Альфа в теле омеги

— Нам срочно нужно отпраздновать нашу победу! «Victory» теперь в финале! — радостно завопил Богом, после того как все члены команды, ещё впечатлённые недавней игрой, зашли в раздевалку. — Согласен, ну что, Чонгук, где на этот раз собираемся гулять? — обратился к нему, снимавший потную, красную футболку, альфа.       Тэхён попытался не отвернуться от наступившего смущения, чтобы не выглядеть потом дураком, уже чувствуя, как его щёки опять наливаются краской, причём вовсе не от усталости после изнурительной игры. — Чонгук? — Эм…       Ну, а что ещё может ответить Тэхён, если он понятия не имеет где? Ситуацию неловкости и полной тишины спас кто-то, постучавший к ним в дверь. — Чонгук-ши, можно тебя на пару слов? — прозвучал собственный голос за дверью. — Фанаты могут и подождать, — тут же ответил Юнги, усмехаясь, видя выглядывающего омегу. — Это мой друг, — высказал Тэ, не сдерживаясь и закатывая глаза.       Как только он вышел с раздевалки, он тут же громко и протяжно с облегчением выдохнул. Его тело стояло прямо перед ним, освещая всё в округе яркими, тёплыми лучами, которые исходили от его квадратной улыбки. Чонгук прямо светился душой от счастья. — Спасибо, — сказали парни друг другу одновременно, даже не моргая при этом. — За что? — повторили также вместе. — Перестань повторять за мной, — со стороны это выглядело довольно-таки забавно.       Не успел Ким среагировать, как на него набросились и заключили в крепкие медвежьи объятия. — Эй-эй, что ты делаешь? А ну, отпусти меня! — пытался отцепить недоальфу от себя Тэ, но, кажется, Чонгук решил не замечать сопротивлений и предупреждений, а наоборот начал прижимать его ещё ближе к себе и верещать ему на ухо про то, что их команда теперь в финале, Тэхён огромный молодец и ещё много-много всего, делясь своим нескончаемым счастьем.       Ким никогда и ни за что бы не подумал, что такие альфы, как Чонгук, вообще существуют в природе. Чон, если посмотреть на его тело и внешность, производит впечатление холодного и самовлюблённого человека, которого не заботят проблемы других, но спустя эти почти два месяца неразрывного общения с ним, Тэ понял, что не стоит судить книгу по обложке и первое мнение правда бывает ошибочным и неточным. Хотя на его поведение могло и влиять положение обстоятельств, ведь Чон находится сейчас в теле омеги и, скорее всего, именно это отражается на его характере и эмоциях в данный момент и в данную секунду. Или может всё-таки Чонгук такой и есть на самом деле? Просто Тэхён не разговаривал с ним, когда всё было в порядке вещей.       Да и, если быть честным, Тэ и не подошёл бы к нему даже, чтобы познакомиться тогда. Если бы не эта произошедшая мистическая и магическая заварушка между ними, они бы точно никогда не беседовали так, как, например, говорили друг с другом неделю назад перед матчем. Стоит вспомнить, что встретившись случайно на улице, они бы не узнали друг друга, отговариваясь тем, что впервые видят этого незнакомого парня. Получается, что это могла быть судьба, и им это было предначертано?       «Бред! Выброси из головы!» — прервал свои потоки мыслей Тэхён.       Конечно же, на радостные вопли Чонгука собрались и альфы-баскетболисты, вышедшие с раздевалки. — Всё в порядке? — Гук тут же отцепился от Тэхёна, отшатываясь от него в сторону. — Здесь издавались такие звуки, будто кого-то убивали. Что вы тут делали? — Это совсем не важно, — резко ответил Ким с холодной нотой в голосе. Наконец покидая свои глубокие и никому ненужные раздумья. — Чонгук, так, ты уже решил, куда мы идём? — Я не…- начал Ким, но ему не дали ответить. — А давайте ко мне, ребят? — перебили его.       