Адекватных не держим. (Драбблы по Got7.)

- Спой мне свою песню.- родные глаза пронизывают до самых глубин. Пытливо высматривают что-то. Джинен нервно облизывает губы, задним числом понимая, что это тоже привычка старшего, смотрит почти жалобно. «Зачем тебе это, хён?» - Какую?- голос звучит безжизненно. Он сам его не узнает. - Про звезду.- смотрит. Смотрит, прекрасно понимая чего это будет стоить Джинену. «Ты представляешь, насколько тяжело мне сделать это теперь?»- он посылает эту мысль своим взглядом, несчастным, измученным… но Марк спокоен. - Песню…- одними губами, но это все равно, как приказ. «Любой каприз. Жестокий хён...» Джинен вымученно улыбаясь, поет своим нежным голосом знакомые до боли строчки… Марк от радости сучит ногами и судорожно сжимает микрофон. Когда-то…       Нужно постараться выжить. Выстоять. Это будет тяжелая битва. Вот только биться предстоит с самим собой. Джинен смотрит на свое отражение в зеркале. Ей богу, сейчас ну никак не скажешь, что он айдол или актер. Глаза опухшие и красные, лицо смертельно бледное, раздражающе-пухлые губы слишком комично смотрятся на несчастном лице. Им бы быть обескровленными и плотно-сжатыми героически, но вместо этого они смахивают на надутые губы недавно плакавшего ребенка. Обидно. Джинен хмурит свои черные брови, надеясь что это придаст более приемлемый вид губам, но только горестно выдыхает и опускает голову. Впору истерично расхохотаться. Даже в такой момент он думает о какой-то ерунде. Хотя может быть это пресловутая защитная реакция организма? Потому что стоит перестать думать о каком-нибудь бреде и снова наваливается все… непосильной ношей. Марк его бросил. Чертов Марк Туан! Бросил! Просто осмыслить это почти нереально. Ведь они были… Были! Влюбившиеся друг в друга мальчики… И шагу не ступавшие друг без друга. Где Марк, там и Джинен. Где Джинен, там и Марк… Толку теперь об этом… Джинен нерешительно поднимает голову и снова смотрит в свои собственные глаза. - Ты один.- тихо шепчет он сам себе. Отныне… Да, их семеро. Не считая менеджеров и всевозможный стафф. Но это не важно, он один. Из-за того что Марк останется в группе, а значит под боком, Джинен только сильнее чувствует навалившееся одиночество. - Хватит реветь, как девчонка!- командует он себе и борется с трясущейся челюстью. Собственное жалкое отражение бьет по нервам. Это была плохая идея, посмотреть на свое отражение… Джинен рвано выдыхает, из груди рвется полу-всхлип. - Хён, я в туалет хочу!- кричит за дверью Югём, стучит в дверь.- Пожалуйста! По нервным окончаниям будто проходятся чем-то зазубренным, шероховатым. Джинен мучительно морщится. - Не трогай хёна, Югёми. Лучше сходи в другой туалет.- это уже спокойный голос Бэма. Джинен морщится и зажмуривается. Как же мелкие достали! - Но Джексон хён просил не использовать их туалет. И потом он уже там слишком долго. Можно же пустить и других! - Югёми, ему плохо. Оставь его.- это уже почти шепот, но от этого еще тошнее. - Я понимаю, но при чем тут наш туалет? Он ведь общий… - Просто потерпи.- просит Бэм. Джинен их ненавидит. Обоих. Макнэ-лайн выбешивают. В последнее время особенно. Он еще раз смотрит на свое жалкое отражение и вздохнув, решительно выходит из своего укрытия. Распахивает дверь, чем пугает младших. - Ох, хён, слава богу! Я еле терплю!- Югём, не обращая внимания на суровое выражение лица Джинена, протискивается в дверь. Джинен смотрит на замершего Бэма. Таец явно не знает что сказать или сделать, он старательно не смотрит в глаза и теребит пальцами манжеты свитера. - По-твоему я жалок?- хрипло спрашивает Джинен. Бэм испугано вскидывается. - Нет… - Перестань мне сочувствовать! - Хорошо, хён.