Воздушный шарик

POV Георг.       Мы пришли… Пришли туда, где всё закончится. Окраина города, густая трава, сильный ветер, летящие листья… Небо пугающе тёмное сегодня, наверняка будет гроза. Впереди жаркое лето, но в душе будто все яркие дни закончились. Ещё бы! Сегодня всё навсегда изменится, как можно думать по-другому? Хотя, ты ухитряешься. Ты всегда мыслишь не так, как я, прямо будто специально. Но сейчас не об этом. Мы были вместе довольно долго, не думал, что вообще хоть месяц продержимся. Почти два года… Нужно быть сильно связанным с другим человеком, чтобы так долго вместе просуществовать, но это вряд ли наш случай. Мы просто жили и жили, просто существовали и всё… Будто мы просто выдуманы кем-то… — Я бы хотел подарить тебе кое-что… — говоришь ты, счастливо улыбаясь. — Ха, хочешь меня заинтриговать? — отвечаю я. — Вот. — ты протягиваешь мне воздушный шарик. Такой милый, детский… — Пусть он будет у тебя, напоминает обо мне… Понимаю, что глупо, но… — Чего ты, вовсе не глупо! Очень мило! — я забираю шарик и чмокаю тебя в щёчку. — Он будет символом начала наших отношений.  — Говорю я. — Постой, у меня идея. — внезапно говоришь ты, лезешь в карман и достаешь черный маркер. — Я кое-что на нем нарисую … — ты рисуешь на шарике милые глазки с ресничками.  — Просто захотелось сделать его более живым. — ты снова улыбаешься. — Ты уверен, что это обязательно? — спрашиваешь ты. — Да, держи. — я отдаю тебе шарик. Ты берёшь и долго рассматриваешь его. Зачем? Мне тебя никогда не понять. — Как он еще не лопнул… — задумчиво улыбаешься ты. Почему? Что в этом радостного, чтобы улыбаться? — Да. Давай уже скорее избавимся от этого старья. — никогда не признаюсь Тому, но этот шар для меня — как якорь. Не знаю, что будет без него, куда я пойду, куда пойдет Том, но сейчас мне плевать на это. Я знаю только одно — мне осточертело стоять на одном месте. Это единственное, что важно. — Почему ты всегда берешь с собой пистолет? Это немного пугает. — говоришь ты. — Для безопасности. Никогда не знаешь, что может произойти. А если мне нужно будет защитить тебя? Голыми руками я вряд ли смогу. — отвечаю я. — Как ты его достал вообще? — спрашиваешь ты. — Тебе это так важно? — отвечаю я. — Ладно, не отвечай. Просто знай, что это жутко, чувак. — говоришь ты. — Солнышко, просто знай, что бы ни случилось, я не брошу тебя. Даже если мне придется рисковать жизнью. Я всегда буду защищать тебя. — я наклоняюсь, чтобы поцеловать. — Обещаешь? — ты наивно приподнимаешь брови. — Да. Как я могу не обещать, когда этот парень так смотрит на меня? — киваю в сторону воздушного шарика, привязанного к изголовью кровати. Ты улыбаешься и протягиваешь руку к шарику. Мгновенно сходит улыбка с твоего лица, взгляд направлен вниз,, а губа немного подрагивает. Почему? Я никогда не узнаю. Не хочу спрашивать — все равно не пойму. А ты не поймешь меня. Никогда. Ты встаешь к краю, поднимаешь руку с шариком, ветер сразу усиливается. — Будет дождь. — говоришь ты. — Будет. — говорю я. — Георг… Зачем мы это делаем? Может, вернёмся? Начнем жить, как жили раньше? Зачем всё это? — ты оборачиваешься ко мне. В твоих глазах столько надежды и грусти… Я никогда не пойму, почему. — Ты хочешь продолжить? — спрашиваю я. — Не знаю. Я просто… — ты пинаешь камень, он быстро катится куда-то в траву. — Я просто не хочу что-то менять. — какие же мы разные, Томми. Я только ради этого и живу. — Если бы я умер, ты бы оставил себе мой труп? Судя по твоей логике сейчас, ответ — да. — заявляю я. Ты гневно смотришь на меня. Даже с неким отвращением. — Ты ужасен! Ненавижу твои сравнения! — говоришь ты, но быстро переключаешься на другую тему, смотря на воздушный шарик. — Он до сих пор такой же яркий… Столько времени прошло… — Интересно, почему все люди так любят воздушные шарики? — спрашиваю я. — Как почему? Потому, что они всегда яркие, веселые, круглые, стремятся вверх… Они собрали в себе лучшее, что только могли, понимаешь, Гео? — говорю я. — Это всего лишь гелий, обернутый в яркую упаковку. По сути, это чуть приукрашенное «ничего». — говорю я. Ты обиженно смотришь на меня. — Тогда это «ничего» обеспечило нам прекрасное время, которое мы прекрасно провели! — говоришь ты. Не знаю, что на уме у людей, покупающих шарики. Не знаю, что на уме у самих шариков, как бы странно это не звучало. Может, они на самом деле грустные, а может, такие же радостные и веселые, как и внешне. — Милый, ты не замечаешь, что наш воздушный шарик стал меньше? — спрашиваешь ты. — Да, заметил. Наверняка, где-то дырка, не хочу искать. К тому же, он такой старый. — говорю я. — Надо найти, Гео. — Боже, Том, зачем? Как будто заняться нечем… — Он мне дорог! Я сам найду. — ты присел к шарику и начал внимательно его рассматривать. Не прошло и пары минут, как ты воскликнул: - Нашел! Над левым глазом! Дай скотч! — У меня закончился скотч. — лениво отвечаю я. — Тогда дай что-нибудь другое! — Том! — Георг! Пожалуйста! — ты резко погрустнел и жалобно развернулся ко мне. Я тяжело вздохнул. — Есть пластыри. — я порылся в прикроватной тумбочке и нашел упаковку пластырей, отдал тебе. — Спасибо! — ответил ты и начал заклеивать. Заклеил «крест на крест» как в детских мультиках часто показывают. — Вот! Больше не должен уменьшаться. — Ха! Я тебя никогда не пойму. — говорю я с улыбкой. — А я тебя. — говоришь ты. — Отпускаешь? — спрашиваю я. — Да… — грустно отвечаешь ты. — Хотя, нет, подожди. — ты достаешь из кармана маркер и рисуешь улыбку на шарике. Через секунду улыбаешься сам. — Вот так гораздо лучше. Отпускаешь… Шарик летит. Летит и улыбается. Все наши мечты, воспоминания, дни — все они летят вместе с шариком. Я чувствую боль. Не знаю, почему. Может, мне просто не хочется расставаться с этим грузом. Или я просто понял тебя, Том. Оборачиваюсь к тебе, но ты не плачешь — ты улыбаешься. Мне точно никогда тебя не понять. — Начинается новая жизнь, Гео. — говоришь ты. — Начинается новая жизнь… — повторяю я. Трава намокает, ветер усиливается, а шарик будто не двигается в воздухе. Дождь пошел — ты был прав. Дождевые капли смывают улыбку из маркерных чернил. Шарик больше не улыбается — он грустит. — Как это может быть «ничем», Георг? — говоришь ты. — Я буквально чувствую его эмоции. Меня пробирает дрожь. — Мне никогда тебя не понять. — говорю я. — И мне тебя. — говоришь ты. Шарик поднялся над землёй. А я полез в карман. Вытащил ствол. И выстрелил. Попал. Шарик лопнул. Кусочки разлетелись в разные стороны. Один из них приземлился прямо к твоим ногам. Ты наклонился и поднял его. — Не знаю, зачем ты это сделал. Но спасибо. Мне стало легче. — сказал ты. — А мне — нет. — отвечаю я. Но ты этого не услышал. Ты занят чем-то своим. Знаешь, Том… Ты прекрасен. Ты слишком прекрасен для меня. Поэтому я тебя и не понимаю — мы слишком разные. Тебе просто нужно избавиться от лишнего груза. Этот шарик — лишь половина этого груза. Вторая половина — это… Я поднес ствол к своей голове. Ты оборачиваешься, паникуешь. Подбегаешь ко мне и хватаешь за руку. Я промахнулся. Не попал в голову. