Almost paradise

Телефон Чан Ди не отвечал, и Га Ыль всерьёз забеспокоилась. Что же могло произойти? Опять проблемы с матерью Чжун Пё-сонбэ? Ох, а ведь Га Ыль чувствовала, что эта любовь ещё выйдет подруге боком. Делать было нечего, так что Га Ыль решила зайти к родителям Чан Ди, стараясь принять самый беззаботный вид. Не хотелось, чтобы ещё и они переживали. Подозрения Га Ыль оправдались — родители Чан Ди были очень удивлены её визиту, ведь им сказали, что она уехала с F4. Добраться до школы «Шинхва» оказалось не так просто, как думала Га Ыль, а попасть внутрь ещё сложнее. Проскочив мимо охранника, разве что чудом отвлёкшегося, Га Ыль со смешанными чувствами разглядывала место обучения Чан Ди. Территория казалась бесконечной, мимо Га Ыль проходили школьники и студенты, со смехом разглядывающие её простую и недорогую одежду. Никогда в жизни ещё Га Ыль не встречала такого сосредоточения высокомерных богатых подростков, она чувствовала себя неловко за то, что вообще посмела явиться сюда. «Так, Га Ыль! С чего это ты вдруг вообще чувствуешь себя неловко?! Ты имеешь полное право быть там, где хочешь! Ты такой же человек, как и они», — гордо вскинув голову, Га Ыль прошествовала мимо поглядывающих в её сторону младшеклассников. Внутри школы ориентироваться оказалось не проще. Встретив на пути пару школьников, Га Ыль всё-таки выяснила, где собираются страшные и великие F4, и поспешила туда. — Эй! Тебе сюда нельзя, малявка! — рядом с дверью нужной комнаты стояла какая-то размалёванная девица, но Га Ыль было всё равно. — У меня к ним дело! — Га Ыль резко отпихнула девицу и проскочила внутрь, тут же наткнувшись на удивлённый взгляд И Чжон-сонбэ. Сердце пропустило удар, но сейчас было совсем не то место и время думать о своей грустной любви. — Га Ыль? — голос Ву Бин-сонбэ долетал как будто издалека. Га Ыль с трудом сосредоточилась и оторвала взгляд от И Чжон-сонбэ. — Помогите мне, пожалуйста, — Га Ыль не знала, к кому она обращалась — ко всем сразу или только к Ву Бин-сонбэ, который в последнее время так часто выручал её. Чжун Пё-сонбэ в комнате не было, и его друзья сообщили Га Ыль, что не знают, где он. В итоге было принято разделиться — И Чжон-сонбэ повёз Га Ыль домой, а Ву Бин-сонбэ и Чжи Ху-сонбэ отправились на поиски пропавших. — Га Ыль, я найду её целой и невредимой, обещаю, — Ву Бин-сонбэ снова тепло улыбнулся ей на прощание, и Га Ыль немного успокоилась. Если сонбэ говорит, что найдёт Чан Ди, значит, он её найдёт, в этом Га Ыль не сомневалась. Разговор с И Чжон-сонбэ в машине вышел очень напряжённым, потому что Га Ыль не могла перестать волноваться за Чан Ди. Всё-таки они — лучшие подруги! — Говорила я ей, что не надо было встречаться с Чжун Пё, — не выдержала Га Ыль, когда уже выходила из машины. — Вы уничтожаете всех на своём пути, даже если и случайно. — Я рад, что ты это поняла, — хладнокровно отозвался И Чжон-сонбэ, глядя прямо перед собой. — Надеюсь, что теперь ты поймёшь, почему я не встречаюсь с невинными девушками. Иди домой, Га Ыль. Я позвоню, как что-то будет известно. Га Ыль удержалась и не заплакала прямо при И Чжон-сонбэ, но дала волю эмоциям, едва покинула автомобиль. Внутри всё смешалось — и волнение за Чан Ди, и обида на И Чжон-сонбэ, и ощущение собственной никчёмности. «Чан Ди, пожалуйста, пусть с тобой всё будет хорошо, а с остальным мы справимся вместе».

