Глава 3.
9 июня 2018 г., 14:53
На следующее утро Миша рано вместе с матерью приехал в ресторан. Нужно было всё подготовить для грамотной мести мужчинам, которые почему-то решили, что с ним такое поведение пройдёт.
— Ты точно решил, что откажешься? — Повариха грустно смотрела на сына, который, сидя в инвалидном кресле, попивал кофе.
— Мама, не волнуйтесь. Я понял, что жизнь за границей на чужие средства не для меня, — студент мило улыбнулся, поправляя свои русые волосы свободной рукой.
Сказать родному человеку, что над ними посмеялись, он точно не мог, так как добрая женщина явно не переживёт такого удара. Однако оставить всё как есть Романов тоже не намеревался: нужно было показать зажравшейся знати, что бывает, когда тебя недооценивают.
— О, а это не Максим ли случаем? — Полная милашка увидела в окне, как подъехала к ресторану знакомая Ламборгини чёрного цвета.
— Да, ты права. Интересно, что он тут забыл? — Приезд друга не входил в его планы, но раз он здесь, значит, иностранцев ожидать не стоит.
Взмыленный высокий блондин с чёрными линзами вбежал в помещение, запыхаясь. Этот золотой псих всегда одевался так, как хотел, наплевав на мораль России. Поддерживая образ чудака, он пытался доказать миру, что он, как творческая единица, станет авторитетом с большой буквы.
Римский же эти закидоны сына принял, но с условием, что тот поступит в нормальный университет и окончит его. Лентяй дал своё одобрение на этот семейный договор, надеясь, что в будущем папаша с помощью Джози сделает его звездой.
Поначалу богатенький студент относился к Мише, как к рабу, который за деньги сотворит что угодно. Постепенно хитрому умнику удалось его переубедить в этом с помощью знания других языков.
— Миша, беда! — наконец отдышавшись, произнёс он на итальянском, чтобы никто ничего не понял.
— Что, опять с бабами в борделе проснулся? — Знание языков, благодаря Клавдии, у него было практически идеально.
— Хуже. У нас дома полиция! Отца с его дружками ночью обогрели проститутки, и пока они занимались сексом, какие-то малолетки спиздили Хонду! — Боязнь правоохранительных органов у него с самого детства, поскольку были времена, когда конкуренты специально пугали их семью.
— Подумаешь: украли машину. У твоего папаши целый гараж новых игрушек, — усмехнувшись, Романов допил кофе, поправляя очки.
— Ты не понимаешь! В этой машине очень интересная папка с документами компании Сириус… Она переживает не лучшие времена, но об этом никто кроме моего папы не знает. — Выдал секрет, не представляя, как сильно помог своему бывшему однокурснику.
— Что-то произошло? — Оксана не понимала чужой язык, но по напуганному виду гостя можно было догадаться, что ситуация ужасная.
— Всё в порядке. Мама, принеси Максиму чай, чтобы он мог немного успокоился, — мягко попросил её ненадолго удалиться из виду.
Блондин выдохнул и сел за столик рядом с интриганом: было жутко противно показывать юноше такого себя, однако пугливость по жизни всегда была его ахиллесовой пятой. Ботаник был единственным, кто не пользовался его этим недостатком в своих целях.
— Не говори никому, что я тебе сказал. — Пряча чёрные глаза, он нежно положил свою ладонь на чужую, пытаясь найти в друге поддержку.
— А разве за четыре года я тебя предавал хотя бы раз? — голос Миши стал тихим и очень нежным: он редко пользуется своим обаянием, но сейчас как раз такой момент.
— Нет, но папаша может отрезать язык за мою болтливость, — Римский горько усмехнулся, но доверчиво, словно щенок, смотрел на своего спасителя от страхов.
— Не волнуйся. Вот-вот открытие Виктори после санитарного часа. Закажи себе поесть и не думай ни о чём. — Дотронувшись до своей прохладной щеки, он ловким движением снял с неё налипшую прядь волос.
— Самые главные бумаги сейчас у меня. Я их вчера украл для того, чтобы изучить. Если они найдут машину и поймут, что там липовые листки с моего принтера... — Тот взялся за голову, испугавшись ещё больше.
— Ты что, сериала След пересмотрел? Только там спецы так быстро и чётко всё расследуют. — Передачи по телевизору — страшная вещь: они способны очень сильно задурить голову.
— Я просто хотел обеспечить себе шантажом карьеру модели, но кто же знал, что это всё так обернется! Меня родители убьют за такое предательство.
— Ночуй у меня, а завтра, если машину найдут, я подменю документы сам, — как бы не невзначай предложил свою помощь, хотя, на самом деле, очень желал увидеть ценные листы бумаги.
— Как ты это сделаешь? — Удивился он, смяв салфетки на столе.
— Доверяй мне. Я схожу в туалет. — Умник с улыбкой снял коляску с тормоза и начал крутить руками колёса.
Очень повезло, что работодатель матери всегда был понимающим человеком и сделал для людей с ограниченными возможностями отдельный туалет. Его всегда держали на замке и выдавали ключ только тогда, когда это было реально нужно. Если бы они держали его открытым, туда ходили нагло ссать все, кому не лень, и быстро всё загадили.
