Твое дыхание - моя приправа

Никем Шуга не хотел так обладать, как Тэхеном. Даже будь у них половая связь, ему бы было мало. Мало находиться внутри на короткое время. Он хотел иметь Ви всегда при себе, быть с ним одним целым, проглотить его целиком и не делиться ни с кем. Только это было так же невозможно, как попасть в черную дыру и выбраться из нее живым. Юнги не интересовали собственные мотивы, он давно перестал задаваться вопросом о своем здравомыслии. Да и что он делал плохого? За фантазии в тюрьму не сажают. И неважно, что в своем воображении он вспарывал пальцами грудную клетку Ви, пока держал его в крепких объятьях. Ему просто хотелось узнать ближе свой предмет обожания, прикоснуться к его плавно вздымающимся легким и нежно погладить трепещущее сердце. Ведь все это время Шуга видел только оболочку, пусть она и была невероятно красива. Он никогда не интересовался анатомией человека, но в случае с Тэ он невольно изучил ее от корки до корки, изо дня в день наблюдая за ним. Ви раздевался, одевался, танцевал, потел, переодевался, ударялся, падал, бегал, снова переодевался, прыгал, спал, ел… Юнги следил за каждым его действием, украдкой или вовсе не таясь – ему было все равно. Он просто не мог пропустить ни малейшего изменения в теле, так привлекавшем его. Самообладание у Шуги было платиновое. Если бы существовала церемония награждений в сфере психологического самоконтроля, он взял бы Гран-при. Сломать Ви, подмять его под себя было проще простого, но это бы означало конец игре, конец самому увлекательному фильму под названием «Жизнь Ким Тэхена». Юнги долго лежал без сна на рассвете и прокручивал в памяти момент, в котором Ви раз за разом стягивал рубашку с плеч, чтобы переодеться в чистую одежду. Он закрывал глаза и тихо клацал зубами, представляя, как клыки проходят сквозь кожу и вонзаются в мясо. Так легко и свободно, словно нож в подтаявшее сливочное масло. Но Ви вскрикивал, и приходилось отматывать на начало, чтобы попробовать на вкус уже другое место на широких плечах или лопатках. Порой Шуга даже ненавидел его. Но без гнева и психа. Он просто мысленно отрывал от парня лакомые кусочки, которыми тот хвастался везде и всюду. Сдирал двойное веко и украшал покалеченный глаз изящной белой маской. Зашивал Тэхену губы, ведь если его улыбка принадлежала не Шуге, то пусть никто не увидит ее больше никогда. Особенно ему приносила боль родинка на носу Ви. Пожалуй, если бы у них все-таки завязались настоящие нормальные отношения, кончик носа получал бы гораздо больше поцелуев, чем пухлые губы. Но пока никто не выбрался из черной дыры живым, Юнги мечтал с хрустом раскусить прелестный нос пополам и похоронить милое пятнышко в своем желудке. Самовнушение Шуги о том, что плоть Ви – самый вкусный деликатес на свете, дошло до того, что он перестал получать удовольствие от мяса животных. Свинина, говядина, курятина, что бы там ни было, еда потеряла значение. И только присутствие в комнате Тэ спасало парня от голодовки. Пока Юнги видел его, было абсолютно неважно, какую безвкусную дрянь он жевал в этот момент. Казалось, он насыщался энергией, просто смотря на то, как ел Ви. Как двигались его губы и щеки, как шевелился кадык, пока тот сглатывал. Так у Шуги родилось новое безумное желание. «Вот бы попробовать съесть этот кусочек прямо из его рта…» - думал он очень часто, в фантазиях захватывая помимо кисло-сладкой свинины еще и язык Тэхена в придачу. *** Вечером Шуге не удалось поесть со всеми, потому что Ви находился на личных съемках. Сославшись на тошноту, он оставил пирующую пятерку мемберов за столиком на полу и ушел на балкон с ноутбуком, чтобы поработать над новой песней. Спустя полчаса его одиночество было нарушено волонтером Джей-Хоупом, который вызвался проверить голодного собрата и узнать о его