Неба высь

Я тихо напевала незатейливый мотивчик и мешала тесто для пирога. Все куда-то разбежались, ну, а Реборн укатил на пару дней вместе с Дино в сторону Италии по срочным делам. Вот-вот будет день рождение у Акиры. А столько всего произошло, что прям аж диву даёшься. Я устало вздохнула улыбаясь. Руки были в муке, но, все же, извернувшись, я дотянулась до моей прелести стоящей на холодильнике и включила. Мигнула флешка и на кухне раздалась музыка, заставляя меня пританцовывать и тихонько напевать себе под нос. Ляпота. Тишина и спокойствие, как же я по вам соскучилась! Хорошо Бьянки забрала мелочь, а то я бы так скоро сошла с ума, а так денек спокойствия и восстановления, а там с новыми силами. — Тсуна? — от неожиданности я вздрогнула и в одно мгновение развернулась, зажимая в руке кухонный нож, готовясь атаковать. — Акира? — удивленно спросила, и проследив за его взглядом неловко улыбнувшись попыталась аккуратно убрать нож за спину. — Ты что-то хотел? И почему ты так рано? Неловкая улыбка и попытка сделать хорошую мину при плохой игре явно провалилась. Какого черта он не в школе? — Нас отпустили, — улыбнулся мой брат почесав затылок кривя губы в такой же нелепой улыбке, как и я. Вот уж славный дуэт, черт возьми. Улыбаемся и машем! — Да? А что произошло? — Сенсей заболел. Мы замолчали, чувствуя напряжение и откровенную неловкость. — Тсуна, — брат замялся, — нам надо поговорить, тебе так не кажется? — О чем? — пытаюсь откосить, но мой брат слишком упрям. — Обо всем этом, — Акира делает жест, обводя комнату рукой, но на самом деле имея ввиду масштабы происходящего вокруг, что гораздо больше. — Мне надо поставить пирог в духовку, — обреченно прикрываю глаза, понимая, что откладывать разговор действительно больше нет смысла. — Хорошо, — кивает Акира, понимая, что я сдаюсь, и уходит переодеваться наверх. Как только брат скрылся, я зло хлопаю ладонями по столу. Он же ребенок, но… уже достаточно взрослый чтобы понять. Я надеюсь.

***

— Я хотела, чтобы у тебя было детство, — голос звучал тихо и убито, пальцы машинально поглаживали бока чашки с остывшим чаем. Акира молчал. — Значит, вот как… — Акира старательно отводил взгляд, тоже как-то нервно смотря на кружку. Да уж, не этого он ожидал… Не этого… — А ты?.. — Убивала, и убивала много, Акира. Можешь винить и осуждать меня, ты в своем праве. Но все же… — Я должен буду делать то же, что и ты?! — резко перебил меня младший брат. — Нет, — голос звучал холодно. — Я сделаю все, чтобы тебе не пришлось делать то, что делаю я. Поверь, Кира, мафия — это далеко не романтика. Это кровь, грязь, постоянное предательство. Чтобы тебе не втирали, а звание Босса адский труд и постоянное хождение по грани. Все смерти людей, которых ты будешь обязан посылать на задания, а иногда на откровенную смерть будет на твоей совести, а их кровь на твоих руках. — Ты ведь тоже Наследница, — тихо проговорил брат, смотря на меня исподлобья. — Никто не допустит меня до трона, Акира, — я прикрыла глаза, грустно улыбаясь. — Я — Гармония, и в моем Пламени все же больше минусов, чем плюсов. Мое Пламя — это равновесие. Если у твоего Пламени, может быть, Плюс, Минус, Ноль, то у моего всегда ноль. — Плюс и минус? — Да, когда оно жжется и поднимается до невыносимый температур — плюс, в неактивном, спокойном состоянии с температурой твоего тела — ноль, но мафиози обычно на нулевом свое Пламя не держат, так как почти постоянно находятся под угрозой и в готовности атаковать. — То есть если ты равновесие, значит, ты всегда на нуле и не можешь сдвинуться, что делает твои атаки Пламенем бесполезными? — Акира всегда был умным мальчиком. — Да, молодец, находясь постоянно на нуле, я могу только усиливать удары и делать их поистине разрушительными, но только на ближних дистанциях, средние и дальние, как это можешь ты, мне недоступны. — Поэтому ты и работаешь на Вендиче, потому что они твоя защита? — Да. Примерно так, — я кивнула и потянулась за конфеткой. — А минус? — вспомнив, что я опустила этот момент, поинтересовался Акира? — Сам подумай, — пожала плечами. — Лед…? Да Ладно, серьезно?! — не поверил младший брат, а я легко улыбнулась, тут же став серьезной. — Лед — это страшное оружие в умелых руках, Акира. Восемь лет назад Тимотео, или Ноно Вонгола своего приемного сына закатал в лед заживо техникой Прорыв Точки Нуля, которую еще использовал Примо Вонгола. Он жив и в сознании без возможности пошевелиться, только дикий холод и одиночество. — Да он же… с ума сойдет, — потрясенно покачал головой Акира. — Приемный конечно не родной, но… — А вот это мой дорогой братец спорный вопрос, так как вполне возможно, что его приемный сын очень даже близкая родня по крови, что сам Девятый, что его несуществующий брат или братья очень уж любили походить по бабам, как наш папаша, вот и нагуляли паренька. Вот только неуправляемый Наследник, который может всех и вся раком нагнуть и поставить, очень уж неудобная фигура. Сам понимаешь. — Ясно, — кивнул потерянно брат. — Только ты не говоришь его имя и тщательно обходишь его персону… почему? И этот намек на гуляющего Емицу… что ты еще мне не рассказала? Интуиция? Вполне. Я растерялась. Пока не время раскрывать ему все, он и так слишком много узнал. — Я не могу тебе сказать, — я вздохнула. — Не моя тайна. — Ясно, — в глазах появилась обида. Совсем еще подросток. — Раз ты практически беззащитна, то… у тебя должны быть Хранители, да? — У меня есть Хранители, но их имена я называть тебе тоже не буду, — я извиняющие улыбнулась. Акира нахмурился, а потом интуиция панически тренькнула. — Акира? — я потянулась к нему, хватая за рукав рубашки. — Чтобы ты не надумал сейчас, не делай этого! — Я уже достаточно взрослый чтобы принимать решения! — вспылил младший брат. — Нет, Акира! Сейчас не та ситуация, когда ты можешь что-либо решить. Я прошу тебя отото, просто следуй указаниям, а когда придет время, я сделаю все, чтобы ты не влезал в мафию. Ты же мечтал стать художником, Акира! — Ты всегда и все это время меня защищала, но братья должны защищать своих сестер, — улыбнулся Акира. — Нет, отото, — тихо и умоляющее прошептала я, уже понимая, что мой братишка принял решение. — Нет… Голубые глаза Акиры блеснули твердой решимостью. Я так привыкла считать его ребенком, что не заметила, что из маленького ласкового львенка вырос молодой, еще неопытный лев. Ему не нужна моя защита, он будет защищать меня, и защищаться сам. Рука безвольно упала, отпустив рукав младшего брата. Отстранено пронеслась мысль, что он был бы неплохим боссом, и что он бы выдержал все, что на него свалилось. Он бы прошел огонь и воду. Не ради себя и для себя, а ради других и для других. Я медленно опустилась на стул, болезненно понимая, что этим разговором поставила точку в том, к чему стремилась. Акира выбрал не мирную жизнь, а мир мафии. Осознано, без принуждения. О, Мадонна!

