Одуванчик

      Очнулась я уже на диване, укрытая пледом. Резко пахло нашатырем, ваткой с которым аджосси водил у меня перед носом. Еле найдя в себе силы, мягко отодвинула его руку от лица.       - Как себя чувствуешь? Может врача вызвать? - с тревогой в голосе спросил Ким Шин. Снова я его волноваться заставляю...       - Кроме ощущения, будто по мне проехались несколько грузовиков, все в порядке, - слабо усмехнулась и постаралась успокоить: - Думаю я просто переволновалась. Экзамены, потом это перемещение, да и прогулка по морозу в одних балетках сил не прибавляет.       Я действительно успела сильно замерзнуть: даже под теплым шерстяным пледом, до сих пор в зимнем пальто токкэби и лежа возле горящего камина я все еще ежилась от холода.       - Сделать тебе чай?       - Не откажусь.       Пошуршав немного на кухне, аджосси вернулся с двумя большими дымящимися чашками.       - Я добавил в чай немного бренди, должно помочь согреться, - сказал он, передав чай. И действительно, от кружки шел едва уловимый аромат алкоголя. Ким Шин присел рядом, прислонившись спиной к моим согнутым в коленях ногам. - Так... как ты оказалась в Канаде?       С ответом я не спешила. Не потому, что не хотела, а потому, что не знала что сказать. Сделав глоток чая, все же нарушила тишину:       - Не знаю. Я просто открыла дверь в класс, но вошла не в него, а в Квебек.       - Это странно. Мы же давно, в твоей прошлой жизни, проверяли, сможешь ли ты сама таким способом путешествовать, и у тебя не получалось, - а потом спросил с подозрением: - Или получалось, но из вредности ты не признавалась?       - Стала бы я тогда так паниковать сегодня? - недовольно возразила. - Да и отличаются у меня способности в этой жизни и в той. Ведь тогда я сразу могла позвать тебя, задув огонь, а в этот раз только по прошествии некоторого времени.       - Предлагаю не ломать голову, а просто попробовать завтра все это повторить. И отдай уже мне мое пальто, - резко сменил он тему.       - Тебе что, жалко что ли?       - Мне холодно. Кто по-твоему сейчас пойдет в твою школу убеждать преподавателей, что ты была на экзамене и все сдала?       - Убедил, - притворно вздохнув, стащила с себя плащ.       - Надеюсь за час моего отсутствия с тобой больше ничего не случится, - с ехидцей произнес токкэби. Я хотела было возразить, но не вышло - это сложно, если тебя целуют. - Я позвоню Киму, может он сможет приехать раньше меня.       - Это излишне, незачем его дергать.       - Не спорь, - только и сказал он, одел пальто и был таков.       Сама не знаю, как так вышло, но тот бедняга-жнец, что однажды был вынужден помочь нам, стал чуть ли не моим телохранителем.       После моего похищения Ким Шин заработал себе небольшую паранойю: он не только сумел убедить родителей позволить мне жить в его доме, так как тут будет безопаснее, но и каждый день подвозил и забирал меня из школы. Вот только долго это не могло продолжаться - компания требовала слишком много его внимания.       И тут на помощь пришел бедный как церковная мышь жнец. Точнее он с удовольствием согласился на предложенную подработку за символическую плату и место для ночлега.       Так уж сложилось, что с течением времени и развитием науки все меньше людей стало верить в сверхестественное, традиции стали забываться и тех, кто давал своим погибшим родственникам денег на путь в лучший мир стало намного меньше. В то же время, самоубийц процентно стало больше, соответственно жнецов больше и на одного работника небесной канцелярии приходится меньше клиентов.       Именно поэтому наш знакомый Ким и согласился.       Прямо дежавю какое-то: опять под одной крышей живут токкэби, его невеста и темный жнец.       Задумавшись о превратностях судьбы я и не заметила, как добралась до своей комнаты.       Тут многое изменилось со времен Ын Так - времени все же прошло достаточно и предыдущая обстановка успела обветшать. Впрочем уют остался неизменным: дубовый паркетный пол был покрыт ковром с мягчайшим ворсом, обои цвета кофе с молоком с почти незаметным золотистым узором будто бы делали комнату больше и светлее. В центре, как и раньше, стояла огромная кровать, которая так и манила начать на ней прыгать, подобно ребенку, настолько мягкой она была.       Осталось прежним и количество свечей, что находились буквально в каждом уголке помещения.       А вместо вазы на столе теперь полноценный горшок с цветами гречихи.       Из последних сил я все же смогла заставить себя переодеться в пижаму, а затем плюхнулась в распростертые объятья матраса.       У меня появились новые способности? Что ж, я определенно могу подумать об этом и завтра.