Любовь сквозь пламя

Когда снег идет и белый ветер поет, одинокий волк погибает, но стая его живет». Не было ничего. Лишь белый снег под ногами да сверкающий водный купол над головой. Это была пустошь - ни деревца, ни какой-нибудь коряги или сухого разваливающегося пня. Казалось, что перед нами картина приближающейся смерти. Ещё не ночь и вокруг светло, однако откуда-то веет мертвой пустотой и безликими тенями, которых не видно при свете дня, но ощущающиеся при каких-то тяжёлых моментах жизни. Странное чувство затихшего страха - вот что вызывал данный пейзаж. Солнца не было. Яркие лучи светили далеко за спинами Калленов. Вампиры были наготове. Нет, их лица не были напряжены, многочисленные сеточки вен не проступали на сжатых кулаках, плечи были опущены, а позы расслабленны, но решительный взгляд разноцветных глаз выдавал их с головой. Ни у кого не было страха. Наверно, это странно, ведь даже самые отчаянные герои не могут не испытывать никаких чувств перед лицом приближающейся смерти. Тогда кто же эти существа? Они не боги и не демиурги, но их отличает точное сознание своих действий, опыт идентичного происшествия и, возможно, некое равнодушие к жизни. Пожалуй последний пункт является главным. Им нравится их жизнь, но они не способны чувствовать её в ПОЛНОЙ мере, ощущать ту живительную силу жизни, которая длинными нитями тянется к их телам, и проникает в каждую клеточку тела. Невозможность возвращения истинной, природной сущности, нахождение в ином, измененном теле мешает и не дает наслаждаться жизнью. Люди не обращают внимание на такие мелочи, но, когда становишься вампиром, то осознаешь, что ты потерял нечто куда более ценное, чем бьющееся сердце. Ренесми и Кай стояли справа от Карлайла и Эсми. Белла и Эдвард слева. Ренесми сжимала руку Кая и время от времени поглядывала на него. Белла почти неотрывно смотрела на дочь. Какое-то необычное сияние пронизывало Несси, из-за чего лицо казалось не просто бледным, но светящимся. Эдвард стоял с лёгкой полуулыбкой, хотя за ней скрывалось огромное множество переживаний и волнений за свою семью. Розали больше беспокоилась об Эммете, нежели о себе. Она знала, что из-за своей огромной силы, он иногда забывает об осторожности и о том, что противник хитёр и следит за каждым его движением. Элис в данный момент находилась в прострации, лишь сильная рука Джаспера позволяла ей хоть как-то следить за происходящим. Ее сознание было затуманено, разум не хотел выполнять свои функции, будто сам ожидая чего-то. Элис чувствовала, что должна что-то увидеть, но не может. Почему? Она сама не могла объяснить. Раньше она подумала бы, что это из-за Ренесми, но сейчас влияние девочки на вампиршу ослабело, и Элис присутствие Несси больше не мешало видеть видения. Но в данный момент непонятная сила будто застилала ее разум, и Джаспер с беспокойством наблюдал, как Элис боролась со своим сознанием в такие неподходящие минуты. Внезапно на пустыре появился еще кое-кто. черный ворон опустился на землю, оглядел отряд и пронзительно каркнул. Потоптавшись на земле, птица захлопала крыльями и стала подниматься вверх, в бездонную и безопасную высь. Вдруг страшный порыв ветра прибил ворона к земле. Не понимая, откуда взялось такое мощное давление, существо напряглось грудью, и, отчаянно глотая воздух, ворон попытался встать, но беспощадный ветер становился еще сильнее, и птица, испустив нервный хрип, замерла на земле с перевернутой шеей. Они пришли. Мы идем по дрожащей земле, Ветка орешника скрипит под ногами. Небо, нависнув, внезапно синеет, И сжал кулаки я, скрипнув зубами Они не шли, а летели, как призраки, черные, безликие и угрожающие. В их глазах горело пламя, а в сердцах поселилось страстное желание убивать. Аро шел впереди всех. Его свита яростно скалилась, обнажая белоснежные клыки, а он улыбался. Ласково и нежно, как мать, впервые увидевшая своего ребенка. Они остановились на расстоянии двадцати метров от Калленов. Облака расплылись, и солнце прорезалось сквозь них, заливая ослепительным светом темные как