Там, где обитает холод

За окном падали лёгкие капли дождя. Было солнечно и как-то странно тепло. А лучи неприятно касались его лица. Он сидел на заднем сидении фамильной машины, облокотившись головой и плечом о диван. Его состояние хоть и улучшилось, но ему всё ещё хотелось спать. Рядом сидел его отец как всегда в строгом костюме. Они направлялись домой. Несколько часов назад Масаоми Акаши узнал от врача, что состояние его сына улучшилось. Сейджуро выписали, и вот они уже проезжали знакомые пейзажи. И скоро станет видно и их конюшни. Интересно, будет ли Юкимару рад его видеть? Машина двигалась, словно не спеша. Никто не говорил. Было тихо, что очень его радовало, но в то же время эта тишина словно звала к себе все его размышления, которые текли совсем не тем образом, которым ему хотелось. Нужно было набросать план действий, а вместо этого его что-то тревожило — странное тепло в его сердце. Он ещё не знал, что с этим делать. И нужно ли вообще что-то делать. Раньше он никогда ничего подобного не ощущал. Его сердце всегда было холодным, словно застывший кусочек льда. Может тогда это тепло передалось ему от Сейджуро? Мог ли тот испытывать это тепло? Ему хотелось это узнать, но вот спросить было не у кого. И он медленно приподнял голову с дивана, чтобы отвернуться от лучей солнца. — Надеюсь, что завтра ты уже будешь готов вернуться к учёбе, — произнёс его отец, заметив, что Сейджуро уже не спит. — Да, по-другому не может и быть, — протянул всё ещё тихим голосом Император, закрывая свои гетерохромные глаза. — Это хорошо, — ответил Масаоми, разворачиваясь к водителю, — Остановите машину возле внутреннего двора. Тот кивнул, выражая, что готов исполнить поручение. И машина сделала поворот, останавливаясь за калиткой красивого особняка. Сейджуро остался один только после того, как его оставили в его комнате на постели. Сегодня ему нужно было выспаться и набрать новые силы для предстоящего дня. Отец остался за дверью обсуждать с прислугой выполнение новых поручений, и глаза Сейджуро начали понемногу слипаться. Сначала ему казалось, что он хотел увидеть во сне Тецую, но потом Император понял, что он хотел увидеть там Сейджуро, и просто договорить с ним. В его сознании было темно, а посреди этого мрака был только он один. Его первоначальное Эго нигде не было видно, и это казалось невероятно непривычным. Он больше не слышал голос, который так часто привык слышать. Во время обеда его не беспокоили, и только ближе к вечеру в комнату постучалась невысокого роста служанка. Она долго ожидала ответа, и вошла только с его разрешения. На подносе она принесла ему поесть. Кажется, это был суп из тофу и зелёный чай. Акаши не был сильно голоден, так что ужин ему понравился. А потом он снова остался один со своими мыслями. Всю ночь у него не получалось заснуть, и ему периодически казалось, что скрипит дверь, соединяющая эту комнату с коридором. А ещё было холодно, и казалось, что его руки и ноги бьются, словно от электрического заряда. По всему его телу ходила странная дрожь, иногда сотрясая его, отчего уснуть было ещё сложнее. Но хуже всего было то, что во всей этой темноте он слышал лишь свой слабый голос. — Зачем «Тебе» было это тепло? Что «Ты» с ним делал? — протянул еле слышно Акаши, адресуя сказанное кому-то, кого в комнате не было, — «Твой» голос больше не доносится до меня, и, наверное, тут нет ничего, что должно меня волновать, ведь завтра я буду усталым от того, что не выспался. Он повернулся на бок, продолжая разговор с самим собой. — Сон позволит моим мышцам расслабиться. Здесь не о чем думать, ведь завтра у меня много дел. К тому же всё было уже давно, как предрешено, как и наше с «Тобой» прощание. Я победил, потому что в конце именно я был абсолютен, и всё всегда будет в моих руках. Даже Тецуя, понимаешь? — и он сжал правый кулак, всё ещё не понимая, почему чувствует беспокойство, а затем он задумался, и ход его мыслей сменился. — Правильно, как я мог забыть? Ведь скоро мы снова встретимся, верно, Тецуя? Императору никто не ответил. Но почему-то молчание стен принесло ему гораздо большее удовлетворение, чем любые сказанные слова, ведь это было абсолютное согласие.