Тэхён, стоявший спиной к альфам, выпучил глаза на довольного Гука, испепеляя того взглядом и мысленно устраивая ему самые страшные пытки, что бывают в этом мире, то есть как к нему? У него дома? Чонгук совсем сдурел или с катушек полетел? Какая может быть вечеринка в маленьком тэхёновом домишке? Да и куда Чон денет родителей и его сестрёнку с братом? — Чего?! — наконец заговорил омега, отходя от ступора. — А ты ничего не попутал? — О, а где ты живёшь? — подхватил Юнги, не замечая возражений от напряжённого баскетболиста капитана. — Меня что, совсем не слышат тут? — Тэхён скрестил руки. — Да ладно тебе, Чонгуки~и, — специально протянул своё имя Чон, подмигивая Киму, — будет весело.       «Вот сучёныш! И почему обязательно нужно делать всё назло?» — взмолился Тэ.       Ким конкретно так недооценил способности юного и прирождённого тусовщика, а также его друзей, абсолютно на него похожих. Оказывается, родители с Марком и Юнджи уезжают к бабушке на выходные, и были совсем не против, когда их сын сказал, что с ними не поедет, а будет подтягивать знания Чонгука, занимаясь вместе с ним эти дни. При упоминании знакомого имени они лишь хитро улыбнулись переглядываясь, пожелали удачи и отправились на бабушкину дачу. Омега только проклинал Чона, стоя рядом с ним и тупо кивая, как болванчик. Ну, а что он может ещё сделать? Всё уже было решено за него.       Уже через два часа квартира Тэхёна превратилась в самый настоящий клуб, в котором собралось немало людей, помогавших справиться с организацией и приготовить закуски, даже светящийся разными цветами диско-шар в зале повесили! Кто-то из альф принёс колонки со своим ноутбуком, и Ким уже представлял, как на них будут жаловаться соседи за громко орущую музыку в округе их улицы, а он будет безостановочно просить прощения за весь этот балаган, устроенный одним придурком, не умеющим держать язык за зубами. Тэ хочет, если это возможно, забрать свои недавние мысли назад. Всё-таки Чонгук избалованный альфа, думающий только о себе любимом.       Все бьющиеся предметы омега ещё заранее спрятал, осталось только следить за порядком, чтобы дом оставался целым и невредимым после такого ажиотажа, и постараться не влипнуть в неприятности на свою голову, что в последние месяцы у Тэхёна явно не выходит.       И вот, Ким смотрит на праздничный стол под долбящие биты из колонок, на котором красуются такие блюда как: щербет, пахлава, разные фрукты, сладкое вино, пряные ликёры и многое другое из алкоголя на любой вкус и цвет, и хочет смыться из этого дурдома. Некоторые гости, пришедшие на вечеринку по случаю победы баскетболистов, даже вообще не знают, по какому поводу собрались здесь и что празднуют, что крайне бесило Тэхёна. Людей как-то многовато и следить за всеми одному нереально сложно. Когда Ким услышал звук разбивающейся тарелки об пол, омега мгновенно пришёл в ярость, он попытался пройти и растолкать народ, но его отдёрнули за локоть в сторону. Кто-то крепко схватил его за запястье, таща обратно к столу. — Послушай, тебе нужно расслабиться, — сказал виновник всего этого торжества. — Чонгук, блять, я тебя прибью! Немедленно выгони их всех! — пытался не сильно кричать Тэхён, размахивая руками в стороны, чтобы их не услышали, хотя кто может что-то услышать при такой громкой музыке, уже бьющей по мозгам. — Просто выпей это и попытайся отдохнуть один единственный раз в своей жизни, — Гук протянул ему стопку, наполненную ликёром. — Я не пью уже давно, — отмахивается Тэ, выражая глазами всё своё недовольство на поведение недоальфы. — Тэхён, молодость даётся нам один раз, и ты должен наслаждаться этим временем, — однако на Кима возвышенные речи совсем не действуют, и тогда Чон добавляет с издёвкой. — Или тебе просто слабо, сладкий? — Кому? Мне? Слабо? А ну, дай сюда, — Ким отбирает стопку у альфы и тут же её осушает. Алкоголь течёт по организму, неприятно обжигая горло. — Ну, и как? — ухмыляясь, спрашивает Чонгук. — Может, ты думаешь, что я и чересчур прилежный студент, но я и до этого пробовал алкоголь, так что ничего особенного.       