Часть 2
24 февраля 2017 г., 09:49
— Фу, твою мать! — орёт молодая девушка. — Зачем вы это приперли ко мне? — верещит она, махая руками.
— Эй, босс… Разве это не наша работа? — спрашивает Натаниель, почесывая затылок.
— Ох, и что мне с вами делать? Да от вас кровью за километр несёт! Фу, эй, Лайла, иди прибери тут. — Шипит Лидер, нажав на кнопку вызова.
— Моя секретарша теперь в вашем попечении… Забавно, — хмыкает Куртцберг, всматриваясь в лицо Джулеки.
— Где этот мазохист? — спрашивает Куфен, рассматривая труп.
— А, — с улыбкой произносит босс, вытягиваясь до хруста костей, — это душевнобольной блондинистый идиот, верно?
— Верно, как вы вообще взяли его на работу? — спрашивает темноволосая.
— Так, как и вас, отбросов, достали из тюрьмы. — Слышится сзади насмешливый голос.
Лайла, прибежавшая по просьбе главной девушки в корпорации, пару раз споткнулась о ковёр, налетела на зеленоглазого, получив после этого шлепок по заднице от парня.
— Прости, — с сарказмом говорит он, заметив, как та ойкнула, — это Джокер.
— Бля, как же, — шипит Росси, проходя в кабинет.
— Опа, люблю, когда у «кирпича» Джокер просыпается, а то люто бесит все это. Ты хоть девушек трогаешь, на большее не способен. — Фыркает Джулека, улыбаясь тому, что её считают здесь как за мужика, хоть она этого и не отрицает.
— Он не захватил моё тело. Можешь пока радоваться. И не захватит, пока я не увижу его. — Слишком уверено говорит парень, облокотившись на стену.
— Оу, какие мы серьёзные! — шипит Лидер, наслаждаясь своей идеей. Она прекрасно знала, что этот парень станет прекрасной куклой, если пообещать ему увидеть того, кого он жаждет больше всего.
— Возможно, но не забывай одну вещь, сучка, — огрызается блондин, прикрыв глаза, — не выполнишь сделку — я перережу твою глотку, выпотрошу кишки и раскидаю по всей улице. Я предупредил. — Говорит зеленоглазый, приоткрыв такие чистые, полные дикого безумия и желания… чего-то странного, глаза.
— Лучше поверьте, — шепчет Натаниель, — он так зарезал одного заказчика за то, что тот выдал только половину награды.
— Хорошо, убирайтесь вон! — говорит Лидер, попивая кофе, которое принесла Лайла.
Все убийцы разбредаются по разным комнатам, Росси убирает труп, а загадочный убийца, уединившись, берет нож, разрезает ладонь, не глубоко, но противно. Кровь сочится из раны, перерастая в настоящий ручеек. Первая капля капает на пол, разбиваясь на более мелкие капельки и растекаясь лужицами по паркету.
Вторую каплю убийца уже ловит перед тем, как она соскальзывает с кисти руки, и слизывает небольшую струйку, наслаждаясь жидкостью.
«И тебе нравится?» — задаёт вопрос блондин, на что сразу же получает ответ.
«Почему бы и нет…»
«Ты ведь знаешь, что я сдерживаю тебя, только потому, что хочу увидеть его…»
«Так что тебе мешает?»
«Ты.» — Просто отвечает парень демону внутри себя, именуемому Джокером.
«Вот как… Ну что же, посмотрим.» — Фыркает демон, уходя во тьму.
Парень тут же идёт к крану и, открыв воду, моет испачканное запястье. Кровь все ещё идёт, поэтому блондин обрабатывает рану, перевязывая бинтами.
«Как только я его увижу и поговорю — перережу себе вены или глотку, чтобы ты до него не добрался.» — Фыркает наёмник, смотря, как белый бинт приобретает бордовый оттенок.
«Только попробуй. Я больше не дам тебе поблажек! Отныне во сне ты будешь видеть кошмары, а я буду пытаться вырваться. Хорошей жизни.»
«Если бы.» — Не удерживается от подкола блондин, посмеиваясь над мыслями двойника.
