Все мы немного поломаны

      Когда людям больно — они впадают в истерику, целыми днями плачут и не могут заставить себя подняться с кровати, не могут заставить себя продолжить идти, теряют желание жить, дышать, улыбаться.       Когда больно Мун — она всегда широко улыбается, это не защитная реакция, она не скрывает слезы за улыбкой. Она просто знает, что это не в первый и не в последний раз. Она знает, что это пройдет. Знает, что самую сильную боль она уже испытала. Знает, что никто и ничто не сможет сломать её сильнее, чем тот день в Нурланне. Она знает, что обязательно справится, сможет себя собрать, подчинить и продолжить идти вперед. Эта мысль заставляет её улыбаться. Она улыбается, потому что благодарна за время, которое человек провел с ней, благодарна за теплые воспоминания, благодарна за то, что он стал ей настолько близким, что смог сделать больно. Она улыбается, потому что прощает его, даже если ему не нужно её прощение.       Сегодня уже четверг, на улице наконец-то немного потеплело, скоро весна. Эва чувствует всеми фибрами души, что сегодня ей предстоит много широко улыбаться.       «А вот и оно», — мелькнуло у Эвы в голове, когда в коридоре, возле окна, она увидела Криса. — Крис, давай поговорим немного, — спокойно произнесла Эва, подойдя к окну, парень в ответ кивнул, — только давай не здесь, выйдем.       Они вышли на улицу и сели на лавку в школьном дворе. А там так спокойно и тихо. Все будто знали, что нужно оставить их наедине, все будто просто ушли, сбежали, вымерли. Там только они и ветер. — Я не з… — начал парень, но Эва сразу же перебила его. — Ты не знаешь, что между нами происходит, кто мы. Я понимаю, правда, поэтому не трогала тебя это время. Чтобы ты спокойно подумал. Ты нашел ответ? — Нет. Я много думал, но по-прежнему не знаю, — Эва понимающе кивнула. — А ты? Ты знаешь ответ на вопрос? — Я знаю, Крис, — Эва на мгновение закрыла глаза и улыбнулась, — для себя я давно его нашла. — Расскажешь? — парень посмотрел на неё с некой надеждой. — Ты любишь меня, а я люблю тебя. И… — Что? — Крис перебил её. — Я не… я не люблю тебя. Не знаю, что ты там себе напридумывала, но… — он отрицательно кивнул головой, встал и начал уходить, но Эва схватила его руку. — Давай договорим, Крис, и больше не будем к этому возвращаться, — Крис неохотно, но все же сел назад. — Я не договорила, но вижу, ты не хочешь или боишься услышать мой ответ, поэтому я не стану его объяснять. — Если это все, то я все же пойду, — с раздражением в голосе произнес он. — Не все! — Эва громко сглатывает и продолжает: — Крис, если ты не хочешь, чтобы я присутствовала в твоей жизни, необязательно меня игнорировать, просто скажи мне об этом, и я больше никогда не подойду к тебе, не заговорю с тобой. Все будет так, будто мы никогда не были знакомы, я обещаю тебе. Просто скажи мне об этом, Крис, — Эва немного подождала ответа, но парень молчал и смотрел вдаль, и она продолжила: — Я ведь никогда тебя не обижала, разве я не заслуживаю на честность по отношению к себе?       Парень не отвечал. Они просидели в тишине несколько минут. Тишину снова нарушила Эва. — Просто скажи это, Крис, — Эва положила свою голову ему на плечо, — это совсем несложно. Говорить правду несложно, — она говорила так спокойно, будто о чем-то совсем обыденном. — Я не хочу, чтобы ты была в моей жизни, — сказал парень на одном дыхание, на его лице появилась едва уловимая ухмылка. — Вот и все, — Эва улыбнулась очень искренне, так легко и не принужденно, — совсем несложно. Правда? — Эва поцеловала его в щеку. — Прощай, Кристофер, береги себя и спасибо, что был в моей жизни, — она договорила и отстранилась от его щеки, встала с лавки и пошла в сторону школы. Оставив парня позади, как в прямом — так и в переносном смысле.       Эва шла, не оглядываясь, ей не грустно, ей не печально — немного колит в груди, но она знает, что и это скоро пройдет. Она знает, что проигрывать, когда тебе всего семнадцать — это не страшно. Страшно — это когда победа не приносит радости, страшно — это когда ты теряешь азарт.       Крис, смотрел вслед девушки, не сожалея о том, что сказал. Ему совсем не жаль, что мгновение назад он потерял человека, который знал его, понимал его, был рядом просто так. Он рад, что Кристофер Шистад снова станет таким, каким был раньше. Он просто забыл, что раньше Кристофера Шистада не существовало. Он не сразу уловит момент, когда снова станет улыбаться своей фирменной фальшивой улыбкой, которая за километр кричит «у меня все охуенно в этой жизни». Он не сразу заметит, как его жизнь снова медленно начнет превращаться в руины.       Ну, это случится потом, не сейчас… а сейчас он просто сидит на лавке и смотрит вслед девушке, которая выходит из его жизни. Девушке, которая была ему дороже всех. Нет, она ему совсем не дорога. Кристофер Шистад ни от чего не зависит в этой жизни, тем более не от Эвы Квиг Мун. Жаль, что это только ему так кажется…

Неделя спустя. В школе.

— Вильям, подожди минутку, — окликнула Эва и подбежала к нему с картонной коробкой. — Да? — он обернулся и мило улыбнулся. — Ты переезжаешь? — парень взглянул на коробку. — А? — Эва не сразу уловила, к чему был вопрос. — Нет, не переезжаю, — улыбнулась, — передай это, пожалуйста, Крису, — протянула коробку парню. — Хорошо. Там ведь не споры бубонной чумы? — парень подозрительно прищурился. — Смешно, мне нравится, но нет, там вещи Криса. Знаю, что нужно было это все выбросить, а то веду себя как истеричная бывшая, — Эва наиграно закатила глаза. — Но рука не поднялась. — У вас это серьезно? Вы надолго поссорились? — обеспокоено спросил Вильям. — Мы не поссорились, Вильям, — Эва тяжело вдохнула. — Нет подходящего слова, чтобы это описать. Мы будто никогда не были знакомы. — Он совсем никакой, Эва, пьет еще больше чем раньше, меняет по несколько девушек за ночь, стал общаться с какой-то сумасшедшей, которая косит под тебя. Думаю, он уже очень сожалеет о том, что тогда тебе сказал. — Вильям, — она потерла лицо рукой, — ты его самый близкий друг, помоги ему, он ведь как-то жил до меня. С ним все будет хорошо. Если ему будет нужна помощь — ты сможешь её оказать. — Ты сейчас серьезно? — Я пообещала, Вильям. Это было его решение. Я пойду. Просто передай вещи, ладно?       По школе вовсю разносится главная новость сегодняшнего дня — одна из второкурсниц как-то подозрительно сильно стала напоминать Эву Мун. Говорят, что со спины вообще не различишь. Но саму Эву это не очень-то и волнует. Её мысли забиты предстоящей контрольной по испанскому, к которой она опять не готова. Она не знает, что надеть на завтрашнюю вечеринку и напоминает себе, что нужно не забыть по пути из школы зайти в супермаркет и купить продуктов, а то в холодильнике мышь повесилась. — Эва, нужно поговорить, — её одернула какая-то девушка. — Ну раз нужно, то давай, а ты кто? — Эва пробежалась по ней взглядом и поняла, что это о ней гудит полшколы. — Я — Камилла, — тон девушки был довольно грубым. — Хорошо, Камилла. Что ты хотела? — Держись подальше от Криса, — самоуверенно сказала она, — теперь он мой. — Это все? Я могу идти? Меня подруги ждут, — спокойно, без каких-либо эмоций, ответила Эва. — Нет, не все, — Камилла скрестила руки на груди, — теперь он мой, а на тебя ему плевать, иначе как объяснить то, что я так легко смогла отдалить его от тебя. Теперь я буду вместо тебя. — Послушай, Камилла, — Эва громко вздохнула, — мне абсолютно плевать, что там у тебя и с кем. Если вас все устраивает — меня тем более. Но вот тебе совет: для того, чтобы стать мной в жизни Криса или кого-то другого, — мало покрасить волосы в такой же цвет, как у меня, и поменять стиль в одежде. А сейчас, с твоего позволения, я пойду.       Эва Мун не боится наступать на грабли, она это делает осознанно и без каких-либо сожалений. Шагает с улыбкой на лице, знает, что будет больно, но все равно не может с собой ничего поделать, просто делает шаг на встречу судьбе. И совсем неважно, как грабли в этот раз называются. Кристофер Шистад или как-то иначе. Потому что жизненный путь густо устелен ими… это не первый раз и, к сожалению, далеко не последний…