такие моменты начинает биться быстрее, будто чувствует опасность.       Иногда он качает пресс, пока мышцы не тянет так сильно, что даже дышать больно. Затем он переходит на ноги и приседает, пока просто не падает, потому что конечности его уже не держат.       А иногда он просто лежит в кровати, время от времени берёт зеркало и смотрит на своё опухшее лицо, и плачет. Потом он глубоко вдыхает воздух, чтобы успокоиться, но, когда понимает, что ощущает лишь запах кексов и чистого постельного белья, заливается слезами ещё больше.       Проходит неделя, и Чимин идёт в университет. Если бы не сердце, то он бы и дальше убивался в комнате в отсутствие соседа, но температура тела поднялась и в глазах время от времени темнеет. А это очень плохо. Первые признаки саморазрушения организма.       Хосок подбегает к нему на входе и взволновано приобнимает его за плечи.       — Ну что?       Чимин пожимает плечами.       — Тянуть дальше некуда, — говорит он и скидывает с себя жаркую кофту, оставаясь в белой майке. Слишком жарко.       Хосок стоит в тёплой кофте и с шоком смотрит на Чимина. Хоть и весна на дворе, но этот день слишком холодный, слишком ветреный.       — Понимаю, — кивает Хосок. — Перехвати его сегодня на большом перерыве. Это будет наиболее подходящее время. Можешь позвать его за университет в старую беседку, там мало кто бывает. Я буду рядом, Чимин.       Он в благодарность кивает и на ватных ногах идёт на пары.       Лекции проходят в тумане и слишком быстро для беты. Он пытается оттянуть время, но правое сердце ещё пару дней назад ускорило своё сердцебиение, а жар не желает покидать его тело.       Чимин отпрашивается перед перерывом за пять минут до окончания пары, и идёт ко входу в столовую, чтобы успеть перехватить Юнги.       Возможно, если бы он нашёл в себе силы признаться раньше, то чувствовал бы неловкость, страх и ещё что-нибудь, что чувствуют обычно перед самым волнующим моментом молодости. Но бешеный незамедляющийся стук сердца перекрывает все чувства, и Чимин просто хочет закончить всё это.       — Юнги-хён, — неуверенно зовёт Чимин, когда Юнги с Намджуном и каким-то незнакомым Чимину омегой направляются в столовую.       Намджун с интересом оглядывает сероватого бету и наклоняет голову в сторону в ожидании.       — Что? — чётко спрашивает Юнги, смотря тёмными глазами прямо в глаза Чимина, и это слишком.       — Мы можем поговорить? — спрашивает Чимин.       Все вокруг понимают, что происходит и о чём будет разговор.       Студенты, которые шли в столовую и уловили разговор, перешептываются между собой и смотрят на Чимина.       Юнги ухмыляется, и по позвоночнику беты пробегает табун мурашек. Скоро это всё закончится. И реакции на кривую ухмылку больше не будет. Ничего уже не будет.       Чимин идёт впереди и ведёт Юнги за университет. Пару раз он оборачивается, чтобы убедиться, что альфа следует за ним, и замечает Хосока, который тихо следит за ними.       Они приходят к беседке, и Чимин поворачивается к Юнги.       — Меня зовут Пак Чимин, третий курс, — представляется Чимин, потому что прекрасно понимает, Юнги даже не знает, кто он. — Ты мне нравишься.       — Серьёзно? — ровным тоном спрашивает Мин, и холодок пробегает по оголённым рукам Чимина.       — Да, — говорит Чимин, снимает майку, бросая её на землю, и показывает тонкую полоску на груди. Он ногтями пробивает плёнку и хватает горячее, быстро стучащее сердце, вынимая его.       — Нравлюсь? — усмехается Юнги, смотря на чужое сердце. — Да ты по уши втрескался в меня, малец.       Сердце в руках Чимина пропускает пару ударов, но затем опять начинается бешено стучать, как прежде.       Тон не нравится Чимину, и он протягивает руку с небольшим, но невероятно красивым сердцем Юнги, отворачивая голову, чтобы больше не смотреть на альфу. Дует ветер, и Чимина начинает трясти от холода. Как только он вынул сердце и отдал его Юнги, жар почти спал, а взгляд прояснился.       Узорчатое сердце в больших ладонях выглядит прекрасно, и Чимин смотрит на него, не смея поднять взгляда на чужое лицо.       Тишина напрягает, и Чимин ждёт, когда Юнги уже раздавит сердце и отпустит его. Но вместо этого он слышит низкий голос.       — Протяни руку.       Чимин, не поднимая взгляда, протягивает руку, и его чуть не обжигает.       Правое сердце Юнги кроваво-красное с чёрными строгими узорами, оно довольно большое и тяжёлое. Сердце настоящего альфы. Оно невероятно горячее, но, на удивление, не жжёт.       Чимин пялится на сердце в руке и на клубничный леденец возле него и краснеет.       — Не думал я, что ты до последнего будешь тянуть. Предполагал, что признаешься раньше, — говорит Юнги, и бета вскидывает голову.       Его глаза широко распахиваются, когда он видит худое белоснежное тело и небольшую дыру в груди.       — Да, мать вашу! — Чимин слышит крик радости издалека и понимает, что это Хосок, который так же, как и бета, не предполагал такой конец.       Юнги сжимает сердце Чимина и вставляет его себе в грудь, а затем улыбается. Юнги. Улыбается. Чимин не может поверить.       — Чего медлишь? — спрашивает Юнги, с ожиданием смотря на Чимина, который стоит обнажённый по пояс с глупо открытым ртом. — Хочешь разбить моё сердце? — в шутку спрашивает он, но Чимин, кажется, не понимает юмора Юнги.       — Н-н-нет, хён, т-ты что! — заикаясь и всё ещё не веря в происходящее говорит Чимин.       Стыд, смущение запоздало приходят к нему, и Чимин готов провалиться сквозь землю за свои тугодумие и ступор.       Сердце Юнги бешено колотится, и Чимин боится его упустить, зная свою удачу. Он убирает конфету в карман и вставляет чужое сердце себе в грудь.       Сердце Мин Юнги идеально подходит ему, Пак Чимину.