***
Маринетт сидела в гостиной, трясясь от каждого шороха. Мало того, что простудилась, так ещё и Адриана нету уже более двух часов. Чихнув три раза, девушка шмыгнула носом и залпом выпила таблетку, запивая водой. Послышался шум открываемой двери и её хлопок. — Ты где так долго был? — прошептала брюнетка, кое-как дойдя до коридора. Облокотившись на стену, голубоглазая внимательно смотрит на парня и, нахмурившись, осматривает на его руку. — Маринетт, ты в порядке? — спрашивает Агрест, скинув пиджак и подбегая к девушке. — Да грипп… Поваляюсь дома пару дней и всё, — махнув, отвечает она, кашлянув. — Ты объяснись. Что у тебя с рукой? — Где? А, — Адриан смотрит на ладонь, где красуется огромный порез с запекшейся кровью, — за железку зацепился и поцарапался. — Я волновалась, болван! — все так же шепотом говорит Маринетт, придерживаясь стены, дабы не упасть. — Да ладно, все же хорошо… — Дай посмотрю, — зеленоглазый подошёл к Дюпен-Чен и подал запястье. Она провела по нему тыльной стороной ладони и нахмурилась. — Я может и убийца плохих людей, но не бесчувственная тварь к тем, кто мне дорог. Принеси, пожалуйста, в гостиную аптечку, сейчас я обработаю тебе руку, горе-ребенок девятнадцати лет. — С усмешкой просит голубоглазая и, разворачиваясь и пошатываясь, идёт к дивану. *** — Ну вот как так можно? — причитает Маринетт, забинтовывая ладонь парня. — Больше ты никуда и никогда без меня не пойдёшь, слышишь? — Да, конечно, — кивает Адриан, вообще не вникая в суть разговора. — Адриан, — неуверенно произносит Дюпен-Чен, отводя глаза в сторону, — послушай, ежедневно по телевизору передают новости об одних убийствах. За день убивают штук двадцать мирных людей… Этот город нуждается в защите, а горожане — в разгадке тварей, что терроризируют его… — Ты хочешь распутать это дело? — удивлённо спрашивает блондин, с каждой секундой пропитываясь азартом. — Ещё бы. Готова поспорить, что Джулека с Натаниелем в этом замешаны. — Фыркает голубоглазая, сердито поглядывая на пульт, а потом, не выдержав, хватает его и включает телевизор. Экран сразу же зажигается, а на нем появляется картинка, практически точь-в-точь, как и по вечерам. Новости. Как обычно. — Убийство… — Шепчет блондин, смотря сквозь строки заголовка. — Твою мать, выруби это, там опять это потрошительство. Фу! Брюнетка спокойно выключает телевизор и, закатив глаза, ложится на подушку. — Я больше так не могу… Что за издевательство? — спрашивает Маринетт, прикрыв веки. — Я не хочу больше ждать, и жить в страхе, что когда-нибудь эти ублюдки придут и перережут нам глотки. — Все будет хорошо, я на это надеюсь, — погладив ту по плечу, говорит Агрест. — Хотелось бы, — отвечает девушка, проваливаясь в сон.***
Два дня прошли очень быстро, убийства продолжались совершаться, в Париже никогда не было так тихо и опасно. Маринетт встала на ноги и с лёгкостью могла бы уже пойти набить убийцам морду. Но вместо это они сидели в квартире, обдумывая все, что только можно. — Я так не могу! — ворчит девушка, смотря на своеобразную картину из игральных карт. — Ну не складывается что-то! Ты понимаешь ведь? Нескольких деталей не достаёт и это бесит вдвойне! — А ты что думала? Мы первый раз раскрываем такое дело. — Отвечает Адриан, рассматривая масти карт. Маринетт не выдерживает и включает телевизор, в надежде найти там подсказку. — Убийства, убийства, убийства! — раздосадованно кричит Дюпен-Чен и уже хочет выключить ящик, как рука Агреста её останавливает. — Один человек уже взял на себя всю ответственность за происходящее, — говорит девушка на экране и через секунду появляется видео. — Парижане, — начинает то ли мужчина, то ли женщина, — меня зовут Потрошитель, моя цель — жизни Ледибаг и Кота Нуара, если они сдадутся в ближайшее время — убийства прекратятся, а вы вновь заживете мирно! — на заднем плане показывается Джулека в чёрном костюме и с длинными, с оттенком фиолетового цвета, волосами. — Твою мать, — шипит Агрест, останавливая эфир и перематывая именно на этот момент. — Итак, я была права. Джулека на свободе, следовательно и Натаниель тоже. Может этот Потрошитель и есть Нат? — предполагает брюнетка, убрав ненужную карту. — Нет. Голос… какой-то грубый. Ты просто глянь на этого чувака, — кивая в сторону телевизора, говорит зеленоглазый, всматриваясь в лицо злодея. — Не могу понять, девушка это или парень. Длинные каштановые волосы, маска и грубый голос… Ничего не понимаю. Хрень. — Выплевывает Маринетт, ища в колоде нужную карту. — Ага, вот она. — Брюнетка кладет её на самый верх их плана и говорит: — ну вот и джокер на месте. Блондин дергается, по телу пробегают мурашки и он забывает как дышать. — Адриан? — спрашивает Дюпен-Чен, заметив как у того расширились глаза. Вспомнив наконец, что для жизнедеятельности человеку нужен кислород, Агрест вдыхает и начинает кашлять. — Ч-что… ты… с-сказала? — задыхаясь, спрашивает Адриан, сглатывая несколько раз. — Эм… Джокер… А что? Просто карты Потрошителя у нас нет, пусть будет джокер тогда. — Беззаботно отвечает она, даже не подозревая о том, что только что добавила себе и парню проблем. — Я-ясно… Я это… Пойду спать… Мне плохо… — Адриан, может валерьянкой тебя отпоить? Что случилось? Ты бледный! — беспокойно спрашивает Дюпен-Чен, хватая его за лицо и всматриваясь в помутневшие глаза. — Все хорошо… Спокойной ночи, — и прежде чем Маринетт пытается что-то ответить, он покидает гостиную отправляясь в свою комнату. «Почему все так выходит?» — мысленно спрашивает сам себя Агрест, отдаваясь полностью воспоминаниям прошлого.
