Сборник: Юнсоки

С превосходным настроением парнишка напевая, что-то себе под нос выбирал продукты. Тщательно выбирая продукты, он с улыбкой представлял сегодняшний вечер. Ему очень хотелось, наконец покончить с покупками и отправиться домой. Конечно его кулинарные способности отличались от его старшего хена. Но попробовать стоит, ведь все это во имя любви. Витая в облаках, парень пару раз врезался в стойку. Причем в одну и ту же. Панически пытаясь поправить ее и поставить на место, он смущенно скрывался в толпе других покупателей. Хосок знал о предпочтениях своего любимого и выбирал только самые лучшие продукты. Только в эти секунды он был серьезным. Выбирая, на взгляд, одинаковые лимоны он ощущал большую разницу между ними. Запах, вес, насыщенность цвета — все это было важно. Долго пялясь на замороженные продукты, Хо успел уже замерзнуть. Юнги слишком перфекционист, вот он и старается. Он не знает, сколько уже провел в магазине. Хорошо, что пошел с самого утра, пока остальные тонсены на съемках передачи. А сам избранник сейчас торчит в студии, ворча на все что движется. Попивая свой любимый, крепкий кофе. Надо было поскорее заканчивать с этим и спешить обратно в общежитие. Встав наконец с тележкой своих покупок. Хосок, улыбался топая ногой под привязавшуюся песню на радио. Она была из какой-то дорамы. Он услышал ее у Чимина, и вот зацепило очень. Теперь не может выкинуть ее из головы. Не только звучание, но и текст, который воодушевляет его на подвиги. А еще от нее очень тянет на романтику. Хо прям чувствует, как в его животе порхает миллионы бабочек. И чертовски щекотно, вызывая глупую, широкую улыбку. У Чона уже скулы болят от такого количества улыбок в день. Но ничего не поделать, когда ты солнышко такой группы. Благо не видно под маской и очками. Люди бы подумали, что он чокнутый, а точнее уже бы давно стоял табун девушек, просящих автограф. Надо стараться вести себя естественно. Отстояв в очереди, Чон наконец может выдохнуть спокойно. Он садится на велосипед, который взял у Чонгука покататься. Хорошо, что макне не против, да и ему некогда пока кататься. С радостью греющей его душу, он давил на педали со всех сил. Вспоминая текст песни, она окрыляла его еще больше. И дав волю чувствам, он начал напевать текст песни:

Ты та, кто ярко улыбается мне каждое утро, Ты всегда подобна слепящему солнцу для меня. Боясь, что наши отношения будут плохими, Я снова просто аккуратно подхожу к тебе. Между нами, что знакомы так много лет, Теперь наконец-то упала неловкая стена. Ты всегда рядом со мной, а я всегда рядом с тобой Давай теперь будем вместе навсегда.