- Бэм моргает и все еще смотрит под ноги. Джинену хочется беспомощно наорать, отвесить смачного шлепка и забраться под теплое одеяло, где уже никто его не достанет. - Ты тоже в туалет?- интересуется Джинен. Бэм удивленно вскидывается. - Нет. - Тогда вали из моей комнаты!- зло рявкает Пак. Бэм вздрагивает, медлит мгновение, но потом все же послушно выходит из комнаты. Джинен вопреки желанию не лезет в кровать. Он решительно хватает свой ежедневник и ветровку. Нужно развеяться… Прогулка всегда ставит мозги на место, всегда излечивает растерзанную душу и внушает надежду на будущее.       У реки Хан он берет велосипед на прокат и вскоре боль отступает. Ветер прорывается в мысли и выдувает все что было горько. Он быстрее крутит педали, мчась вперед. Ветер уже прохладный. Даже под ветровку прорываются потоки воздуха. Джинен незаметно ежится и глупо улыбается не понятно чему. «Любовь о тебе я буду хранить в сердце. Всегда...»- эта мысль как-то странно продирает по коже и почему-то её хочется запомнить. Ничего особенного. Банально и глупо. Все как у всех… А он так боготворил свои чувства… «Скоро придет зима, которую мы так любили вместе… Что я буду делать в этом белом мире без тебя?» Ответа нет, но эти мысли наполняют душу чем-то новым. Они просты и банальны. Они вполне ожидаемы в его положении… но что-то в них есть…       Когда Джинен возвращается домой и спешно проходит к себе в комнату, он сбрасывает не глядя куртку и хватается за блокнот. И вскоре на чистых страницах появляются торопливые записи. Они жгут Паку душу, но уже начинают свое рождение. «Стань песней… прошу тебя...»- эта мольба долго отдается эхом внутри.       Впервые строчки легко ложатся на бумагу, а внутри дрожат натянутые струны. Он даже не подбирает нужных слов, эти мысли льются потоком. Остается только надеяться, что он не смоет самого Джинена. - Что ты делаешь, хён?- заглядывает в комнату Югёми. - Пишу.- лаконично откликается Пак. - Песню?- оживляется макнэ. - Пока не знаю… - Это ведь стихи? Значит это песня! Джинен поднимает усталое лицо и спокойно смотрит на парня. - Югём, будь другом, уйди! Ким обижается, дует губы и задвигает за собой дверь. Джинен нервно теребит свою отросшую челку и вздыхает. Хорошо бы макнэ был прав и это стало песней. - Может покажешь свои стихи? Макнэ сказали, ты буквально погрузился в свою работу. Днюешь и ночуешь наперевес с блокнотом.- Джебом выглядит действительно заинтересовано. Пак морщится.- Не хочешь? - Я не в чем не уверен. Это наброски и все. Отрывочные строчки. - Мы могли бы вместе… - Нет. Ты уж прости, хён, но я хочу сам её закончить. - Там есть рэп-партия? Ты же знаешь, без неё твою песню не утвердят. Джинен хмуро смотрит под ноги. - Обратись к нашим рэперам… не обязательно к Марку… - Либо к нему, либо ни к кому!- решительно отрезает Пак. - Я не буду писать к этой песне рэп-партию!- орет Марк. - Она так ужасна?- Джинен старается сдерживаться, но почти на пределе. Марк старается не смотреть на Пака, и уж тем более отказывается заглядывать в написанные строчки. - Я пока не сошел с ума, чтобы участвовать в чем-то вместе с тобой. Да еще и в таком проекте! - Ты должен! Ты обещал мне, что наши отношения не коснуться работы и наших дружеских отношений, но я вижу ты кривил душой! - Это не так! - Тогда прочитай её! Докажи что тебе все равно!- это отчаянный ход. Джинен без опаски смотрит в родные глаза и ждет решения. Марк замирает. Что-то явно стопорит его мысли рядом с Джиненом. Все еще сложно смотреть на него. Такого красивого и одинокого. - Только прочитай… Я даже перестану просить рэп-партию…- у Джинена грудь подрагивает от сбившегося дыхания и сердце пропускает удары. Марк явно в отчаянии. Он не может решить. В какой-то миг кажется, что он сейчас же возьмет блокнот из протянутых рук Пака и прочтет… но… - Нет, я не могу. Не могу. Не хочу даже знать, что ты там написал. Проси о рэп-партии остальных, утверждай песню у директора… делай что хочешь, хоть прославь её в массах, но не смей вынуждать меня читать! Руки устало опускаются. Эйфория, которая недавно охватывала все существо, куда-то отступает. Ничего не хочется… Не славы, не денег, не своей песни в новом альбоме… Все равно… - Я понял тебя, хён.