Тонкая грань

- Значит, хочешь, чтобы я молчал? – язвительно переспросил Артем, вновь поднося к губам стакан, наполненный ирландским виски, – какие глупости. Как будто я стал бы делиться подобной новостью, - сделав небольшой глоток, парень заинтересованно взглянул на девушку, – хотя знаешь, у меня есть для тебя интересное предложение, Виктория Антонова. Вику ужасно раздражало подобное обращение, но у девушки хватило терпения не ответить ему в той же манере. - Станешь моей рабыней, - четко, уверенно и без всяких сомнений произнес юноша, откровенно наслаждаясь видом раздраженного выражения лица своей одноклассницы. Попытавшись скрыть недовольство и опаску за маской уверенности, Вика картинно усмехнулась и села на высокий стул рядом с Артемом, насмешливый взгляд которого мимолетно скользнул в манящую глубину довольно откровенного декольте девушки. Антонова вздохнула и щелчком пальцев заказала себе точно такой же виски со льдом, прекрасно осознавая, что стоимость дорогого напитка будет вычтена из её зарплаты. Алекс тут же долил в свой стакан еще немного виски и с сомнением глянул на Вику, одним движением бровей безмолвно спрашивая союзницу, все ли у неё в порядке. Девушка незаметно, насколько это было возможно, кивнула и обворожительно улыбнулась Артему. - Ты ведь шутишь, да, Соколов? – спросила Вика, пытаясь отогнать кошмарные образы и изображения связанных девушек, удовлетворяющих своих хозяев различными способами. Артем отметил мелькнувший страх и удовлетворенно рассмеялся. - Шутки шутками, но я серьезен, как никогда, – парень слез со стула и мельком взглянул на дисплей своего дорогого телефона: - Согласна? - Я подумаю, - коротко огрызнулась Вика, буравя юношу недовольным взглядом. Антонова судорожно раздумывала над тем, как бы поскорее отделаться от этого несносного мажора и сохранить по настоящему драгоценное место работы в тайне: в случае отказа пущенный парнем слух наверняка пройдется по ушам всех учащихся частной школы, и множество учителей наверняка узнают о странных услугах, предоставляемых девушкой – в этом случае Вике придется благополучно попрощаться с доброжелательным отношением учителей, о чьих закостенелых моральных принципах старой советской закалки по школе слагали легенды. Каждый день стал бы для Антоновой сплошным кошмаром, а желанный покой стал бы для девушки непозволительной роскошью... Вике не были нужны лишние стрессы и напряжение. Стать серой, неприметной мышью – лучшая и успешнейшая стратегия, избранная девушкой, чтобы лишний раз не привлекать к себе ненужного внимания. К ней обращаются лишь для того, чтобы списывать домашнее задание, не более, и такое отношение устраивало Антонову больше всего. - Так много думать – не женское дело, – Артем одним глотком допил содержимое своего стакана и послал взгляд лучшему другу, стоящему около выхода. Различив в застывших изумрудных глазах хорошо замаскированное сомнение, Соколов протянул руку и снисходительно похлопал девушку по рыжеволосой макушке, - Правильное решение. Вика тут же перехватила его запястье и, язвительно улыбаясь, впилась ногтями, пытаясь игнорировать мешающую ткань дорогого пиджака. - Убери руку, ублюдок, - процедила Антонова, стараясь уничтожить взглядом нахально усмехающегося Артема. - Сначала убери её сама, моя гениальная, - промурлыкал Соколов и с легкостью выдернул запястье из ладони девушки, – жди меня завтра у дверей нашего кабинета, Лаки*. - Какая, к черту, Лаки?! – Вика сама удивлялась собственной выдержке. - Лаки? А, моя новая сука, - усмехнулся парень и кинул на барную стойку деньги, заплатив за виски, который заказал и он, и его новая рабыня. Артем медленно направился к выходу и со смехом добавил: - И ногти подстриги. Мне не нужна собачка с когтями, как у кошечек. Фигура Артема полностью скрылась за спинами остальных посетителей, и Вика, больше не в силах сдерживаться, с такой силой ударила ладонью по барной стойке, что пустые стаканы тут же подпрыгнули. - Сукин сын, - прошипела девушка. - Вика! – послышался укоризненный голос позади. Вика озлобленно повернулась, глядя снизу вверх на своего старшего брата. - Чего тебе, Марк? – буркнула Антонова и, не дожидаясь ответа, прошла мимо. Но настойчивая, сильная рука схватила Вику за оголенное предплечье, и Марк буквально потащил младшую сестру к себе в кабинет, не удостаивая вниманием ее сопротивление. Пинком открыв дверь, мужчина усадил девушку на мягкий диван и встал напротив, успокаивающе потирая переносицу. - Будешь меня раздражать, стану Марком Антоновичем. – Двадцатисемилетний мужчина налил в высокий стакан яблочного сока и подал его надувшейся сестренке. - Не хочу сок, - коротко отказала девушка. - А другое тебе и не полагается! – проворчал он и выпил сам. – Алекс тебе опять наливал? - Нет, - сердито