Неба высь

Вдох... выдох... Акира дышит спокойно, ровно, хотя сердце стучит громко и почти оглушающе где-то в висках. Спектакль продолжается, идет акт за актом. Акире больно, почти до крика и бессильного стона, когда маленький Ламбо оказывается на койке. Он готов сорваться, готов спустить все планы в трубу, готов разбиться на осколки, но рука Фонга на плече, молчаливая поддержка семьи и красные, кровавые глаза, что смотрят твердо, но понимающе. И Акира выдыхает, заставляет сердце утихнуть, не бить в барабаны. Спектакль должен быть реальным. Чтобы в него поверили, чтобы не догадались, не почуяли старые, продажные шакалы. Акира едва касаясь, гладит Тсунаеши по руке, смотрит на умиротворенное лицо и отсчитывает писк приборов. И сердце болит, рвет на части, заставляет беспомощно скрипеть зубами, поджимать сухие, потрескавшиеся, шершавые губы на которых выступает кровь. Терпение. Терпение... Он выдержит, он доиграет до конца. Закончит этот театр, эту игру, что ведется уже столько лет. Он сможет.

***

- Ты расскажешь мне все, Диас, немедленно. - А не много ли ты хочешь, ребенок? - Я не ребенок, - шипит Акира и без страха смотрит в глаза человеку, что стал ему если не отцом, то почти старшим братом, или дядей. - Я вижу, - прикрывает глаза Диас и наливает себе виски. - Мы пока не знаем, что делать. Единственный способ провести Конфликт Колец, но это не наше поле. Последствия не предсказуемы. Мы связались с Варией, смертей они постараются не допустить с вашей стороны, но покалечить попытаются. - Это не выход, - тихо говорит Акира, со страхом понимая, что его Хранители могут пострадать. - Не выход, но придумывать что-либо поздно, а заменить хотя бы Ламбо, мы не имеем право. Акира кусает губы. Нервно ерошит волосы, жмурится. - Мы... мы будем играть на их поле, - выдыхает он бессильно прикрывая глаза. - Ты серьезно? Не дури, Акира! - Нет, Диас! Мы должны доиграть этот спектакль до конца. Доиграть так, чтобы они не догадались, так чтобы все внимание было к нам, а не за тем, что происходит за кулисами. - И ты готов рисковать своими Хранителями, собой? - Да. - Ты, правда, уже не ребенок. Акира знает, осознает, и с болью вырывает из себя слова, рассказывая своим Хранителям, что они должны сыграть свои роли и вероятность пострадать слишком велика. - Все хорошо братишка. Тсунаеши всем дорога, - Такеши улыбается как всегда. - Спасибо, мой Дождь. - Не за что, мое Небо.

***

- Мальчишка... - от главы Вендикаре веет мраком, тьмой и смертью. Рядом с ним невольно ежишься от сквозняка, а в фантазиях мелькают мысли о длинных, холодных коридорах овеянных мраком. Но Акира смотрит прямо в глаза Бермуде фон Вихтенштахну. Смело, дерзко, с вызовом. Возможно, слишком глупо и самонадеянно. - И все же, доказательства на лицо, - уверенно кивает подросток папку, которую они выкрали у Ники. Встречу с Бермудой им организовал Фонг, который начал наводить шорох отвлекая всех и вся и нервируя Вонголу. Бермуда откидывается на спинку стула, улыбается странной улыбкой, скользит по Акире оценивающим взглядом из-под полуприкрытых век. Длинные пальцы, затянутые в перчатки переплетаются под подбородком. Для него, этого древнего судьи и палача этот ребенок забавная зверюшка с чертовски знакомыми глазами. Такими когда-то давно смотрел Джотто. Конечно, он был не четырнадцатилетним сопляком и щенком, не отрастившим зубы, но у Акиры есть все возможности вырасти в матерого волка и вожака стаи. - Доказательства... - тянет Бермуда насмешливо, жмурясь. - Ребенок, ты же понимаешь, что если я заберу всю верхушку мафии, то начнется полный хаос и грызня за трон. Усилия не стоят того. - У нас есть Наследник. - Ты? - насмешка, ехидство. - Скайрини Занзас. - Вот как... - шепчет Бермуда чему-то, улыбаясь. - Я подумаю... И Акиру обдает холодом, ему чудятся темные подземелья, что виляют под землей. Длинные пальцы, затянутые в перчатки и жуткие черные глаза. От этого жуткого и древнего существа веет смертью. - В этом поколение потомки Джотто на диво хороши... Подросток выдыхает, успокаивает свое сердце и прикрывает глаза. Терпение. Скоро все закончится. Он сыграет последний аккорд этой чертовой, затянувшейся пьесы.

***

Пламя бушует перед глазами, вспыхивает искрами, кружится. В ладони покоится кольцо, но не теплое, чужое. Кольцо знает, чувствует, что подросток не собирается его принимать, не собирается им владеть, что его ждет совсем другой хозяин. Кольцо соглашается с выбором молодого юноши и свободно скользит между пальцев. - Оно твое по праву, Занзас. Сердце грохочет в груди, взрывается. - Что ты делаешь, паршивец?! - крик Савады Емицу доносится, словно сквозь воду. - Савада Емицу, вы обвиняетесь в неоднократном нарушении Омерты... Акиру качает из стороны в сторону, шатает. Он теряется в пространстве. Физическое и психическое напряжение за все эти дни ударило по нему в самый неподходящий момент. Он теряет сознание на время, чтобы прийти в себя от крика Емицу. - Еще хоть шаг, и ваша ненаглядная шлюха-Тсунаеши и вся больница этого дерьмового городка взлетит на воздух. Акира вздрагивает, приходя в себя. Емицу стоит, держа в руках прибор, и липкий страх сворачивается тугими кольцами, словно змея в груди. - Врешь - не уйдешь... - шепчет подросток и дотягивается до кем-то брошенного пистолета. - Хроме... - Сейчас... Выстрел громом прозвучал в одно мгновение, заставляя опуститься тишину. Емицу замирает, недоуменно смотря перед собой, а по лбу бежит тонкая струйка крови. Мукуро вырывает из рук устройство, рядом широко открытыми глазами смотрит испуганная Хроме, которая испугалась скорее больше Мукуро, который смотрит на нее бешеным взглядом. - Мукуро-сама... - Какого черта?! У Акиры дрожжат руки. Кружится голова. Вдох-выдох... Ту-дум... ту-дум... - Вставай, малец, - спокойный голос Супербии Скуало заставляет немного прийти в себя, окунаясь в его успокаивающее Пламя Дождя, когда он вздергивает его за шкирку. - Ты молодец, все закончилось. Акира выдыхает. Нервно улыбается. - Блестяще, - хмыкает Бермуда недалеко, смотря на них долгим взглядом. - Чтож, не разочаровывайте меня, Наследники... - Меня зовут Джо, - протягивает руку Акире его почти копия. - Акира, рад знакомству брат, - кивает Акира, протягивая дрожащую руку. Его колотит. Он только что убил человека. - Мне сейчас нужно идти, - кивает Акира, чувствуя, что прямо сейчас рухнет на землю и позорно отключится. - Эй, мусор, - догоняет его голос Занзаса Скайрини и новоиспеченного босса Вонголы. - Хорошо сработано. Как договаривались, ты теперь глава CEDEF. Акира смотрит на него долго, изучающее, а потом лишь кивает. Он не глуп, и прекрасно понимает, что из мафии ему не уйти, а потому и нечего брыкаться, к тому же когда предлагают такой пост. Последний аккорд сыгран, а музыкант начинает новую пьесу.