♥♥.♥♥

      — Иди в душ, — говорит Юнги, не отвлекаясь от ноутбука. Чимин непонимающее смотрит на него. — От тебя несёт.       Чимин приоткрывает рот и готов пустить слезу от стыда, потому что неужели от него действительно так воняет после тренировки?       — Больше не пользуйся омежьими духами, ненавижу их, мне нравится, когда ты пахнешь только мной и ничем больше, — поясняет Юнги, и Чимин вздыхает в облегчении.

♥♥.♥♥

      — Знаешь, где сейчас окажутся эти ебучие таблетки? — злится Юнги и швыряет таблетки для похудения в сторону Чимина. Они падают на землю и рассыпаются.       — Ты видел, какой Тэхён худой? — обиженно говорит Чимин, искренне не понимая злости Юнги. Он ведь старается для него. Сел на диету для него.       — Видел, — отрезает Юнги. — И у меня никогда не встанет, если у тебя будет такая же костлявая задница, как у него.

♥♥.♥♥

      Чимин смотрит в зеркало и скептически оглядывает своё лицо. То, что он видит, очень ему не нравится.       — Юнги-хён, я страшный? — расстроенно тянет Чимин.       Он делает так каждый раз, когда какая-нибудь омега обзывает его или обижает, опуская низкую самооценку Чимина ещё ниже.       — Конечно, — спокойно отвечает Юнги, не отрываясь от конспекта. — Именно поэтому ты выиграл в этом году конкурс Самый Привлекательный Бета университета.

♥♥.♥♥

Влюблён в тебя... Забрал ты в плен меня... Холодный словно айсберг, ледяной мой альфа... Второе сердце подарил тебе тогда... Я думал, что тебе оно не нужно. Раздавишь ты его, как делал ты всегда. Чтобы исчезли из груди все трепетные чувства... Исчезли и не проявлялись больше никогда. Но удивил ты все ж меня... Когда в ответ ты подарил свое трепещущее сердце... Теперь я счастлив, что мы пара. Второе сердце никогда не дарится... Тому, кто будет безразличен... а для меня... Ты — идеален. Ведь ты любишь, знаю я... Поступками своими как бы говоря... Что слово сдержишь и любовь ты нашу не разрушишь. © ino-tyan