- откликается безжизненно Пак.- Больше не потревожу… Главное дойти до своей комнаты. Задвинуться дверью от всех остальных, от мира… Когда Джинен уходит, понурый и усталый, Марк осознает как все это время его сердце бешено билось рядом с Джиненом, выделывало болезненные кульбиты и норовило провалиться в бездну.       Он забрасывает почти готовую песню. Забывает о ней. Она не нужна Марку… А значит не нужна и вообще. Джинен убирает в ящик блокнот, подальше от себя. Мертвый зародыш, которому никогда не стать живым…       Все меняется в тот обычный будний вечер, когда он и макнэ возвращаются вдвоем с тренировки. Югём рассуждает всю дорогу о сложных приемах, которые им необходимо освоить в танцах, Джинен молчит. Вечер прохладен. Зима все ближе. Джинен вдруг сам не зная почему, поднимает взгляд к небу и останавливается. Югём уходит чуть вперед, продолжая что-то вещать, но потом замечает пропажу хёна и бредет обратно. Надувшись, встает рядом. - Ты меня не слушал, хён? - Что?- Джинен будто выныривает из глубин. Смотрит растеряно. - Ты остановился. - Да.- это даже не ответ, так слово, чтобы отвязались. Югём хмурится. Переводит взгляд туда же куда и смотрит Джинен. - Звезды? - Да, они сегодня особенно яркие.- кивает Пак. Ким смотрит задумчиво и долго. - Такие далекие… и в то же время кажется протяни руку и сможешь их сгрести рукой. - Они живые.- тихо улыбается Ким. Джинен кивает. - Холодные искрящиеся… Интересно, они тоже чувствуют боль?- это срывается с губ неожиданно. Джинен даже вздрагивает от собственных слов.- Или радость.- спохватывается он. - Ты так говоришь… они ведь не люди. А звезды.- Югём пожимает задумчиво плечами. Он не слишком хорошо понимает Джинена. - Звезды… не люди. Им не больно? - Я не знаю… - Так далеко. И даже если лететь на звездолете, состаришься пока достигнешь хотя бы одну… - Самую яркую?- Югём пристально смотрит, он явно что-то почувствовал.- Тебе ведь нужна только одна? Джинен моргает и отводит взгляд от темного неба. - Да.- честно отвечает он. Дальше они идут молча, только Югём то и дело поглядывает сбоку на задумчивое лицо хёна и явно о чем-то переживает. Джинен весь в своих мыслях. Он не замечает остаток дороги, не замечает идущего рядом Югёма и даже холодных далеких звезд, не замечает…       Дома он закрывается у себя и выуживает из ящика забытый блокнот. Листает страницы. Знакомые строчки больно ударяют прямо в сердце. Это мучительно, но и прекрасно. «Это моя песня. И даже если она не нужна ему, я должен её закончить. Она имеет право на жизнь. Это будет честнее.» Он почти всю ночь тратит на последние штрихи. И засыпает в обнимку с блокнотом. - Ты меня приятно удивил, Джинена.- восхищается директор. Он с интересом скользит взглядом по строчкам и улыбается. Джинен напротив слишком напуган и бледен. - Столько чувств. Как тебе удалось написать такую вещь? - Сам не знаю. - Она почти готова. Остается только попросить кого-то из парней написать рэп и придумать название. - Оно есть.- перебивает Джинен. - Да? - Да, я уже придумал его. - Так напиши.- мужчина протягивает блокнот Паку. Джинен достает ручку, смущенно бросает взгляд на серьезного директора и все же выводит в заглавии песни: «The Star». - Так просто? - Чем проще тем лучше.- вздыхает Пак.       