***

Утро наступило неожиданно, и он всё ещё чувствовал себя уставшим. Правда, нежить своё тело в постели не входило в список планов Императора, и он быстро потянулся, присаживаясь на постели, а затем принялся приводить себя в порядок. И когда ему сообщили, что завтрак ждал его на столе, он уже был полностью готов и спустился на кухню. Завтракал он один, так как отец был, как всегда, занят. А через несколько минут Сейджуро уже рассматривал пролетавшие мимо пейзажи из окна фамильной машины. Он сидел на заднем сидении, так что мог заняться чем угодно во время дороги, и он выбрал позвонить Рео. Император ещё не знал, как отреагируют его товарищи по баскетбольной команде на его возвращение, но он уже знал, что возражать они явно не станут. — Да, — прозвучал знакомый голос, — это ты, Сей-чан? — Да, это я, — ответил, улыбнувшись, Акаши, — Я бы хотел собрать тебя и остальных на большой перемене. Встретимся в столовой. Нужно кое-что обсудить. — Хорошо, как скажешь, — услышал он голос в ответ. С Мибучи ему всегда было легко говорить, намного легче, чем с остальными ребятами из команды. Сейджуро попрощался и убрал мобильник от уха. И если честно, то он и сам ждал с предвкушением предстоящий разговор. Шофёр остановил машину за поворотом, а остальной путь до школы Сейджуро прокладывал уже пешком. Ему совершенно не нужно было лишнее внимание к своей личности, так как одни только пристальные взгляды порой начинали надоедать. Появлялось желание расставить их по сторонам, словно смотрящие были пешками или другими фигурами на его шахматной доске. Лекции прошли как обычно, ничего нового. И вот наступила долгожданная перемена. Император сложил все школьные принадлежности в школьную сумку и отправился прямиком в столовую: новость должна была обрадовать не только его самого. А там его уже ждала вся баскетбольная команда, а точнее только основной состав старшей школы Ракузан. — Привет, Сей-чан! — начал Рео. — Ты не был на тренировках три дня и ничего нам не сообщил, так что мы начали беспокоиться. — Этого не нужно было делать, — и гетерохромные глаза закрылись, давая понять, что их обладатель погрузился в размышление. — Именно о тренировках я и собирался поговорить. — Это хорошо, — присоединился к разговору Эйкичи. — У меня уже тянет в мышцах. Нужно что-то поделать! — Я надеюсь, что вы тренировались в моё отсутствие, — неодобрительно выдавил из себя Сейджуро. — Конечно! О чём разговор! — постарался всё пояснить Котаро, и на его лице быстро нарисовалась слишком уж довольная улыбка, причём зубы было видно во весь его рот. — Понятно, — холодно ответил Император. — Иного я и не ожидал. Тут ребята только сглотнули и переглянулись. Похоже, что Сейджуро снова стал строже и намного строже. — Сегодняшние тренировки придётся продлить. Тут уже ничего не поделать, — продолжил Император, а лица его товарищей словно позеленели. — Но мне нужно сообщить ещё одну новость. Это касается тренировочного лагеря. Как вы все помните, и надеюсь, что помните, то он начинается через неделю. Хаяма быстро кивнул головой всё ещё с той же странной улыбкой на лице. — Так вот, хочу вам сообщить, что мы там будем не одни. В соседнем лагере будет вести свои тренировки старшая школа Сейрин. — Те, что выиграли Зимний кубок? — удивился Эйкичи. — Вот это новость! — Да, именно они, — подтвердил Сейджуро. — Кстати, надеюсь, что это даст вам хорошую мотивацию, — и он улыбнулся с бесстрастным выражением лица, а затем поднялся со стула. — Приятного всем обеда. Встретимся вечером на тренировке. Он не оглядывался, покидая столовую, так как ему не нужно было этого делать. Он просто знал, что сейчас было написано на лицах его товарищей.

***

Почти все покинули спортивный зал, и только Кагами остался, чтобы ещё больше улучшить свои навыки в баскетболе. Тецуя остановился в дверях, оглядываясь на друга. Его всегда завораживали эти бесстрашные данки и даже сейчас они приковывали его внимание к себе. А ещё ему хотелось поговорить с Тайгой, но он совершенно не понимал, с чего ему следовало начать. — Эй, Куроко! — окликнул его Кагами. — Ты уже уходишь? — Да, — качнул головой фантом и почему-то запнулся. — Что-то случилось? — удивился Тайга. — Ты выглядишь как-то странно. Это из-за разговора с Мидоримой? Кагами Тайгу нельзя было назвать глубоко философствующим человеком, но зато у него было золотое сердце, которое само собой было способно подмечать все изменения в каком-либо человеке. — Я не знаю, как правильнее это сказать, — ответил фантом, — просто Акаши снова поменялся местами. — Акаши что сделал? — снова удивился Тайга.— Слушай, давай поподробнее? Тецуя быстро поднял на него голову и легко улыбнулся. А потом они сели на дальнюю скамейку в зале и стали обсуждать последние события. Кагами долго не понимал, но вскоре догадался, в чём дело. — Имеешь в виду, что он снова решил играть только сам за себя? — спросил Кагами, рассматривая лицо фантома, на котором явно вырисовывалось что-то странное. — Я не знаю, — выдохнул Тецуя. — Слушай, от чего ты так киснешь? Еcли ему одного раза было мало, то давай ему ещё раз объясним? Думаю, что нужно просто снова с ним сыграть! — Тайга широко улыбнулся, стараясь подбодрить друга, но Куроко, видимо, был ещё чем-то расстроен, но вот чем? Тецуя же просто уткнулся в свои кроссовки, и так они остались сидеть, пока Кагами не предложил перекусить вместе в закусочной. Это помогло сменить обстановку. И шагая рядом по улице, он уже явно мог уловить то, что Тецуя прибывает в своих собственных мыслях, но вот чем был обеспокоен его друг, понять ему никак не удавалось.