Север суров.

      За окном солнце приветливо светит всем в окна, пытаясь разбудить лежебок и поднять их с такой пленящей кровати. Многие зарываются от назойливого лучика под одеяло или накрывают себя подушкой. Но только не наши страны-работяги. Им уже пора выезжать из отеля на конференцию, где они будут решать мировые проблемы. Но так только кажется... На самом деле конференции проходят примерно так: Америка как всегда выдвинет какую-нибудь бредовую идею, во всю крича, что он герой. Его будет успокаивать и так раздражительный Англия, называя ещё тем придурком. Нашего бровастого джентльмена будет успокаивать Франция, естественно попутно домогаясь до него. Чтобы в конец не разозлить британца, два брата итальянца будут оттаскивать француза. Этих двоих успокаивают другие двое: за Романо всеми конечностями Испания, за Феличиано — Германия. Тут уже идёт развилка. Пойдем вначале по южной стороне. Бельгия, увидев обнимающего Антонио с Ромой, тоже тут же бросится их обнимать. Тут недалеко и Нидерланды пристроились. А теперь вернёмся к Германии, которого успокаивает несчастный и шокированный сложившейся ситуацией Япония. Китай же пытается спасти брата от западной части света, пока тот совсем с ума не сошёл. А тут и Россия недалеко. Теперь самое весёлое, что Герой путает русского и голландца, ибо они оба носят шарф, из-за чего американец ещё больше орёт. Вот такой круговорот стран. Остальные же просто наблюдают за этим, желая быстрее смотаться домой. Наверно, только Прибалтика рада тому, что их не трогает Брагинский.       Другое дело Скандинавия. Особо никогда не участвовала во всех этих разборках, хотя датчанина несколько пчёл его зад ужалило. Но во время конференций пятеро сидели спокойно и наблюдали за процессом, иногда начиная обсуждать какие-то свои проблемы. Но явно не в этот раз. Перейдём ближе к делу.       Всё как всегда, начался круговорот успокоительных и раздражённых. Только вот как раз те самые скандинавы вели себя ещё тише, изредка болтая.       — Может ты вернёшься обратно в гостиницу? — сухо, но явно переживая, предложил швед, поправив свои сползающие очки.       — Нет-нет, Швеция, я в порядке. Голова болит, только и всего, — ответил Финляндия, слегка улыбнувшись и держась за ту же голову.       — Не стоит себя так мучить из-за этой конференции, — тихо, почти шёпотом, сказал Норвегия.       — Братик прав. Всё равно они снова ругаются, — кивнул Исландия.       — У тебя только голова сильнее разболится, — закончить лекцию пришлось Дании, который тепло улыбался своему товарищу.       — Спасибо. Я ценю вашу заботу, но я правда в порядке. Скоро всё равно перерыв.       Тино был прав. Перерыв был объявлен через несколько минут и большинство стран, а точнее те, кто больше всего шуму поднимал, рванули в кафе, чтобы утолить голод или жажду. Там продолжались их споры и любимый круговорот. Правда где-то там затесался и финн, желающий попить воды, чтобы как-то взбодрить себя. Но зря он пришёл из тихого зала в шумную столовую. Попытавшись добраться до воды, у блондина ничего не вышло, и он вскоре решил вернуться к скандинавской семье.       — Финляндия, выглядишь​ каким-то подваленным. Что стряслось? — за спиной неожиданно появился Иван, мило улыбаясь, чтоб не спугнуть свою жертву.       — Россия, ты меня напугал... Всё хорошо, не стоит беспокоиться, — в ответ улыбнувшись, Вяйнямёйнен направился дальше по коридору к залу заседаний.       — Ну раз всё хорошо, то я пойду. Воу! Ничего себе хорошо! — Ваня за несколько шагов оказался около Финляндии, поймав его, — Скажи честно, а то разозлюсь, и будет только хуже.       — Я себя не очень хорошо чувствую... Голова... Болит... — жмурясь от яркого освящения, шёпотом объяснил парень, — Спасибо, что не дал упасть... Я по стеночке дойду обратно...       — Северяне такие странные, они не жалеют себя. Я тебя сейчас отвезу обратно в отель, чтобы тебе здесь не стало хуже от криков этого глупого американца.       — Не надо покидать из-за меня конференцию. Я сам могу вернуться...       — Ты себя видел? Какой же глупый финн. Я сейчас нас отпрошу, а ты посиди тут.       Русский помог блондину присесть на кушетку, которая стояла в этом коридоре, и направился обратно в столовую, объясняя причину отсутствия во второй половине конференции Германии. Тот же в свою очередь отпустил двоих, хоть и немного сомневался в России. Больно хитро он улыбался.       Вернувшись к месту разлуки с северной страной, Брагинский заметил, что тот успел уснуть, прислонившись спиной к стене.       — Надо бы мне добавить некоторые слова... Глупый, но довольно милый финн.       Чтобы не будить беднягу, да и потом не стоять с ним долго, Ваня вызвал такси, а потом только взял на руки скандинава.       — Ва, такой лёгкий. Его совсем, наверно, не кормят...       Иван спустился на первый этаж и направился к выходу из здания, где их ждал водитель. Сказав адрес, мужчина постарался аккуратно усадить Тино, чтоб тот не проснулся, и после сел сам. Как только хлопнула дверь, таксист сразу же двинулся в сторону отеля.       Россия позволил больному положить голову на своё плечо, наблюдая за спящим. И правда спящий Финляндия был очень милым, что хотелось даже затискать его, как Латвию. Но лучше его лишний раз не беспокоить, поэтому пепельноволосый парень не трогал его. Точнее не мешал спать, ведь Ваня чуток приобнял Вяйнямёйнена за плечи.       Подъезжая к отелю, водитель назвал сумму, которую он же быстро и получил. Так же аккуратно, как и усаживал, русский вновь взял на руки блондина и, зайдя в здание, направился к лифту.       — Хорошо, что я следил за этими скандинавами и запомнил их номера, — словно новичок в шпионской группе, докладывал Иван сам себе, улыбаясь. У него улыбка хоть спадает иногда? А то правда жутко...       Выйдя из лифта, Россия осмотрел холл, вспоминая в какой именно стороне находится номер Финляндии.       — Точно, он же в моей стороне взял себе номер. По-моему, 803. Или 804? Как же я мог забыть в такой момент? — русский направился в своё крыло, осматривая двери, — Нашёл! 804!       Только для Вани возникла проблема. Как же ему открыть дверь, если ключ-карты нет? Присев на корточки, он начал шарить по карманам костюма Тино и, слава Богу, нашёл эту безобразницу. Ну и приключения у русского! Явно веселее, нежели споры с Альфредом, кто сильнее и круче.       — Думаю, мне надо будет приглядеть за ним. Вдруг за то, что я ему помог, он со мной объединится! А! Ещё нужно узнать, какая у него температура. Тогда я начну лечение! Но это всё после того, как он проснётся, — зайдя в чужой номер и осторожно положив Тино на кровать, Россия накрыл его одеялом и уединился на кухне, распределяя свои незапланированные дела.