***

Ву Бин не знал, на кого он злится больше — на Чжун Пё, который решил сунуться в эту драку один, или на себя, за то, что вовремя не заподозрил неладное. Чёрт бы их побрал с их сложными отношениями — и Чжун Пё, и Чан Ди! Они так много раз расставались и сходились, что их друзья просто потеряли бдительность, не сообразив, что случилось что-то серьёзное. Ву Бин сильнее надавил на педаль газа, выжимая из машины всё. Если он опоздает, то не сумеет сдержать данное Га Ыль обещание. А этого он себе позволить не мог. Подвести Га Ыль? Ни за что на свете! Ву Бин понимал, что рождающиеся в его сердце слишком тёплые чувства к Га Ыль не ведут ни к чему хорошему, но задвигал всё это на задний план. У него просто не было такой роскоши — разбираться в себе. Они оставили машины примерно за километр от предполагаемого места, чтобы не создавать лишнего шума, и сейчас Ву Бин вёл И Чжона и Чжи Ху вперёд, предварительно проинструктировав. И Чжону нельзя было слишком активно участвовать в драке, ведь у него золотые руки, и Ву Бин должен будет постараться взять на себя большую часть похитивших Чан Ди и Чжун Пё парней. Начальник Квон сказал, что их там около пяти, и для Ву Бина это не будет проблемой. И не с таким количеством противников он умудрялся разбираться. Ву Бин не знал, кто первым из них позвал Чжун Пё по имени, оказавшись в заброшенном здании. Напряжение было слишком велико, и судить он бы сейчас никого не стал. Услышав шаги откуда-то справа, Ву Бин ломанулся туда, опережая И Чжона и Чжи Ху. Первый же выбегающий получил кулаком в лицо. Ву Бин с радостью кинулся в бой, чётко вырубив своего противника. Зарядив с ноги второму, Ву Бин перешёл к третьему, краем глаза заметив лежащих в центре Чжун Пё и Чан Ди. Внутри рождалась обычно хорошо спрятанная ярость. Никто — удар — не смеет — ещё один — обижать — противник упал на пол — его друзей! И Чжон справился ещё с одним болваном, и теперь перед F4 стоял только главарь банды. Скрутив его, Ву Бин двинулся к своей машине, попутно пихая свой трофей. Тот возмущался всю дорогу, угрожая, что президент Кан просто так этого не оставит. Ву Бин только ухмылялся, хотя и страшился матери Гу Чжун Пё. Как может она так поступать с собственным сыном? Нанять какого-то идиота, чтобы тот выставил Чан Ди неверной девушкой? Как вообще мать может так рисковать душевным равновесием своего ребёнка? Ву Бин не знал, что это такое - расти с матерью, но президент Кан каждый день доказывала, что лучше уж совсем без матери, чем с такой. «Да, не знала она, что этот чудик решит организовать месть по-своему. Про что он там трепался — кого из его родственников мы обидели?» — Ву Бин вряд ли вспомнил бы лицо хоть кого-то из замученных ими школьников. Да, порой их шутки были слишком жестокими, но вседозволенность делала своё дело. И Ву Бин даже обрадовался, когда рядом с Чжун Пё появилась эта взбалмошная и правильная Чан Ди. Как-то очень быстро наследник корпорации «Шинхва» позабыл о красных карточках, стараясь добиться ответных чувств от Чан Ди. — Ву Бин, встретимся в больнице! — И Чжон аккуратно усадил едва плетущегося Чжун Пё к себе в машину. — И привези Га Ыль.

