Дочь дьявола

      - Я в больнице? Могу я позвонить кое-куда? - Простите, мем, но это специальная больница. Мы не можем позволить вам звонить или выходить наружу, но, обещаем, мы сделаем ваше пребывание здесь максимально комфортным. - Это лечебница для сумасшедших? - Нет, мем. Для тех, кто может заплатить за охрану, молчание и риск тюремного заключения. Пожалуйста, не пытайтесь уговорить кого-либо выпустить вас или помочь сбежать или угрожать персоналу, иначе мы будем вынуждены связать вас. - Чего еще я могла ожидать… Больница оказалась тихим опрятным зданием с обвитыми плющом колоннами, кустами роз в саду и высоким забором под напряжением. Солнце, цвета и запахи природы восстановили за пару дней не меньше сил, чем дни за книгами, спокойными разговорами у камина, перевязыванием ран и готовкой. Казалось, Венди была почти готова отдавать силы и время маленькому и требовательному существу, но больше всего не хотелось возвращаться в темные пропахшие кровью стены, чтобы просыпаться от криков боли друзей по ночам. Да и Кукловод обещал ей лишь год затишья. Хватит ли трех месяцев, чтобы настолько привыкнуть к семейным заботам, чтобы выполнять их через любую боль? Но все хорошее недолговечно. ** - Как все прошло? – Кукловод не так часто показывал свое лицо, и это было один из тех моментов. Он явно старался скрыть волнение и казаться равнодушным, но легко было заметить, что он наполнен почти религиозным трепетом. Словно что-то давно забытое на секунду проснулось в нем ненадолго. - Ты про роды? Бывало и хуже. – Неужели ему действительно интересно? Или это просто способ начать разговор? - Говорят, это худшие ощущения, которые можно испытать. - Врут. Если тебе все-таки интересно, это девочка. Он аккуратно подошел, вглядываясь в сверток, на руках Венди. Ребенок казался удивительно серьезным. - У нее твои глаза, как бы банально это не звучало. Кукловод провел по щеке младенца, одновременно другой рукой касаясь пальцев Венди, судорожно сжавшихся в кулак, скорее от прикосновения к ребенку, чем к ней. Малышка быстро взглянула на мать и резким, хищным движением цапнула беззубым ртом палец. - И твой характер, - усмехнулся Кукловод, отодвигаясь на расстояние вытянутой руки, вспоминая, как однажды проспорил Венди неделю держаться не ближе, чем так, как сейчас. - Разве они бывают агрессивны в таком возрасте? - Это просто инстинкт, тянуть в рот все подряд. - Уверен? - Не особо. Думаю, будет справедливым дать тебе назвать ее. - Кейт. Я видела сон о том, что должна назвать ее так. - Кейт... Он опустил взгляд, мрачнея, словно вспомнив о чем-то, Венди уже казалось, что он будет возражать или уйдет, но Кукловод просто встряхнул головой, отгоняя воспоминания. - Знаешь, у меня есть подарок для тебя. Уверен, ты оценишь. Тебя ведь уже выписали? - Нет, это может подождать пару дней? Это опасно? - Немного. Пожалуй, я могу сам тебя восстановить сейчас, здесь разрешено забирать пациентов хоть на середине операции, а мне нетерпится. - Не терпится что? Вместо ответа он просто взял ее за руку, приступая к лечению. Принцип его магии больше похож на химические и биологические задачи, чем на те красивые ритуалы, которым учили Венди с детства, но ощущать ее на себе все равно захватывающе. Похоже на струящийся поток теплой воды под кожей. Или страх. Или тянущую боль. Сложно сказать, приятно ли вообще это ощущение. - Что ж, а теперь закрой глаза. - Мы будем телепортироваться? Зачем тратить столько энергии… - Сейчас увидишь. Венди поняла, что именно хотел подарить ей Кукловод раньше, чем открыла глаза. Это было единственным, о чем Венди, в глубине души мечтала больше, чем о свободе, ради чего из раза в раз приходила в Лес, зная, кто его ужасный хозяин, какими чудищами он населен, не смотря на осоку, холод и острые камни, коловшие босые лапы, ходить на которых Изнанка вынуждала ее. Настоящий лес, она поняла, как сильно нуждалась в нем только когда оставила его. Воспоминания, звуки и запахи захлестывали ее. Сейчас она чувствовала, как дрожит земля под копытами оленей, как ветер касается вершин деревьев, как их корни раздвигают землю, вгрызаясь в нее… В общине Венди говорили, что такие как она не смогут выжить вдали от дикой природы, и только сейчас она осознала, что еще не прошел тот срок, через который она должна была умереть по их меркам. Она только считала себя выродком-человеком? Было сложно не заплакать прямо перед Кукловодом или не сделать чего-либо еще более… экспрессивного. Впервые с тех пор, как она ушла из дома, ей хотелось кричать и прыгать от радости. - Ты в порядке? Что с тобой? - С-спасибо… Венди понимая, что не может просто держать эмоции в себе, сжала его за руку и стояла, оглушенная ощущениями и эмоциями, которые она не ощущала уже, казалось, вечность. Это было ее первым добровольным прикосновением к мучителю. - Хех, я и не думал, что это так влияет на тебя, - произнес Кукловод, когда она, наконец, отпустила его руку, чуть успокоившись, - это часть заповедника. Этот домик, - махнул он рукой в сторону деревянного здания, на которое Венди только сейчас обратила внимание, - когда-то был сторожкой лесника, но потом ее забросили, решив, что этот участок леса не нуждается в охране, ну или еще по какой-то причине. В любом случае, мой друг, работающий с документами, зарегистрировал ближайшие несколько десятков гектаров леса как полигон лаборатории. Сейчас он обнесен бетонным двухметровым забором под напряжением, а дом отремонтирован и надстроен. Я вынужден был чипировать тебя, и если ты будешь проводить у забора дольше 15 минут в день, я буду вынужден вернуть тебя обратно в Дом. Это единственное ограничение. Насколько я узнал, здесь очень много животных и редких видов растений… но в этом ты убедишься сама. Надеюсь, я не ошибся с климатом? - Не ошибся… прости, я сейчас не очень способна общаться. - Сильно же тебя прошибло, если за пять минут ты сказала «спасибо» и «прости» вдвое чаще, чем обычно в месяц. Я зайду завтра, когда ты немного придешь в себя и освоишься.