Заехать в уборную на коляске не составило большого труда, так как комната была довольно просторная. Рядом с унитазом сделаны два металлических перила, за которые, держась, слабый человек мог без проблем дойти до белого друга и сесть на него.
Миша это, собственно, и сделал. Поставив коляску на тормоз, он, ухватившись за перила, слез ногами на пол, затем медленно поднялся и перехватывался руками подальше, чтобы вес своего тела уходил больше на кисти.
— Давай помогу, — послышался тихий голос Максима, который, не выдержав, пошёл проверить всё ли в порядке.
— Не нужно меня жалеть. Я не в первый раз. — Миша неловко покраснел от своей беспомощности, но, кажется, Римскому было на это наплевать.
Подойдя к больному ближе, он со знанием дела стал позади него и подал ему свою руку так, чтобы тот мог, держась за него, делать шаги. Как бы Миша ни хорохорился, риск упасть всегда у него был, и сын бизнесмена это прекрасно понимал.
— Тебе, наверно, противно помогать такому беспомощному, как я, — устало сказал Романов, когда уже сел на туалет.
— Слушай, заткнись, а? Тоже мне. Ну, тяжело тебе ходить, так что, теперь тебе не ссать, что ли? — С годами дружбы неформал очень сильно поменял своё отношение к особенным людям.
— Спасибо, Максим. — Обняв друга, он поцеловал его в слегка накрашенные губы.
Кто-то может сказать, что целоваться парням в туалете — противно и извращённо, но сокурсникам было на это наплевать, ведь они оба открывали друг в друге новые чувства.
Поцелуй получился настолько нежным, что вор на эти мгновения совершенно забыл о том, что у отца проблемы.
— Так, всё: сиди, делай свои дела, а я звонить маме и вернусь за тобой. — Кое-как отстранившись от предмета страсти, он попытался восстановить дыхание.
— Поедем ко мне? — С некой хитрой усмешкой соблазнитель облизнул губы.
— Нет, в отель. Не хочу, чтобы Клава слушала наши с тобой стоны за стенкой. — Доставая телефон, любитель искусства вышел с довольной улыбкой на лице.
***
Голова у Роана жутко болела после ночных приключений с пропажей машины. Детская наивность сыграла с брюнетом очень странную шутку. Почти всегда, когда он позволяет выпить больше своей нормы, мозг отключается и он ничего не осознаёт. Папка с настоящим финансовым отчётом пропала: это самое страшное, что могло произойти. Если это было специально спланировано, то уже вечером по всему интернету разлетятся весёлые цифры, и компания признается банкротом. — Валера, говорила же вам так не пить! — Анна — супруга мужчины — выпроводила полицию и принялась мерить любимому давление. — Я же не знал, что у меня свистнут ключи! — Чувствуя себя полным пьяницей, он приложил ко лбу стакан с минералкой. — Молитесь, чтобы это было простое ограбление, а не заказное. — Андрей был очень зол на младшего брата, но старался это не показывать. — Где Макс? — Даже в такой момент горе-родитель вспомнил о сыне. — Он только что звонил и сказал, что заночует у старого друга. — Друга... — выдохнула женщина, отойдя за таблетками. — Опять по бабам. Как же задолбал. — Мужчина даже представить не мог, как он сейчас ошибается.***
Уже ближе к ночи в одном из городских отелей загорелся свет и послышалось ленивое: — Просыпайся, котёнок. — Я опять уснул? — Максим, абсолютно голый, с довольной улыбкой обнял своего любовника. — Да, после третьего раза где-то. — Миша чувствовал, как у него болела попа, но это было даже немного приятно. — Сколько бы я ни трахал проституток — ночи с тобой забыть не могу. — Прижав друга к себе, он начал покрывать его шею поцелуями. — Ах, Максим, я же ведь не настолько больной, что не могу чувствовать. Ночи с тобой для меня тоже особенные, — мурлыча от кайфа, ботаник слегка прогнулся в спине, царапая напряжённую спину ногтями. — Я не люблю тебя, но схожу по тебе с ума. — Ласки опустились на грудь, довольные стоны распространились почти всю на комнату. — Тогда помоги мне отомстить своему отцу и я подарю тебе всего себя. — Парень обхватил чужое тело ногами, нависнув сверху над психом. — Что я должен делать? — Не удержавшись, он вошёл в такую приятно подставленную для него попку, руками усадив любовника на плоть. Миша сладко застонал в такт толчкам в своё любимое местечко. Русые волосы красиво украшали его покусанную в засосах шею. В такие моменты он был красивее всех в этом мире, и знаток искусства терял голову от страсти. — Ах, да, милый, я таю, — слегка хрипло просипел, словно ручная кукла. — Давай вместе покажем всем, как ты прекрасен. — Однокурсник ревностно поцеловал чужие губы. Миша про себя усмехнулся тому, что своё чувство собственного достоинства он уже повысил. Знал бы Валерий, как его сын стонет под больным, — никогда в жизни больше не засмеялся. Однако сын Оксаны не будет этим пользоваться: в конце концов, завтра он получит козырь куда интереснее, чем простой шантаж. — Я люблю тебя, Максим, — улыбнувшись своим замыслам, он нежно поцеловал друга в губы.