Камбэк приближается. Все вокруг заняты разнообразными делами. Вокалисты разогревают голоса, танцоры отрабатывают па. И все кругом тренируются, тренируются и тренируются… Джинен кладет лист бумаги в конверт и спешит к комнате Марка и Джексона. Там он кладет его под подушку старшего и замирает на пару мгновений. Ужасно хочется упасть на постель любимого хёна и хоть немного подышать его запахом. Тоска убивает. Сгрызает изнутри всю душу. «Ты хоть знаешь, через что я прохожу?» Джинен вздыхает. «Но ты поймешь. Это мой жестокий подарок, чтобы ты не мог оставаться в счастливом неведении.» Джинен спешно покидает комнату Марксонов.       Марк находит белый прямоугольник под подушкой уже вечером. Сначала он полон недоумения, но когда узнает ровный почерк Пака, то невольно напрягается. «Вот оно! Теперь я что-то потеряю или обрету.» Тонкие пальцы раскрывают конверт, внутри свернутая бумага. Марк уже знает что это. Он вздыхает и все же разворачивает его. Противится этому невозможно, лучше прочитать. Текст песни… The star… и печати заверяющие что песня выбрана для альбома. Джинен сделал это! Глаза скользят по строчкам и ком встает в горле. Эта песня слишком отчаянна. Она ласкова и этим ударяет по нервам сильнее, чем если бы была обвиняющей. Она полна любовью. Любовью Джинена. Марк до крови прокусывает тонкую кожицу губ и даже не замечает этого. Он перечитывает несколько раз. И только потом читает строчки приписанные внизу: «Я все же заставлю тебя исполнить её со всеми нами. У тебя в ней есть строчки. Тебе придется их спеть. Прости...» Марк знает что справится, вот только… Какого самому Джинену? Справится ли он с собственной песней? Сейчас… - Ты знаешь что она значит для меня! Зачем ты заставил петь именно её?- Джинен полон негодования. Они уже за сценой, но Пак все еще сильно взбудоражен. Марк снимает с себя провода микрофонов и сценическую куртку, и задумчиво смотрит на Джинена. - Я очень люблю эту песню. Она как наш символ. - Она о расставании! - Помню, но она такая нежная. Столько любви в нее вложено. - Ох…- Джинен устало опускается на диван. Сил спорить нет. Если хёну так нравится песня полная боли, то это его право в конце концов. - У тебя все песни такие грустные, Джинени. Быть может хватит? Настрадался? Пора создать что-то жизнерадостное? - Это мои чувства. Не больше, не меньше. - Они поменялись? Хотя бы немного? - Стал ли я счастливым?- Марк кивает.- Да, стал. И это еще мягко сказано. Марк улыбается. Тянет Джинена за руку к себе и забирается привычно пальцами в волосы. - Как думаешь, Марк хён, стоит ли мне написать что-то полное счастья? - Хён считает что стоит.- смеется Марк. Он гладит Пака по щеке, касается мимолетно губ. Джинен застенчиво улыбается. Когда-то… Марк крепко сжимает плачущего Пака в руках. Джинен весь содрогается от рыданий и Марк прижимает сильнее. - Не плачь. Джинени, не плачь…- шепчет он, прячет лицо куда-то в шею парня, будоражащий аромат врывается в ноздри и Пака хочется не выпускать из объятий. Марк сам готов разрыдаться. Зачем это все? Расставание. Ради чего? Ведь он все так же любит его! Нет, они оба любят! Подходит Джексон, озабочено смотрит на плачущего Джинена и умоляюще переводит взгляд на Марка. «Вот она, причина!»       Марк ждет, пока Пак успокоится и снова сможет продолжить концерт. И после не дает себе думать об этом. Их пути разошлись. Нужно научиться жить иначе. Ведь теперь у Марка есть Джексон Ван. Настоящий супер герой. Он залечит раны, он найдет подход… Во всяком случае Марк надеется на это.       Джинен устало смотрит на весело болтающего Джексона, на тихого Марка и понимает, что песня была просто прощанием. Теперь придется продолжать путь в одиночку…       Но надежда всегда жива. Даже там где ей нет места.