После третьей стопки Чон понял, что Тэхёну абсолютно противопоказаны спиртные напитки. Стоило ему выпить следующую стопку уже с водкой, он попёрся танцевать, толкая при этом людей и отдавливая им ноги. Чонгуку пришлось весь вечер следить за неугомонным пьянчушкой, чтобы тот не накосячил и не вытворил чего-нибудь эдакое. Когда Гук заметил, как Ким пытался прижаться телом к какому-то танцующему альфе, Чон не выдержал и повёл разгуливавшегося на славу, высказывающего недовольства Тэ в его комнату. Тот парень так и остался стоять на месте, не двигаясь, потирая веки, и пялясь выпучившимися глазами на уходящую пару. Конечно, ведь к нему клеился альфа, причём не простой, а сам Чон Чонгук! Юноша встряхнул головой и решил поскорее пойти домой, на сегодня ему выпивки достаточно. Померещится же, блин, такое!       Тэхён по пути задорно хохотал, но как только его лицо встретилось с мягкой подушкой на любимой и родной кровати, сразу заснул.       После двенадцати часов гости и баскетболисты разошлись, а Чон выдохнул с облегчением. Он думал, что сможет вдоволь насладиться сегодняшней вечеринкой, но от чего-то переживал и следил за всеми так же, как омега, когда всё только началось, и, кажется, он справился с поставленной им задачей, даже прибрался малость. Чонгук опять пошёл в тэхёнову комнату, чтобы проверить всё ли с Кимом в порядке. Открыв дверь, Чон увидел всё так же храпящего на кровати себя. Садясь на краю мебели, он решает немного задержаться и прикладывается рядом с Тэ, сгибаясь эмбрионом и складывая руки между коленями. Ким будто и не спал вовсе. Он оживлённо открывает глаза, чувствуя под боком чьё-то тело. — Ты уже выспался? — зевая, спрашивает Гук, заметив вошканья Тэхёна. — Все ушли? — Да, не переживай, дом остался в полной сохранности, кроме той разбитой тарелки. И…- Чонгук набрал воздуха в лёгкие, понадобиться много сил, чтобы произнести следующее слово. — П-прости. — Это радует, — поворачивается к нему Тэхён, почти соприкасаясь лбами с Чоном. — Прощаю, но нечего было устраивать всё это, — возмущается и причитает омега, смешно надувая губы. — Я просил прощения не за это. — А за что тогда? — потирает свои глаза Тэ. Голова всё же побаливает от действия спиртного, и сперва сложно вникнуть, что хочет донести до него Чонгук.       Чонгук ещё пару секунд обдумывает, как лучше связать мысли, вдруг улетевшие куда-то далеко из мозга под внимательным взглядом Тэхёна. — Пока я не заснул от нахлынувшей внезапно на меня усталости, я должен тебе сказать, что погорячился тогда в Понынса. Омеги вовсе не слабые. Я с уверенностью утверждаю, что вы точно сильнее духом, чем большинство альф, и эта выносливость не сравнится с нашей физической силой. Будь ты хоть самым сильным качком на свете, всё равно останешься щупленьким внутри, — Гук зажмуривает глаза, а затем осторожно открывает их поочерёдно. — Оу, не думал, что доживу до этого момента. Однако я тоже должен извиниться. Мы много обидного наговорили тогда друг другу. Мне точно не стоило трепаться о многих вещах и задевать тебя колкими фразами. Прости и меня. — Хорошо, что мы наконец-то это уладили, — кладя руку на голову Кима и нежно поглаживая его волосы, он приподнимает уголки губ и улыбается. — Можно, раз уж у нас пошла ночь откровений, спросить тебя кое-что? — Валяй, — отвечает Тэ, уже предчувствуя, о чём хочет узнать альфа. — Что ты сказал тогда Кибому, что он так разозлился и зарядил «мне» пощёчину в столовой? — Ах, это! — Тэхён пытается не заржать в голос. Он оказался прав. — Я сказал, что из-за него я стал импотентом, и у меня теперь не стоит ни на кого, — омега складывается пополам, начиная громко хохотать, а на глазах выступают слёзы от дикого смеха. — Что ты ему там ляпнул, пиздюк? — угрожающе выкрикнул Гук, но это не звучало так уж озлобленно, скорее больше наигранно. Он вытаскивает из-под головы Кима подушку, и играючи начинает лупасить ею хохочущего от веселья Тэхёна.       В конце концов, их одолела сонливость, и оба парня просто уснули вместе на тэхёновой кровати, глубоко погружаясь в царство Морфея.