ночь плащи Вольтури. Каждый вампир был окружен ареалом небесного света. Их кожа сияла блеском бриллиантов, гордый стан и высоко поднятая голова подчеркивали их превосходство. Их было больше. И все они были натренированны и обучены, каждый имел уникальные способности, способные истребить целую армию. Эти прирожденные убийцы не задумывались о причинах этой битвы. Они - воины, марионетки, находящиеся под защитой и вместе с тем под гнетом клана. Интересно, каково это - быть одновременно могущественным господином и искренно преданным рабом, знать, что ты можешь подчинить себе весь мир, но выполнять приказы других? Эти вампиры не были свободными, но и не были в плену. Они не могут делать, что угодно, но у них есть такие возможности, которые не доступны тысячам людей. Странная смесь подчинения и повелевания, вечная жизнь, служащая одной цели. Они никогда не будут счастливыми, но и несчастными тоже. Их жизнь зависит от взмаха руки одного вампира, но сами они способны подчинять других. Они - творение великого разума, который сумел создать и подчинить их своей воле, сначала умертвив, а потом воскресив. Никто не двигался. Взгляд Аро скользил по каждому враждебному лицу, не останавливаясь ни на ком. Я буду снегом белым тебя затмевать, Я буду угрозой холодного льда. Мне жаль, что придется тебя убивать, Но моя жизнь не достойна лишь сна! Прошла минута... две. Наконец, глава клана Вольтури сделал один шаг. Такой же безмолвный шаг сделал Карлайл, но он был не один. Сзади него выступили Эдвард, Ренесми и Кай. Карлайл в непонимании повернулся к ним боком, но сразу же отвернулся с тревогой в глазах. Аро сделал еще один шаг. Так они двигались до тех пор, пока не сошлись лицом к лицу. Взгляд Аро был умиротворенным, но в его кровавых глазах то и дело пробегала хищная усмешка. Когда кошка, готовая выпустить когти, смотрит на загнанную мышь, оказавшуюся в углу, она чувствует невообразимый восторг от предстоящего ужина. Когда психопат смотрит на свою жертву, он чувствует ликование и радость, видя самые искренние в своей естественности эмоции, воздействующие на каждую клеточку человеческого тела. Ветер теребил их волосы, их холодные бледные губы были плотно сжаты, а глаза блестели. Карлайл заговорил первым, обратившись к тому, кого он в незапамятные времена считал другом: - Аро, ты знаешь, что мы не желаем вам зла и ни в коем случае не хотим посягнуть на могущество твоего клана. Так почему ты угрожаешь моей семье своей армией? Аро, казалось, не слушал. Он слегка улыбнулся и наклонил голову к влюбленным. Его глаза будто обволокли Кая и остановились на Ренесми. Девушка не отворачивалась, а смело глядела в лицо своего врага. - ** лет назад, когда была битва, я увидел в видении Элис, что умру из-за тебя. Сейчас опасности подвергается весь мой клан и снова из-за тебя. Один и тот же конец дважды не повторяется. Рано или поздно все заканчивается, но это зависит от твоих усилий. И я готов их приложить, Ренесми, чтобы мы больше никогда не встретились. - Аро перевел взгляд на Кая. - Ты предал нас Кай. Если ты не вернешься, то я клянусь всеми небесами - прошипел вампир - что моя месть настигнет тебя, где бы ты ни был, - голос Аро становился громче - куда бы ты ни пошел, моя тень неотступно будет следовать за тобой и обещаю тебе, возмездие придет и настигнет тебя в самый неожиданный час. - уже спокойно Аро произнес. - У тебя больше нет семьи, Кай. Кай улыбнулся и сказал, легко кивнув в сторону любимой: - Моя семья сейчас стоит рядом со мной. Сердце Ренесми нежно затрепетало от его слов. Аро прищурился и, не переставая улыбаться, угрожающе промолвил: - Ну что же, ты сделал свой выбор, Кайус. - и стремительно развернулся, взмахнув черным плащом с красной подкладкой. Каллены удивленно смотрели на удаляющегося вампира. Величавой походкой Аро уходил все дальше. Наконец, пройдя почтительное расстояние, он остановился и, не оборачиваясь, вскинул руку и сделал легкий щелчок. Он прозвучал как удар грома в безоблачный день. К повелителю подбежал вампир, едва доходящий Аро до плеч и подал ему красную розу. Острые шипы поранили бы человека, но Аро ласково погладил стебелек, как мягкую шерсть животного. Отдав розу своему прислужнику, Аро развернулся лицом к бывшему брату. На секунду Каю показалось, что в улыбке Аро проскользнула горечь... Но это было лишь секундой. Аро вскинул левую руку, прижал к груди и сделал медленный поклон головой. Солнце тем временем не стояло на месте и как только оно осветило Аро в полный рост, подчеркивая его величие, вампир тихо произнес: - Это мой последний знак уважения тебе. Addio, fratello.