пробормотала Вика. - Что у тебя случилось? - Ничего. - Если у человека действительно ничего не происходит, он не пытается разбить барную стойку с пуленепробиваемым стеклом ударом ладони, - серьезно произнес брат. Антонова упрямо молчала, демонстрируя полнейшее отсутствие желания обсуждать эту тему. - Ладно, - устало проговорил Марк и вытащил из кармана сотовый телефон, - Алло, Боб, отвезешь Вику домой? - Я не поеду с твоим водителем, - категорически заявила девушка и скрестила руки на груди. Марк положил телефон на стол и внимательно посмотрел на младшую сестру, вызывающий, напряженный вид которой наглядно демонстрировал абсолютную непоколебимость принятого решения. - Отдыхай, не нужно, - подняв телефон, напоследок проговорил мужчина и отключился, – ты хочешь, чтобы я сам тебя отвез? - Нет, спасибо, я доеду на метро. Три шага до станции, немногим более от станции до дома, - пробурчала Вика, поднялась и вышла, закрыв за собой дверь, на которой красовалась позолоченная вывеска «Антонов Марк Антонович. Администратор». В голове девушки на мгновение всплыло воспоминание, как брату привезли самую первую табличку, где сухо значилось «М. А. Антонов.», на что Марк жутко разозлился и попросил заказать новую, где было бы написано его полное имя, отчество и значилась высокая должность. Помнится, Антонова сама ездила с братом забирать законченную вывеску и со смехом наблюдала горящие глаза мужчины, когда он впервые увидел позолоченную табличку. Выйдя наружу, Вика усмехнулась тому, как называл собственного водителя её старший брат, пытаясь хотя бы немного европеизировать приезжего рабочего из Узбекистана, которого на самом деле зовут Бобуром. Бобур за время работы успел научился русскому, и давно беспрепятственно разговаривал с Марком на любые темы, очень уж полюбив рассказывать о вкусных узбекских фруктах. *** Парень поправил идеально повязанный черный галстук и огладил бока пиджака – две главные составляющие строгой школьной формы одной из лучших и престижнейших частных школ города. Десять минут назад в его комнату вошла домработница Кристина, принесшая накрахмаленную белую рубашку и новые брюки. Полностью одевшись, парень потер слегка небритый подбородок, и хмыкнул, оставив все как есть. Артема жутко интересовало, будет ли Вика Антонова ждать его там, где он вчера приказал ей встретить его. Поняв, что характер у девушки отнюдь не самый легкий и довольно строптивый, Артем с уверенностью мог поставить на то обстоятельство, что ногти девушка стричь точно не станет, посчитав такое подчинение слишком унизительным. Соколов усмехнулся своему отражению в большом зеркале и вышел из комнаты, не забыв прихватить школьный дипломат из телячьей кожи, подаренный отцом в честь начала выпускного учебного года. Вика сама не знала, будет ли покорно ждать Артема у кабинета перед первым уроком или нет. После того, как девушка приехала домой, она незамедлительно приняла душ и сразу же легла спать, включив любимые мелодии, разительно отличавшиеся от громкой и грохочущей музыки, безостановочно, целыми ночами, игравшей в «Миле». Накануне вечером Антонова заботливо разложила свою школьную форму, состоящую из странной длинной юбки по колено, белой бесформенной рубашки с длинными рукавами и лаковыми балетками. В повседневной жизни Вика бы такое ни за что не одела, но подобный гардероб выгодно поддерживал образ серой мыши, давая девушке возможность оставаться никому не заметной скромной отличницей. Единственной выделяющейся вещью из её обычной школьной одежды были дорогие очки с элегантной оправой, подаренные старшим братом за отличную учебу в десятом классе. Тогда же Марк многозначительно намекнул, что, возможно, купит девушке машину, если Вика с таким же успехом закончит и одиннадцатый класс. Вздохнув приятному воспоминанию, девушка поставила будильник, позаботившись о том, чтобы он прозвенел ровно в пять часов сорок пять минут - за час Вике нужно было одеться, поесть и совсем незаметно подкраситься, а потом ехать в школу, долгая дорога в которую отнимала еще столько же времени. Вика надеялась, что к тому времени, как она подойдет к воротам школы, решение, подчиниться ли Соколову, будет окончательно принято. Но на раздумья времени у девушки практически не осталось - Вика умудрилась неосознанно выключить зазвонивший будильник, и вновь легла спать, проснувшись только через пятьдесят минут благодаря настойчивому звонку заботливого брата, который пытался достучаться до сестры сквозь плотную сонную дымку в сознании девушки. Марк хотел спросить, придет ли Вика сегодня на работу в клуб. Девушка ответила неопределенным мычанием и неосознанно кивнула. Но, взглянув на часы, криво висящие прямо напротив кровати, девушка мгновенно запаниковала и побежала одеваться. Зубы были наспех почищены, лицо