Добравшись до общежития, Хосок паркует велосипед и забирает пакеты из корзинки. Прыгая по лестнице, он аккуратно открывает дверь, что его никто не заметил, и прошмыгнул на кухню. В общежитие витал странный запах. Похожий на женские духи, но подумал, что кто-то просто надушился ими пока собирался. Разложив пока не нужные продукты по полочкам в холодильник, он включил конфорки на плите и поставил кастрюлю с водой. Пока вода закипит, он искал книгу рецептов Джина. Но все тщетно. Придется искать рецепты в интернете. Что в общем-то и делает. Не будет же он так же импровизировать, как Джин. Только все испортит, а ужин накроется медным тазом. Что не желательно. Хо делал все так, как было сказано в интернете. Проверяя на вкус, он радовался тому, что получается довольно неплохо. Съедобно — уже хорошо. Он очень надеялся, что Юнги понравится его готовка. Всю душу вложил, как говорится. Пока нарезал овощи, пару раз порезался. В перерывы пока что-то варится, Чон бегал к аптечке, чтоб не запачкать все свой кровью. Возможно это было бы не плохой приправой, но все же не стоит. Прошло несколько часов, и наконец наступил вечер. Все было практически готово. Осталось только накрыть на стол и с готовкой покончено. Хосоку уже не терпелось позвать скорее хена к столу. Но еще пока рано, надо все украсить и разложить. На что он тратить еще пол часа. И наконец, все выглядит, как в ресторане. Осталось только свечи на стол поставить и положить салфетки. Он рад, что потратил на все это столько времени и ничуть не жалеет об этом. Время идти за Юнги, но для начала надо избавиться от шмоток. А то немного пропотел. Поднимаясь в свою комнату, он кидает вещи в корзину для белья, а то Джин снова будет ругаться, что Чон разбрасывает свои вещи по полу. Да и Чимин иногда ворчит от этого. Единственный кто делает так же, это Тэхен. Два сапога пара прям. В последнее время, Тэ очень заботился о Хосоке. Покупает ему всякие вкусности и Чимина гоняет, чтоб тот не ворчал на свинства и слишком громкие звуки Хосока. Это очень мило с его стороны. Очень неожиданно даже. От таких мыслей, Хо улыбнулся посмотрев в сторону кроватей его соседей. — С ними всегда так весело. ~ — с широкой улыбкой произносит Чон. — Так, я готов! Давай Хоби, ты сможешь! Главное не облажаться. Ударив себя ободрительно по щекам. Он жмурится, глубоко вдыхая и выдыхая. Убрав руки, он видит красные следы от рук. Его лицо стало более серьезным, кивнув себе в зеркале он одевает сверху клетчатую рубашку и спускается вниз к студии. Чем ближе он подходил к ней, тем быстрее сердце начинало биться. Дыхание начинало прерываться. Голова кружится, а ладони немного потеть. Нервничает ли он сейчас? Нет! Кого он обманывает. Конечно же нервничает. В горле комок. Он не представлял, что сейчас ему сказать. Как сказать, чтоб тот не разозлился, что Хосок отвлекает его от работы. Но Юнги никогда особо не злился на Хо, когда он заглядывал в его студию. На оборот, улыбался и предлагал послушать новый трек или текст. Парень очень надеялся на очередную, такую же, теплую реакцию, как только пересечет порог. «Снова этот запах духов. Что? Что это? Чей-то смех.» Чон сглатывает комок, ему интересно кто там внутри. Надежды на фильм, которым увлекся Мин. Дверь была приоткрыта, оттуда шел мягкий, приглушенный смех. Подходя ближе, тем больше по сердцу резал чей-то смех. И чем ближе, тем больше он понимал, что смех-то женский. Воздух начал судорожно входить и выходить. Подойдя к двери, он аккуратно заглянул в приоткрытую верь. Девушка. «Все же это не фильм» — с горечью проскальзывает в голове Чона. Она стояла прямо рядом с Мином, в платье, причем коротком. Приобнимала за плечо, и они о чем-то мило беседовали. Хосок прикусывая губу, сдерживал выступившие слезы. Растворяясь за дверью, он чувствует, как внутри все рвется на части. В груди сжимается сердце, а вместе с ним каменеет вокруг него. Словно покрывается льдом. Придя на кухню, он садится за стол опуская голову, начинает тихо плакать. На столько тихо, чтоб его никто не услышал. А точнее парочка, что сейчас не о чем не подозревает. Чону хотелось сейчас раствориться в собственном «океане» слез. И забыть о желании, которое так вдохновляло его весь этот день. Как он трудился над выбором продуктов, готовкой и оформлением стола. Песня в голове больше не играла, там была тишина. Звук в голове напоминал не показывающий из-за плохой связи телевизор. А слезы все капали на стол, перед тарелкой. Он сидел так довольно долго, не замечая, как летит время. Хорошо, что-то, что приготовил парень должно подаваться холодным. За это время оно все и остыло. Лицо Хо, было пустым, на нем даже грусти не отражалось. Как будто смотрит в одну точку, а слезы сами текут. Услышав, как подъехала машина, он тут же стал вытирать глаза и нос рукавом. Салфеткой вытер стол и убрал их вовсе со стола. По голосам домой вернулись Чимин и Тэхен. Он весело зашли в коридор снимая обувь и подшучивая над друг другом. Чимин увидел сидящего Хосока за столом и помахал ему, тихо произнося. — Смотри твоя принцесса сидит. Ого он что-то наготовил. — тыкает локтем Кима и указывает головой. — Может это для тебя, а? Пак ехидно улыбнулся, и смотрит на лицо Тэхена. Пока тот смотрит на уже грустного Хосока пилящего взглядом стол. — Не думаю, что это он для меня. — В смысле, а для кого же? — Скорее всего это для Юнги. Вот засранец, что же он опять сказал такого Хосоку. — Над пойти узнать. Чимин тронулся с места, а Ким злясь хотел схватить тонсена, но не успел. Швырнув обувь куда-то в глубь коридора. Он последовал скорее за Чимином, перегоняя его. Пак все сразу понял, что его идея поговорить не очень хорошая, но все же узнать хотелось. Может дело даже не в Юнги, может он посмотрел какое-то грустное кино, а теперь переживает за персонажей данного фильма. — Ого! В честь чего такой пир? Ты что знал, что придут младшенькие и решил их вкусно накормить? — Начал неприметно Пак. — Ну не то что бы. Просто захотелось приготовить, что-то особенное. Кушайте не стесняйтесь. — наигранно улыбался Хо и старался не встретиться взглядом с младшими. Оба сели за стол, а Чон погрузился в свои мысли. Тэхен видел красные круги вокруг глаз, видно, что только недавно перестал плакать. И глаза еще слишком красные. Все хуже, чем он думал. Какая-то ярость росла внутри Кима, ему хотелось встать из-за стола и вылить всю агрессию на что-то. Хотелось бы на Юнги, но это не осознанно и бессмысленно. Он давно уже замечает безответность с его стороны. Пока Хосок, как уж на сковородке старается привлечь его внимание. Печально наблюдать за этим. Хотя, кто бы говорил, такая же безответность у них с Хо. Как бы он не старался, отвлечь от сахарного, ничего не получалось. Был правда момент, когда они провели за просмотром фильма. И тогда, Хосок очень его благодарил. Даже попросил лечь с ним в постель, ибо ему так спокойнее. — Хоби-хен, а все же в честь чего.. — Ким резко наступает на ногу Чимину, которые задает слишком много вопросов. — Просто ешь, хен старался и приготовил такую вкуснятину, а тебе лишь бы его доставать. Чон удивился такому поведению с их стороны, а от слов Тэхена, в душе как-то потеплело. Вызвав мягкую улыбку на его лице. Они принялись кушать, приготовленную им еду. А после трапезы, долго хвалили Чона за прекрасную готовку, которая очень порадовала их желудки.