* Едва вампир сомкнул уста, из-за спины Аро выскочил низкий вампир и запустил огненный шар. Кай, увидев нацеленный в него предмет, резко оттолкнул Ренесми. Девушка вскрикнула, Каллены в ужасе ахнули. Огонь попал вампиру в правую руку и распространялся дальше. Мученик молчал и не шевелился, не сопротивляясь неотвратимой смерти. Пламя неудержимо пожирало стойкую плоть, и Кай, растерянно и непонимающе смотря на Эдварда, спросил: - Почему? - Эдвард еле сдерживался от боли, но, сделав усилие, он вытянул руку и положил ее Каю на плечо. Сквозь зубы, мучительно выговаривая каждое слово, он усиленно бормотал: - Она... С-сделай... ее... счастливой. Эдвард резко отстранился и забился в судорогах от жуткой агонии. Нечеловеческий крик раздался по полю. Огонь проглатывал тело, не оставляя и песчинки золы. Эдвард кричал до последней минуты. Он все еще кричал, когда его зубы становились черными, когда его глаза стали вытекать, а гипофиз расплавляться. Когда вся кожа выгорела, Эдвард упал сначала на колени, а потом и навзничь. Кости крошились, а лица не было видно. Но вот все закончилось. От него не осталось никаких останков. Лишь воспоминания тех, кто видел это действие, эту жертву. Жертву отца ради счастья дочери, ради части него самого. И громы разверзлись, и солнце пропало, Уносит стремительно птица птенца. Последнее испытание внезапно настало, Проигравшему будет беда! Все произошло, как по мановению пальца. Они сошлись в схватке не на жизнь, а на смерть. Кай старался не отдаляться от Ренесми, но она сама не пыталась избежать опасности. Яростно бросаясь на вампиров, орудуя ногтями и зубами, как дикая кошка, она старалась ни о чем не думать, а лишь заставляла разум руководить чувствами. Едва она отвлекалась от схватки, то перед глазами вставала окровавленная голова ее отца и его тело, которое безжалостно пожирал огонь. Непонятная смесь отчаяния и боли медленно распространялась по ее телу. Но девушка не обращала на них внимание. Неимоверным усилием воли она поддерживала в сердце пламя мести. Лишь это помогало ей не потерять сознание. Кай, оторвав голову очередному вампиру, обернулся и увидел, что Джаспера набрасывается целая тройка, а к Элис, стоящей сзади него и все еще находящейся в прострации, подкрадывается еще один. Мгновенно перелетев в то место, Кай запрыгнул на одного вампира и оторвал ему руки. Накинувшегося со спины он с силой отбросил на другой конец поля. Внезапно, Элис вскинула голову и в ее глазах, смотревших уже ясно, будто блеснул отраженный свет солнца. Встав с земли, она ринулась вперед. Закричавший Джаспер был придавлен на землю и лишь краем глаза наблюдал за вампиршей. Элис прорвала ряд вампиров и направилась к молодой девушке, окруженной целым отрядом. Высоко прыгнув, Элис повалила на землю какую-то вампиршу и с криком сжала ей виски. Опомнившиеся вампиры попытались отбить девушку, но едва они приблизились к Элис, то упали на колени, закрыв головы руками. Подбежавшим Каю и Джасперу, Элис крикнула: - Не подпускайте никого! Я должна удержать ее. Джаспер и Кай, хоть ничего и не понимали, подчинились и встали рядом с девушками. Элис еще до начала битвы чувствовала присутствие какой-то давящей субстанции, но едва она попыталась коснуться ее свои разумом, то была вынуждена вступить в противоборство. Пока их разумы сражались, происходили отчаянные схватки и убийства. Новая подопечная Аро была сильная, но не такая опытная, как Элис. Когда она наконец поняла, откуда идет