кое-как умыто, косметика и освежающий крем остались нетронутыми на полке вместе с расческой и духами, а судорожно, поспешно натянутая одежда была окончательно помята, словно ее только что вытащили из стиральной машинки. Вика собрала волосы в неряшливый хвост и нацепила очки, которые, как считали все одноклассники зануда одевала из-за плохого зрения. На самом деле очки были нулевками и на зрение никак не влияли. В автобусе все мысли о том, что делать с "приказом" Артема, улетучились, изгнанные паническим страхом опоздать, хотя Вике, умной отличнице и лучшей ученице 11-Б класса, учителя простили бы очень многое, не говоря уже о единичном опоздании. Еще один повод, из-за которого Вике крайне не хотелось терять такое хорошее отношение учителей. Транспорт резко затормозил, и Антонова случайно стукнулась лбом о мягкое сидение. Сунув деньги лениво зевавшему кондуктору, девушка выбежала из автобуса, стараясь не запутаться в длинной юбке, всеми фибрами души ненавидимой девушкой. Хотя Вика понимала, что эта вещь необходима для поддержания её образа, отвращение к подобному предмету одежды нисколько не уменьшилось. Проведя своим удостоверением по специальному оборудованию, следившему за прогулами учеников, Вика вбежала на огромную территорию частной школы, направляясь в А-корпус, где через пять минут должен был начаться урок английского языка. Тяжело дыша после подъема на третий этаж, девушка застыла на месте, заметив у дверей нужного кабинета ненавистного одноклассника – Артема Соколова. Тот увлеченно копался в своем телефоне, и Вика, сделав глубокий вдох, не спеша зашагала к кабинету, пытаясь не привлекать к себе никакого внимания, что еще вчера у нее с успехом получалось. Девушке осталось сделать всего лишь один шаг, чтобы оказаться внутри, как внезапно протянутая рука, едва не ударившая отличницу по виску, загородила Вике вход. Артем сверху вниз глянул на одноклассницу, разительно отличавшуюся от той девушки, встреченной вчера в «Миле», и ехидно ухмыльнулся. - Почему же ты не встретила меня здесь? – заинтересованно спросил Артем, положив телефон в карман. – Я приказал. - Мне плевать, что ты там приказал, - зашипела Вика, поправив спадающие очки. - А мне не плевать, - со спокойным видом проговорил Соколов, надвинувшись на одноклассницу. Молодые люди оказались весьма интригующем положении, при котором девушка бессознательно прижималась к стене, – мы ведь договорились. - Договорился ты. Сам с собой. И меня никто не спрашивал. – яростно выплюнула Антонова, толкая парня в грудь, лицо которого оказалось слишком близко. - Отлично. Раз договора нет, мне нужно только прошептать несколько слов Новиковой, и через несколько часов вся школа будет с интересом обсуждать, как наша тихая отличница Виктория Антонова подрабатывает в популярном клубе легкодоступной шлюхой, - тихо прошипел Артем и отстранился. Все учащиеся хорошо знали Елену Новикову как одну из самых симпатичных девушек в школе. Только прославилась молодая ученица не только смазливым личиком, очищавшимся от многочисленных слоев косметики лишь во время сна, но и своим поразительно длинным языком. Новикова знала многие тайны и не могла слишком долго сдерживать себя, чтобы не рассказать какому-нибудь встречному о тайном свидании Дениса Козлова из 10-А и новенькой семиклассницы или порвавшемся презервативе одного парня во время секса с Ирой Петровой из 11-А класса, жутко боявшейся забеременеть и пьющей противозачаточные в слишком больших количествах, больше опасаясь гнева влиятельных родителей, чем побочных эффектов от передозировки. Разочарованно цокнув языком, парень удостоил Вику, низко опустившую голову, брезгливым взглядом и уже хотел было войти в класс, но тоненькая рука девушки преградила вход. - Ладно. – прошипела Антонова и, признавая поражение, уставилась в темные глаза одноклассника, – я согласна на твои условия. Теперь выслушай мое: ты никому не говоришь, что я работаю в клубе. - Хорошо. Подпишем письменный договор? - Пошел ты. - Понял. – Артем хмыкнул. – Еще раз услышу брань в мою сторону, и тебе несдобровать. Поняла меня? - Поняла, - подумав, произнесла Вика. - А второе: ты выполняешь мои приказы беспрекословно. Все приказы. - Что? – девушка испуганно округлила глаза. В голове Вики снова появились красочные и мерзкие изображения. Артем лишь усмехнулся и ласково потрепал Вику по голове. - Рабы должны выполнять все приказы. А рабыни тем более, – едва парень вошел внутрь, в коридоре разнесся оглушительный звон, означавший начало первого урока нового учебного дня. Через несколько минут Вика вошла следом, не в силах поверить до конца, что действительно подписалась на совершенно безумную авантюру с Артемом Соколовым, отныне имевшим право вытворять с ней все, что угодно. *Lucky – счастливый.