***

Га Ыль расплакалась прямо в палате Чан Ди, едва увидев подругу почти невредимой, но самое главное — живой! Чжун Пё-сонбэ явно досталось больше, Ву Бин-сонбэ говорил, что его избивали, заставляя отказаться от Чан Ди, но он всё вытерпел ради неё. И тогда Га Ыль стало стыдно за сказанные в машине И Чжон-сонбэ слова. Чжун Пё-сонбэ действительно любил Чан Ди, и Га Ыль не имела никакого морального права говорить подобные вещи про него. «И про И Чжон-сонбэ тоже», — подсказал ей внутренний голос, и Га Ыль была с ним согласна. И Чжон-сонбэ тоже мог так любить, просто постоянно убегал от этого чувства. — Извините, но вам лучше выйти, пока пациентка не проснётся, — Га Ыль кивнула доктору и покинула палату, постоянно оглядываясь на бледную Чан Ди. В коридоре Га Ыль опустилась в удобное кресло, вдруг осознав, что ноги её больше не держат. Она так сильно нервничала, что не смогла уснуть, поэтому звонок Ву Бин-сонбэ её не разбудил. Тёплый голос Ву Бин-сонбэ дарил успокоение, и уже по первой его фразе Га Ыль поняла, что своё обещание он сдержал. Как просто было с ним, и как сложно с И Чжон-сонбэ. F4 были такими разными, что Га Ыль всегда поражалась тому, как же они умудрились подружиться. Или всё дело в том, что противоположности притягиваются? — Тебе надо поесть, Га Ыль, — стоило только вспомнить про Ву Бин-сонбэ, как он тут же появился рядом. — Ты чего ревёшь? Всё же хорошо, — Га Ыль улыбнулась сквозь слёзы, увидев, как вытянулось лицо Ву Бин-сонбэ при виде мокрых дорожек от слёз на её лице. — Это я от радости. Спасибо, сонбэ, — повинуясь какому-то странному порыву, Га Ыль неловко обняла Ву Бин-сонбэ, сидящего перед ней на корточках, и замерла, не зная, как он поведёт себя. — Всегда пожалуйста, Га Ыль, — мягко отозвался Ву Бин-сонбэ после секундного замешательства, и Га Ыль почувствовала его тёплые руки на своей спине. — Я ведь сказал, что защищу тебя. И от душевных переживаний тоже, можешь не сомневаться. — Ву Бин, там Чжун Пё… — Га Ыль резко отпрянула от Ву Бин-сонбэ, услышав голос И Чжон-сонбэ. Он стоял посреди коридора, и в глазах его застыла незнакомая для Га Ыль эмоция. И Чжон-сонбэ словно сдерживал себя, об этом говорили и сильно сжатые подрагивающие губы, и скованная поза. Га Ыль не знала, что сказать, и надо ли что-то говорить в такой ситуации. Ведь Ву Бин-сонбэ просто по-дружески поддержал её, да и она обняла его, словно брата. — Я сейчас приду, — Ву Бин-сонбэ нашёлся первым, выпрямившись во весь рост. — Оставь нас, И Чжон. — Что? — казалось, что И Чжон-сонбэ не ожидал подобной просьбы, и Га Ыль почему-то показалось, что она ему даже не понравилась. — И Чжон, пожалуйста. Кинув на Ву Бин-сонбэ такой взгляд, словно их разговор ещё не закончен, И Чжон-сонбэ всё же оставил их одних в этом коридорчике. Га Ыль чувствовала, как у неё пылают щёки — только сейчас до неё начала доходить двусмысленность ситуации. Да, они с Ву Бин-сонбэ не имели ничего такого в виду, но со стороны могло всякое показаться. — Га Ыль, на улице стоит машина с моим водителем, он отвезёт тебя домой, тебе нужно поесть и поспать, — Ву Бин-сонбэ ободряюще улыбнулся ей, но сейчас это был будто другой человек - его верхняя губа как-то нервно дёрнулась, а на щеках заиграли желваки. Га Ыль словно впервые увидела Ву Бин-сонбэ. Будто какая-то маска спала с его лица — сейчас он казался старше своих лет, уставшим и измученным. Глаза Ву Бин-сонбэ словно остекленели, в них не осталось и следа от былой теплоты, и Га Ыль стало вдруг очень неприятно находиться в его обществе. — Спасибо, сонбэ, — Га Ыль соскочила с места и, поклонившись, поспешила к выходу. Она не хотела думать о причинах такой резкой перемены в поведении Ву Бин-сонбэ, не хотела задумываться и о том, каким же образом ему удалось спасти Чжун Пё-сонбэ и Чан Ди. Га Ыль боялась найти ответы на свои вопросы, и боялась, что эти ответы ей не понравятся.