самочувствии. - О… тебе тут не холодно? – Хосок поежился на сквозняке, плюхаясь на небольшую скамеечку возле Юнги. - Я в куртке, - коротко ответил тот, продолжая набирать что-то на клавиатуре. - Ага, и в тапках на босу ногу, - поддакнул Хоуп, глянув вниз. – Точно не хочешь поесть? Мы там оставили несколько хороших прожаренных кусочков. Он поиграл бровями, задорно улыбаясь, но Шуга даже головы не повернул в его сторону. - Поем вместе с Ви, а то все спать завалятся, и ему будет одиноко. - А… Какой ты заботливый, хён, - похвалил его Хосок. – Правильно. Но поспать тоже дело хорошее. Это ты до рассвета глаза портишь в ноуте. Шуга хмыкнул, изобразив некое подобие улыбки. - Да нет… Я же шучу, - махнул рукой Джей-Хоуп и приобнял парня за плечи. – Ты крут, я знаю. Пишешь для нас музыку. Юнги отвлекся и внезапно уставился на друга, о чем-то быстро соображая. - А у тебя бывает такое, что ты настолько дорожишь человеком, что хочешь просто сожрать его и спрятать ото всех в своем желудке? Хосок часто поморгал и прилепил ладошку ко лбу Шуги. - Ты точно в порядке? А то будто бредишь, - засмеялся он. - А… да просто идея одна… Забудь, - вздохнул Юнги, возвращая все внимание к светящемуся экрану. - Мм… Для рэпа, пожалуй, слова зачетные, но надо как-то обыграть, чтобы не выглядело, как бред умалишенного, - пробормотал Хоуп, почесывая подбородок. Шуга медленно повернул к нему голову и смерил парня холодным взглядом. - Все, понял. – Хосок вскочил и схватился за ручку балконной двери. – Если Тэхен придет раньше, отправлю его к тебе. *** Ви приехал в общежитие поздней ночью, когда все уже спали, как и предсказывал Шуга. Скинув пальто, он прошел на кухню, чтобы сделать себе бутерброд по-быстрому, а потом пойти в душ. Но внезапно на столе обнаружились тарелки, прикрытые сверху пищевой пленкой. Рядом лежала записка от Хоби, он честно выполнил свое обещание перед Шугой. - «Юнги-хён не хотел есть без тебя покорми его он на балконе ну и сам тоже поешь конечно», - прочитал Ви, с трудом разделив слова на отдельные предложения. – Ладненько… Он разогрел еду в микроволновке и снова набросил на себя пальто. С подносом в руках Тэхен поднялся на второй этаж и прошел к общему балкону в конце коридора. Толкнув дверь ногой, он шагнул вперед и увидел серьезного рэпера, который, сощурив глаза, пялился в экран ноутбука и жевал свои губы. - Если я мешаю, то скажи сразу, - мягко вымолвил Ви, зная, как парень не любил, когда его отвлекали от работы. Но вместо сердитых глаз он вновь встретился с глубоким пронзительным взглядом, который уже давно стал частью Шуги по его мнению. Тэхен не мог не заметить странное поведение с его стороны. Поначалу вечно разглядывающий его хён бесил, потом Ви зазвездился, как и следовало ожидать. Он придумал себе, что Юнги втайне восхищался им, потому и следил без конца, чтобы научиться у Ви сногсшибательной крутости. А после он просто привык к этому и уже не мог жить без подобного внимания. Когда Тэ не ощущал на себе пристального взгляда, он чувствовал себя слишком свободным и ненужным. Шуга почти не проявлял эмоций, пока смотрел на него. В его взгляде не было страсти, азарта, вожделения или жадности. Он словно смотрел сквозь Ви, будто хотел видеть сразу все на 360 градусов. От этого ощущения Тэхен покрывался мурашками уже много раз, но невольно подсел на чужое внимание, как на наркотик. И так как Юнги ни разу не заговаривал на эту тему, то Ви тоже молчал, будто не происходило ничего необычного. - Я почти закончил. Садись. – Шуга хлопнул ладонью по скамейке и продолжил работать, добавляя новой композиции последние штрихи. Ви кивнул и сел рядом. Он снял пленку с тарелок, и свежий ночной воздух наполнился вкусными запахами, от которых у парня сразу заурчало в животе. Вооружившись палочками, Ви принялся есть рис, заедая