Дождливый день

Дождь барабанил в окно закусочной, затуманивая свет снаружи, делая вид из окна расфокусированной фотографией. Арчи и Джагхед сидели за своим обычным столиком. Джагхед перекусывал гамбургером, а Арчи потягивал любимый коктейль. Оба работали в тишине: рыжеволосый делал домашнюю работу, брюнет писал роман об их городе. Джагхед терпеливо молчал, но когда телефон друга запищал в пятый раз, он наконец-то дал комментарий. — Ладно, «мистер популярность», кто постоянно пишет тебе? Арчи взглянул на свой телефон, прежде чем его глаза расширились, и он поспешно сунул устройство в карман. — Никто, — ответил он, снова глядя на свою книгу. Джагхед усмехнулся. — Ну, будь это Бетти или Вероника, ты бы сказал мне, — предположил Джонс, сдерживая смех, когда Арчи уронил голову на стол, — тогда остается твой отец. — Джаг, пожалуйста, это неважно. — Очевидно, что это кто-то, у кого есть что-то важное, но он не звонит, чтобы не показаться отчаявшимися, — продолжил Джагхед, игнорируя звуки протеста друга. — Может быть, это Шерил? Ты не стал бы рассказывать мне о ней. Или Ронни? Может, «самый гетеросексуальный парень Ривердейла» не такой уж гетеросексуал, как все думают? — Джаг, пожалуйста, — сказал Арчи, хотя легкий румянец на его щеках подсказывал, что последнее предположение было не так далеко от истины. — Тебе это не понравится, просто прекрати. —Мне это не понравится… ох, — лицо Арчи вытянулось, когда Джагхед ясно понял, что происходит. — Я думал, ты сказал мне, что с ней покончено! — Это она пишет мне, а не я! — протестовал Арчи. — Тогда заяви на неё, Арчи! Мисс Гранди должна отправиться в тюрьму! — Я не могу заявить на неё, Джагхед, — попытался объяснить Арчи, — я по-прежнему забочусь о ней. Знаю, что не должен, но я делаю это. Ты не поймешь, ты асексуал. — Поэтому я не понимаю, как можно о ком-то заботиться? — голос Джагхеда был опасно тихим, и Арчи быстро понял, что сказал что-то не так. — Нет, нет, я не это имел в виду! — выпалил Арчи. — Просто всё иначе, когда ты любишь кого-то… — Просто перестань говорить, Арчи, — оборвал его Джагхед, убирая ноутбук в сумку, — я ухожу, пока. — Джаг, подожди хотя бы, когда дождь утихнет. Но Джонс уже ушел. Выругавшись, Арчи собрал свои книги и последовал за ним на улицу. Дождь был настолько сильным, что Арчи потребовалась секунда, чтобы увидеть, куда направился друг. Как только он заметил его, то побежал за ним. — Джагхед! — крикнул он, однако не получил ответа. Возможно, Джагхед его не услышал, но гораздо более вероятно, что Арчи проигнорировали. Он подбежал к Джонсу и остановился перед ним. — Джаг, пожалуйста, выслушай меня, — попытался он снова, — прости, я облажался, ты же знаешь, я не это имел в виду… — Я не аромантик, — перебил его Джагхед. Арчи замер. — Что это значит? Эндрюс выглядел таким растерянным, что Джагхед закатил глаза. — Я асексуал, не аромантик, — объяснил он, — я не испытываю сексуального влечения в отличие от романтического. Так что меня могут волновать люди. Арчи открыл рот, дабы что-то сказать, но Джагхед поднял руку. — Кроме того, даже будь я аромантиком, утверждать, что люди не могут чувствовать чего-то, как ты, только потому, что ты их не понимаешь, это невежество, — по Арчи было видно, что ему стыдно. — Прежде чем что-то говорить, проведи небольшое исследование. — Мне очень жаль, — сказал Арчи через несколько секунд тишины. — Я не знал, что это две разные вещи. Не понимал, что говорю. Мне правда очень жаль. Джагхед вздохнул. — Арчибальд, у тебя есть волшебная способность говорить неправильные вещи, — выражение лица Джагхеда все еще было серьезным, но Арчи слышал шутливый тон в его голосе. Он улыбнулся. — Но я так очарователен, что ты не можешь не простить меня? — спросил он с надеждой. Джагхед не ответил, но игриво толкнул друга в плечо. Арчи рассмеялся. — Если ты не аромантик, то есть ли у тебя объект воздыхания, о котором мне стоит знать? Джагхед снова закатил глаза. — Заткнись, — пробормотал он, снова идя вперед, очевидно решив, что уже настолько промок, что торопиться бессмысленно. Арчи рассмеялся. — Это значит да! — радостно воскликнул Эндрюс, следуя за ним, — Кто это? Кевин? Лось? Может быть, даже Шерил? — Арчи, ты прекрасно знаешь, что я не могу терпеть ни одного из них. Не будь странным. — Но ты все равно любишь меня! — ответил Арчи, смеясь. Джагхед, однако, промолчал. Арчи взглянул на друга, но его лицо было непроницаемым. Джагхед застонал, когда Арчи остановил его. — Арчи… — Это я? — спросил Эндрюс, на что Джагхед промолчал. — Серьезно? — Просто забудь. Это не должно ничего менять, — сказал Джагхед, внезапно невероятно застенчивый. — А что, если я не хочу? — тихо спросил Арчи. Он подошел ближе к другу и взял того за руку. Они были достаточно близко, чтобы Джагхед мог видеть крошечные капельки дождя на его ресницах. — Даже если я никогда не захочу секса с тобой? — спросил Джагхед, на что Арчи улыбнулся. — Я не думал, что ты можешь испытывать романтическое влечение, поэтому я игнорировал свои чувства. Даже если ты никогда не захочешь целовать меня, это не изменит мои чувства к тебе. Теперь настала очередь Джагхеда улыбаться. — Я никогда не говорил этого, — сказал он. Слегка наклонившись, он прижался губами к губам Арчи. Это было недолго и, вероятно, слишком влажно, учитывая дождь, но когда они оторвались друг от друга, оба мальчика улыбались. — Не так уж и плохо, — произнес Джагхед. Арчи снова наклонился. Джагхеду было холодно, руки онемели, но внезапное тепло распространилось по его телу, заставляя испытывать восторг. Длилось это ровно до того момента, как проезжающая машина обоих обдала водой. Отпрыгнув друг от друга и оправившись после первоначального шока, оба начали смеяться. — Пойдем туда, где не так мокро, — предложил Арчи, — например, я настроен на марафон «Звездных войн» и объятия. Джагхед закатил глаза. — Ты придурок, — сказал он, однако взял руку Арчи, когда тот ее предложил. Ни один из них не переставал улыбаться.