***

Акира не ребенок, и само понимание этого заставляет грустно улыбнуться и наконец понять, что он уже вполне сформированная личность и мне далеко не всегда удастся теперь на него повлиять. Теперь я уже ничего не могу сделать и набивать шишки он будет сам. Я ушла из дома, бродить по улочкам тихого Намимори пытаясь разобраться в своих мыслях и чувствах. Намимори был скучным городком, тихим и можно было бы сказать серым, но именно это спокойствие и тишина цепляли. Тяжелые тучи нависшие над головой сегодня придавали городку унылость и грусть, из-за чего под тихие и мерные шаги, что отдавались тихим стуком об асфальтированную дорожку тротуара в парке среди начинающих желтеть деревьев погружали в транс. Я думала, размышляла, просто шла в никуда погрузившись в свои мысли и время от времени вдыхая воздух, который нес себе запахи скорого дождя. Думала обо всем и ни о чем. Вдыхала запахи осени и прикрывала глаза слушая свои шаги. Кап… Первая крупная капля дождя приземлилась на щеку, заставляя невольно и чуть рассеянно провести ладонью по лицу стирая влагу. За первой упала вторая. Третья… И с неба пошел размеренный и спокойный дождь, что равномерно и не особо спеша заставил промокнуть мою легкую ветровку до нитки, из-за чего футболка на промокших плечах начала холодить кожу. Я присела на еще не до конца промокшую лавочку, задумчиво слушая шелест и дробь, что создает дождь и провела пальцами по облупившейся синей краске. Задрав голову прищурилась, смотря на свинцовое небо и ловя капли дождя на кожу, которые скатывались по лицу на подбородок, дальше скользили по шее и скатывались за шиворот. Волосы намокли и потяжелели. Капли скользили по волосам, рассыпаясь по ним гроздьями, как утренняя роса по паутине и капали на мокрую ткань, скользили по вискам, шее и терялись где-то в вороте футболки. Было холодно, тянуло сыростью и мокрой землей. Голова была кристально чистой от мыслей, и было… спокойно. И оглушающее чувство одиночества. Я чувствовала себя… ненужной? Да, наверное, так. Мой младший брат вырос и в опеке практически не нуждается. В поддержке, да, несомненно, вот только… Он уже слишком взрослый и это открытие неожиданно потрясает до глубины души. - Ну и что ты тут сидишь? – знакомый голос заставляет оторваться от созерцания пляски капель на луже и перевести взгляд на Тсуеши-сана. – Ты заболеть захотела, а? Я моргнула, сбрасывая с себя пелену задумчивости и понимая, что продрогла и промокла до нитки. - Я задумалась, - качаю головой, снова переводя взгляд на промокшие кеды. Грохот дождя об большой и широкий зонт, что выставил, закрывая меня и себя мой названный отец, не дает мне снова уйти в тяжелые думы. - И о чем же ты так задумалась? - О том, что дети слишком быстро вырастают… - И ты чувствуешь себя ненужной? – понимающе хмыкает мужчина. - Не то чтобы, но… - Это всегда так, - улыбается Тсуеши,- они вырастают и сами принимают решения. Слишком быстро, не правда ли? Я пожимаю плечами. - А у вас с Такеши тоже?.. - Да, - меня треплют по мокрой шевелюре. – Пошли уже, а то простудишься. - Ага, - киваю, вставая с лавки, чувствуя, как в кедах хлюпает вода. – Я бы не отказалась от крепкого горячего чая. - Ну, естественно, - хмыкает, окидывая мою продрогшую тушку Ямомото. – Идем. Акира вырос, а я заметила это только сейчас. Впрочем, никто не мешает мне продолжать свою игру.