его жирным мясом и свежераспаренным раменом. Прошло несколько минут, а Шуга все по-прежнему скользил пальцами по клавиатуре и тачпаду. Тогда Тэхен вспомнил слова Хосока на записке и, подцепив кусочек свинины, осторожно подсунул его Юнги. - Съешь чуть-чуть, - предложил он с легкой улыбкой. Работяга сглотнул и будто бы смутился, как показалось Ви. - Горячий, подуй, - ответил Шуга, краем глаза наблюдая за ним. - Но уже ведь и так остыло, - пробормотал тот, но все же выполнил просьбу. – Все. Открыв рот, рэпер позволил скормить себе мясо и бодро сжевал его, постепенно чувствуя себя все лучше и лучше. Сохранив файл с песней, он закрыл ноутбук и посмотрел на Тэ, который хомячил рамен. Втянув в рот целую кучу лапши, он поднял голову и с довольным видом принялся жевать. Его щеки раздулись от еды, и Шуге захотелось царапнуть их зубами. Более того, он остро желал вцепиться Тэхену в горло и обглодать его соблазнительно выпирающий кадык. Заметив, что Шуга перестал залипать в ноут, Ви приготовил для него еще один кусочек мяса – самый большой и аппетитный. Но, как и в первый раз, губы Юнги остались закрыты на семь печатей, пока Тэ не догадался подуть на свинину. Только тогда парень медленно стащил кусок с палочек, не сводя темных внимательных глаз с лица одногруппника. Ви тоже завис ненадолго, играя с парнем в гляделки, но так еда остывала, поэтому он первым опустил голову. - Почему ты так странно на меня смотришь всегда? – вдруг выпалил он, перемешивая рис с лапшой, чтобы было вкуснее. - А что, нельзя? – спокойно переадресовал вопрос Шуга. Тэхен замешкался, исподлобья зыркнув на старшего, и пожал плечами. - Я не буду смотреть, если тебе не нравится, - выдал Юнги и схватил его за руку, переводя палочки с рисом от рта Тэ к своему. Ви услужливо скормил ему свою порцию и ощутил, как его лицо покраснело. К счастью, в темноте это не бросалось в глаза. - Так можно или нельзя? Определись уж, - продолжал наставить Шуга с веселым тоном. – И не забывай кормить меня, только дуй, а то у меня чувствительное нёбо. Ви сглотнул и бросился наматывать на палочки лапшу. Он поднял тарелку и поднес ее вместе с палочками к рэперу, чтобы тот не запачкался, пока будет есть. - Я не знаю… - начал он, сделав паузу, чтобы подуть на рамен. – Наверное, можно. Юнги легко засосал в себя добрую часть лапши с тарелки и облизнулся. Тэ все еще держал тарелку возле него, поэтому придвинулся очень близко, и Шуга смог различить новую родинку у него на щеке. Он уже поднял руку, чтобы коснуться ее, но Ви вовремя отодвинулся назад, чтобы вернуть тарелку на поднос. Как же он хотел откусить от него хотя бы самый маленький кусочек… Ведь если содрать чуть-чуть кожицы, то ранка вскоре быстро зарастет, будто ничего и не было. Но Шуга догадывался, что одной кожи будет мало, да и как можно распробовать вкус только по ней. Еще он знал, что мог просто питать нелепые иллюзии, и, в конечном счете, не сможет съесть человечинку, как бы привлекателен не был Ви. - Все хорошо? Хён? – внезапно послышалось из-за тумана, который окутал сознание Юнги. Он захлопал глазами и поспешно потер глаза, притворяясь сонным. - Да… Ты ешь, мне уже хватит, - сказал Юнги, всеми видом показывая, что сыт. На самом деле, это было не так, но пока Ви будет есть, он вдоволь насытится этим зрелищем, и голод быстро исчезнет сам по себе. Тэхена не надо было уговаривать дважды, поэтому он с аппетитом продолжил доедать очень поздний ужин. - Ви, никогда не говори мне чего-то вроде «укуси меня», «съешь меня», ладно? - С чего бы я говорил тебе такое? – с трудом проговорил парень с набитым ртом. - Вот и не говори, - согласился Шуга, залипая на поблескивающие в темноте сережки в ухе Ви. В его воображении они уже скользили по его собственному пищеводу вместе с мягкой покрасневшей на холоде мочкой.