поток силы, то сразу бросилась к ее источнику. Девушка источала мысленный щит, но он скорее не защищал, а усиливал ловкость и силу вампиров, помогал им ориентироваться и не стать жертвой, а также мог управлять их сознанием. Во почему вампиры закрыли головы руками и не смогли драться, Элис заставила девушку их контролировать. Вампирша, которую схватила Элис, сначала пыталась сопротивляться, но у нее не было шансов, ведь она не проходила физическую подготовку. Не желая помогать истреблять свой клан, девушка рванулась и оттолкнув вампира, которого держал Джаспер, подставилась под удар и разорвалась на части. Битва не заканчивалась. Никто не желал сдаваться. В это время Ренесми яростно ударила кулаком в кадык вампиру и хотела его отбросить, но внезапно сзади на нее налетел еще один и с силой сжал ее шею. К нему на помощь подлетел второй и Ренесми, стоящая на коленях, на холодном, белом, девственном снегу пыталась убрать чужие руки со своей шеи. Но она была одна, а их было двое. Мельчайшие тонкие частицы кожи, как кусочки форфора, стали опадать со скул и лба девушки. Противный болезненный хруст трескающихся костей заставил Ренесми взвыть. Чувствуя нестерпимую боль, она подняла слезящиеся глаза к чистому голубому небосводу, будто приветливо улыбающемся ей. Почувствовав сильное давление на грудь, девушка закрыла глаза и вспомнила первый поцелуй матери, объятия погибшего отца и обнадеживающую улыбку Джейкоба... Кай с остервенением набросился на вампира, сжимающего Ренесми и одним движением оторвал ему голову. Сделав оборот вокруг своей оси, он замахнулся ногой и ударил в челюсть Деметрия, заставив его разжать пальцы на шее девушки, от чего она подалась вперед и едва не упала, вовремя подставив руки и став на четвереньки. Удостоверившись, что Ренесми нужно лишь отдышаться, Кай направился к лежащему вампиру. Оторвав его от земли и держа на расстоянии вытянутой руки, Кай посмотрел в глаза одному из своих лучших учеников: - Вы делаете это... все... ради нее? - прохрипел Деметрий со спокойствием во взгляде и уже зная ответ. - Она почти моя жена. - бесстрастно пожал плечами Кай и лишил жизни своего бывшего подчиненного. Обернувшись, Кай бросился к Ренесми, которая уже поднялась, и остановился возле нее, устремив взгляд на того, кто угрожал их счастью и жизням. Аро был всего в нескольких шагах. Ренесми и Аро переглянулись, и их руки переплелись. - Вместе? - спросил Кай, сжимая ладонь Ренесми. - Вместе. - выдохнула девушка. Влюбленные уже собрались идти в атаку на НЕГО, как вдруг кучка вампиров прыгнула на них. Они не собирались нападать, за них это делал огонь, поглощающий их тела, которому добровольно (или по приказу хозяина) подверглись вампиры, чтобы остановить нападающих. Кай и Ренесми резко отстранились друг от друга. Видя как быстро распространяется огонь, они были вынуждены отбежать на значительное расстояние. Оставив пламя позади, они прижались друг к другу, Кай покровительственно положил руку на голову девушки, и они увидели бегство Аро. Его, а также свиты, вернее того, что от нее осталось. Аро бежал, оставляя за собой жуткий горящий след, поэтому догнать его было невозможно. Но конец ли это? На что ради мести решится самый коварный и опасный вампир этого мира, к каким он прибудет средствам, чтобы разлучить Кая и Ренесми. Никто не ведал. Ренесми стояла, прижавшись к груди своего будущего мужа. Она не знала, сколько у них потерей и потеряла ли она еще кого-то. После такого масштабного события она чувствовала лишь опустошение. Они не будут жить в мире. Им придется бороться за себя, свою семью, защищать своих родных и друзей, быть храбрыми и верными. Любить сквозь пламя жестоких страстей. Они будут. Пока свеча их жизни горит, никогда не наступит момент, когда они опустят руки и разъединяться. Они будут идти рука об руку, всегда улыбаться новому дню и никогда не разлучатся. Вот розы цветут: что им дождь, что луч солнца не волнует их то, что будет с тобой мы сможем надеяться, что настанет победа потому что мы вместе: навечно вдвоем