В объятиях тьмы

      Но омега не знает, что этим уродом является он. Из-за него Тэхён пал. Но если бы его не выгнали, то они бы не встретились. Жили бы, не зная друг друга. Придя домой, Чонгук думал, кем бы мог быть этот уебок человек. Но никто на ум не приходил. Ведь падший почти ни с кем не общался, кроме... Чона и старосты. Староста сразу в минус, так как тот сам альфа.       — Да ну, нет. Не может этого быть, — убеждал себя парень.       Зачем гадать, если можно спросить напрямую. Брюнет достал телефон и нашёл контакт старшего.

Мой альфа

Тэхён... Я могу у тебя спросить? Ты из-за меня пал?

      Любимая шлюшка~ Пф... Самоуверенный, но догадливый. В точку, шлюшка, я из-за тебя пал ;)

Мой альфа

Прости меня... Ой, Тэхён... Приезжай скорее. У меня течка началась. Прошу, приезжай...

      Любимая шлюшка~ Эх... Что-то не охота... Ну, раз ты так просишь... Жди меня, шлюшка. Но кроме пальцев и минета ты ничего не получишь       Чонгук немного разочаровался в том, что он не почувствует Тэхёна в себе, но минет и пальцы — это тоже хорошо. У брюнета начинается ломка, он не в силах больше терпеть, а эти минуты длятся вечность. Чон стягивает с себя на сквозь промокшие из-за смазки штаны вместе с боксерами. Гук закрывает глаза и представляет Тэхёна, который вот-вот должен прийти. Парень тянет руку к возбужденной плоти и ведёт вверх-вниз, представляя, что это рука Кима.

***

      Тэхён же сразу после сообщения Чона насчёт течки начал улыбаться во все 32. Он наспех оделся в белую, рваную на плече толстовку и чёрные джинсы. Чтобы не терять времени на метро, да, и к тому же, адреса он не знает, решил телепортироваться. Для телепортации достаточного всего лишь подумать о нужном человеке и произнести заклятье — и вот, ты у него. Тэхён встал посреди комнаты и произнёс нужные слова, и вот, он уже в прихожей Чона. В нос сразу ударил запах спелой клубники, который впитался чуть ли не во все поверхности квартиры. Ким глубоко вдохнул этот приятный и желанный запах, и томно выдохнул.       — Тэхён... — послышался стон из комнаты, — ах...       Блондин последовал на звук, и, благо, дверь была чуть приоткрыта, Ким заглянул в щель. Перед ним предстала интересная картина. Чонгук, сидящий без белья на кровати, дрочит себе, опрокинув голову назад, по его лицу текут маленькие струйки пота, что делает его мега сексуальным, плюс свет, который падает на его лицо, накаляет атмосферу. У Тэхёна от вида такого младшего сердце бешено стучит, в лёгкие не поступает воздух, из-за чего тяжело дышать, а член стоит камнем. Блондин тихонько приоткрывает дверь и проходит внутрь. Когда Чон его замечает, то нежно улыбается и тянет руки к нему. Гуку сейчас, честно, плевать, как он зашёл, откуда узнал адрес и то, что Чон сидит перед ним вот так, полностью обнажённым. Блондин медленно подходит к кровати и садится на неё. Он из последних сил удерживает внутреннего альфу, чтобы взять и не засадить этому омеге, который невероятно привлекательный и сексуальный. Омега первый впивается в вишнёвые губы, смакуя и пробуя их. Но Ким перехватывает инициативу, врываясь в чужой рот, обводя своим языком ровные зубы и дёсны парня. Чон положил свои руки на затылок альфы, а тот в свою очередь играет пальцами с сосками парня, вызывая у него тихие стоны. Ким отрывается от столь желанных губ и ведёт вниз по карамельной шее парня, оставляя мокрые дорожки и багровые засосы, которые завтра станут фиолетовыми. Ким спускается все ниже и ниже, блондин начал обсасывать один сосок своим блядским языком, вызывая у омеги тихие стоны, а второй он массировал такими же блядскими, но в тоже время и прекрасными пальцами. "Это его чувствительное место", — подметил парень.       — Ах... Тэ... хён... Пожалуйста.... Ах... — пытался сказать Чон.       Ким отстранился от бусинок и примкнул члену Гука. Он у него был чуть больше для среднестатистического омеги. Тэ взял парня за крепкие бедра и поцеловал головку члена. Обхватив её губами, он начал посасывать её как самую сладкую и вкусную конфету, Ким с каждым разом брал всё больше и больше, языком поглаживая член парня по сторонам, блондин чувствует, как он скользит между его нёбом и языком, всё глубже и дальше. А потом он так же медленно вытаскивает его, давая волю своему языку, который теперь облизывает весь член, гладит, касается струнки уздечки, пробегает по головке и её краям. Потом кончик языка летает по всему стволу, быстро-быстро двигаясь из стороны в сторону, словно бабочка. И вот он уже наращивает темп, руки Кима скользят по яичкам и основанию члена, Чон лежит, закрыв глаза, и в каждом миллиметре своего тела он чувствует наслаждение и ожидание. Он весь — вот тут — у Тэхёновых губ, под его руками, под его шаловливым языком. Гук подается ему навстречу, нежные губы Тэхёна становятся упругими, и омега чувствует их кольцо, скользящее по всему стволу. Омежьи пальцы впиваются в плечи альфы, он выгибается; Тэ чувствует, как из Гука выливается белесая жидкость, и не кончается, и брюнет стонет, запрокинув голову, а Ким сходит с ума, потому что ему так хорошо, и он проглатывает сперму парня.       Всё. Гук откидывается на постель, его глаза горят благодарностью и любовью, а Ким шепчет на ухо: "Шлюшка, ты такой сладкий... Не забыл? У нас остались ещё пальцы".       Чон краснеет, а Ким ехидно улыбается и опять целует парня страстно и мокро. Тэхён вводит один палец, он проходит легко и беспрепятственно из-за обилия смазки. Чонгук сильнее прижимает Кима к себе, а тот вводит ещё один палец, от чего Гук морщится и Ким останавливается, давая привыкнуть к новым ощущениям. Когда парень насаживаться сам на пальцы, Тэхён начинает разводить их на манер ножниц. На действия падшего брюнет лишь стонал в голос, но когда старший задел комочек нервов, то Чон выгнулся в спине и чуть ли не сорвал голос. Брюнет победно ухмыльнулся и начал трахать парня пальцами. Чонгук боялся сорвать голос, но сейчас ему очень хорошо, так что все остальное переходит на второй план. Спустя некоторое время Гук почувствовал скорую разрядку и поэтому предупредил старшего:       — Хён... Я... Ах... — сказал Гук, кончая себе на живот.       Младший сжал пальцы Тэ и тот также кончил, даже не прикоснувшись к себе. Тэхён вышел из Чона и улегся рядом. Их запахи слились воедино, образуя новый и очень трепетный — клубника в шоколаде. Чонгук прижался к горячему телу старшего. Тэхён нежно улыбнулся и обнял младшего.       — Ты мне очень нравишься, хён. Пожалуйста, не оставляй меня одного, — сказал Чонгук, утыкаясь носом в грудь альфы и засыпая.       — Да куда я денусь? — улыбнулся Тэ, зарываясь в шелковистые волосы омеги, и так же засыпая.       Начало ли это новой любви? Что же их ждёт впереди? Ответа на эти вопросы нет даже у Бога.