***

      Ноябрь — последний месяц осени, впереди людей ждёт зима, но не стоит отчаиваться. Да, в ноябре нас могут промочить бесчисленные дожди, как ещё сегодня было ранним утром. Автомобили попытаются окатить с ног до головы грязной водой из луж. Зонты будут ломаться, рваться и улетать в свободное путешествие. Ждут нас и милый друг насморк, преследующий почти каждого, и всегдашняя подружка холодов — простуда. Начнутся в ноябре и поиски тёплых мест: короткие пробежки по магазинам, приходы в кафе, чтобы согреться. Люди будут делать всё, чтобы поменьше находиться на холоде. Именно поэтому Тэхён и Чонгук, пытаясь спрятаться от прохлады и согреваясь теплотой чужого организма во сне, прижимаются ближе друг к другу в кровати.       Первым просыпается Гук, потому что чувствует, как у него затекла рука. Он её почти не ощущает от тяжести рыжей головы, лежащей на ней. Чонгук лениво пытается высвободить свою руку из плена, а потом его словно окатило ледяной водой из ведра или ударило током, что он резко отбрасывается назад, падая и больно ударяясь лопатками о жёсткий пол. — Айщ! Тэхён!       Ким, услышав звук падающего и кричащего альфы, сел на кровати, потирая сонные глаза. — Ты бежал что ли от кого-то во сне? Или кошмар приснился? — ему не отвечают, лишь опять охают, пытаясь сесть на полу и потирая ушибленное место, а Тэ только понимает, что что-то не так с его голосом. Медленно обращая свой взгляд в сторону Чонгука, он еле сдерживает в себе писк от наступившей радости, потому что, действительно, видит на полу Чона, а не своё тело. — О, боже! Чонгуки!       Омега вскакивает с кровати и вновь чуть бы не валит Чона, уже успевшего подняться на ноги. Чонгук быстро успевает среагировать и подхватывает счастливого Тэхёна, удерживая равновесие обоих и фиксируя свои руки на тонкой талии парня, чтобы тот не упал. Ким полностью виснет на нём, словно ничего и не весит, что-то весело бормочет ему в шею, обдавая её жарким дыханием, а альфу от этого ощущения передёрнуло, и по коже прошлись стайки мурашек, ещё и в нос проник сладкий аромат, излучающийся от омеги. Тэ почувствовал исходящую неловкость момента и поспешил вылезти из крепких рук альфы. — Не могу поверить, что теперь всё в порядке, — заговорил первым Чон, пытаясь не смотреть в миндалевые глаза напротив. Только вчера он видел этими глазами мир, и сейчас было сложно сразу же прийти в себя. — Да, и, похоже, что всего-то нужно было извиниться друг перед другом, — Тэхён кивает и показательно бьёт себя по лбу, доказывая этим, какими же они были глупыми. Может, если бы они не ругались так долго и не пытались первоначально постоянно действовать друг другу назло, они бы возможно намного раньше разобрались бы с проблемой. — Теперь всё закончилось, — как-то отстранённо проговорил Чонгук, не зная куда себя деть и погружаясь в свои мысли. — С тобой всё хорошо? — учтиво интересуется Тэ, замечая перемены в настроении друга, и протягивает руку к его лбу, чтобы проверить на наличие температуры. — Да, — очень резко отвечает парень, не давая прикоснуться к себе и перехватывая его руку. — Ну, я пойду? — Куда это? — Тэхён хмурится и не понимает, почему вдруг Чон пытается от него сбежать, но потом его осеняет.       Конечно, Чонгук снова в своём теле и теперь ему общение с каким-то там Кимом не нужно. Как омега мог думать, что после всего, что с ними произошло, они так же останутся друзьями? Чонгук популярен в университете, это Тэ проверил на собственной шкуре, побывав в его теле. Не было ни дня, чтобы к нему не подошёл какой-нибудь омега и не начал открыто флиртовать с ним. Однако, в душе Кима кошки заскребли своими острыми коготками. От колющего осознания, что с ним Чонгук разговаривал только по естественной причине, стало обидно, знаете ли. Можно сказать, что им тупо пользовались, и как только всё встало на свои места и привычное русло, собираются выкинуть его, как ненужный мусор или хлам из жизни. — Да, наверное, тебе стоит уйти, — ответил Ким после затянувшейся паузы между ними. Он отворачивается от Чонгука и делает вид, что очень занят застиланием постельного белья.       Чонгук лишь громко выдохнул и поспешил выйти из помещения, направляясь к себе домой и пытаясь разобраться в своей недавно произошедшей реакции на теперь уже Тэхёна омегу. Услышав звук закрывающейся за брюнетом двери, Тэхён отбросил скомканное одеяло в сторону и присел на краю кровати. Отчего-то глаза стали мокрыми и начали заполняться слезами, а тело чуть-чуть подрагивало, скорее всего, из-за холода наступившего ноября и предстоящей зимы. Он ощущал себя довольно непривычно, но это пройдёт, а вот то, что Чон лишь притворялся в последнее время его другом — заживать будет дольше. Ким не помнит, когда подпускал кого-то так близко к себе. А если учесть тот факт, что Чонгук побывал целых два месяца в его теле, то в принципе никто не был так близок к омеге, как Чон.       Только вот Тэхён не будет показывать своей грусти по Чонгуку, точно не ему. Он ведь сильный омега и со всей этой обидой справится в одиночку, просто стараясь не попадаться на глаза альфе, и жить, как жил до этого. Впрочем, как было и всегда.