Полуночники

- Эй, Микки, - послышался голос рыжего, и Микки дернулся. - Галлагер, твою мать, я же только уснул, - прошипел брюнет, поворачивая голову и вглядываясь в сияющие глаза лежащего сзади парня. - Прости, - прошептал Йен, - я не смог уснуть. - И решил, что лучшее, блять, решение это разбудить меня? – Микки потер глаза и снова отвернулся. - Решил, что ты можешь мне помочь, - слишком томно на взгляд Микки выдохнул рыжий. - Мне что, вырубить тебя, чтобы ты, наконец, заткнулся? Йен тихо рассмеялся и прижался губами к плечу брюнета, скользнул выше и коротко лизнул теплую кожу на изгибе шеи и плеча. - Какого хрена ты делаешь? – напрягся Микки в его руках, но Йен лишь крепче обхватил брюнета за талию и плотнее прижался грудью к его спине. - Кажется, я хочу тебя соблазнить, - Йен провел своей рукой по животу Милковича, не отрывая приоткрытых губ от его шеи. Микки судорожно вздохнул. - А ты не мог выбрать более подходящее для этого место и время? Пальцы Йена уже забрались под футболку его парня, поглаживая и слегка царапая чувствительную кожу под пупком. - А что не так? - То, что два твоих гребаных брата лежат в полуметре от нас. Заметь, один из них ходит в сраный детский сад, а другой – малолетний дрочер, которому сверху открывается прекрасный вид на нашу кровать, - прошипел Микки как можно тише, выгибая спину, пытаясь уйти от ласкающего прикосновения. - Они уже спят, - прошептал Галлагер в самое ухо брюнета, заодно покусывая и всасывая мочку, - и не проснутся, если мы будем вести себя тихо. Ты сможешь вести себя тихо, Микки? Сможешь не стонать, когда я буду входить в тебя? - Ты чертов псих, Галлагер, - всхлипнул Микки, - не делай этого. Мы перебудим весь дом. - Просто постарайся держать рот на замке, - убеждал его Йен, - тебе же хочется. Галлагер опустил руку на член Микки и легко сжал его через трусы, отчего Милкович дернулся и резко втянул воздух. - Да в этой чертовой комнате слышно каждый шорох, - прошептал он. - Значит, мы будем вести себя очень, очень тихо, - Йен за его спиной улыбнулся и снова стал целовать спину брюнета, рассыпая по его коже мурашки, одновременно сильнее сжимая рукой член своего парня. Микки почувствовал, как по его лопаткам расходятся горячие волны, и стиснул зубы, когда рука рыжего сжала его член. Йен уже достаточно распалил его, так что теперь действительно оставалось лишь сдерживать рвущиеся из горла стоны. Мик обреченно вздохнул и подался бедрами назад, вжимаясь задницей в твердый член Галлагера. - Да, Микки, вот так, - шептал Йен, поглаживая и сжимая член брюнета, - я знал, что ты сможешь, постараешься для меня… - Кончай эти разговоры, - рыкнул Микки, - если не хочешь перебудить всю свою чертову семью. - Боишься, что они застанут тебя с моими пальцами в заднице? – почти беззвучно прошептал Йен, чуть отодвигаясь назад, и переместил руку с члена брюнета на его зад, прижимаясь указательным пальцем к отверстию Микки через трусы. - Черт… - Микки бы никогда не признался, но от этих грязных разговоров по его телу прошла горячая волна удовольствия. Поймав себя на том, что он слишком тяжело дышит, брюнет постарался выровнять дыхание, но в этот же момент палец Йена прижался к его анусу. - Блять! Прикосновения через слой ткани было чудовищно мало, Йен потирал пальцем чувствительное отверстие, слегка надавливая, а Микки лишь выгибался в его руках, чувствуя, как голову ведет от возбуждения. Они никогда не занимались сексом так. Обычно яростные, быстрые и бесстыдные движения, сейчас сменились осторожными касаниями. Галлагер за спиной Микки задышал тяжелее, вжимаясь в его поясницу твердым членом. Подаваясь бедрами назад, пытаясь усилить давление пальца, Микки опустил руку и сжал собственный член через трусы. - Микки, - жалобно прошептал за спиной рыжий, облизывая пересохшие губы, - хочу тебя. - Что ж, - ухмыльнулся Милкович, - тогда тебе придется быть очень, очень тихим. Галлагер рыкнул и потянул трусы Микки, спуская их на бедра. Пружины матраса протяжно заскрипели, вынуждая обоих парней замереть. Карл наверху пробормотал во сне что-то невнятное и перевернулся на другой бок. - Ебучий матрас, - прошипел Милкович, на что Йен беззвучно рассмеялся, - и ебучий ты, - добавил он, - давай уже. Йен облизал пальцы и, наконец, надавил одним из них на анус брюнета. Микки судорожно вздохнул, принимая долгожданное прикосновение. Из-за того, что им приходилось быть осторожными и тихими, каждое прикосновение становилось в сто раз острее, и это, черт возьми, было охренительно. Йен добавил еще слюны и медленно вдавил средний палец в отверстие своего парня, замирая на секунду, чувствуя, как тугие мышцы плотно обхватывают его, пока Микки не качнул бедрами, заставляя продолжать. Прижавшись открытыми губами к изгибу шеи Милковича, рыжий двигал пальцем, стараясь сдерживать собственные тяжелые вздохи. - Давай, - прошептал Микки, и Йен добавил еще один палец, раскрывая брюнета, посасывая кожу на его шее. Микки сжал свой член, чувствуя, как охренительно длинные пальцы Йена двигаются внутри его тела. - Микки, Мик… - шептал Галлагер ему в шею, проворачивая запястье, насколько это позволяла неудобная поза, раздвигая пальцы, надавливая на простату. Он закусил губу и добавил еще один палец. По телу Микки прошла дрожь возбуждения. Он откинул голову назад, сильнее открывая свою шею поцелуям, медленно водя рукой по своему члену и отчаянно желая большего. - Хочу войти в тебя, - Йен прикусил шею брюнета и сильнее двинул пальцами у него внутри, - черт, Микки. - Этот блядский матрас слишком скрипит, - выдохнул Милкович, - ты не сможешь.… Не сможешь двигаться. - Давай попробуем. Я не могу… - это был самый жалобный шепот, который Микки доводилось слышать. Он вздохнул, когда Йен убрал свои пальцы, и сплюнул на ладонь, заводя ее за спину. Когда его влажная рука накрыла член рыжего, тот коротко простонал, и Микки тут же убрал руку. - Заткнись, ты разбудишь детей. Йен фыркнул. - С каких пор ты так заботишься о детях? - С тех пор, как ты собрался меня трахнуть буквально у них на глазах. Рука Микки вернулась, лаская член рыжего и смазывая его слюной. Йен уже был на взводе, и Милкович подумал, что он мог бы просто отдрочить парню. По крайней мере, было бы тише, чем то, что они собрались провернуть. - Давай, Мик, - Йен отвел его руку, еще раз поцеловав плечо брюнета, и прижался своим членом к отверстию Микки. Милкович мысленно попросил прощения у всего семейства Галлагеров, а в особенности у Карла, и подался бедрами назад, принимая в себя длинный член своего парня. - Ох… - Йен прижал Микки к себе, проталкивая свой член в его отверстие, чувствуя, как бедра мелко дрожат от напряжения. Переждав пару секунд, пока мышцы ануса не расслабятся, Йен по привычке жестко толкнулся внутрь, на что пружины матраса отозвались коротким скрипом. Микки лишь рыкнул и сжал свой член, размазывая по головке выступившую смазку. Йен толкнулся еще раз, но блядский матрас продолжал скрипеть, тогда он приподнялся над кроватью, опираясь на локоть, и стал входить в Микки короткими толчками. Микки понял, что Галлагер нашел способ обхитрить скрипучий матрас, и стал подаваться навстречу его толчкам, быстро лаская свой член. - Так хорошо… Боже, Микки, так охренительно хорошо, - шептал Йен, чувствуя, что его парень уже на грани. Он стал входить в его тело наполовину, попадая головкой точно по простате, зная, что Микки надолго не хватит. Через десяток толчков мышцы ануса брюнета сжались, а он сам стал водить головой из стороны в сторону, хрипло дыша и кусая губы. - Давай, Мик, кончи, - рыкнул Йен, и Микки открыл рот в беззвучном крике, прогибаясь в спине, пачкая свою руку и простынь спермой. Йен впился губами в шею брюнета, резко перевернул того на живот и в пару толчков довел себя до оргазма, уже не заботясь о скрипах матраса, которые могли перебудить его младших братьев. Когда Йен скатился со спины брюнета, все еще тяжело дыша, тот перевернулся на спину, улыбаясь. - Это было блядски громко, - сказал Микки. Йен лишь улыбнулся и, приподнявшись на локте, окинул взглядом комнату. - Кажется, никто не проснулся. - Но это не значит, что мы будем повторять это каждую ночь, чертов эксгибиционист, - проворчал Микки, наклоняясь и мягко целуя своего парня. *** Следующим утром Фиона жарила оладьи на кухне, когда по лестнице спустился Карл. - Ты что-то рано встал, - сказала девушка, оглядывая своего брата, - неважно выглядишь. Ты не заболел? - Просто плохо спал, - проворчал Карл, наливая себе кофе. - Плохой сон? - Ну да, че-то типа того, - ответил он, пряча улыбку в кружке кофе.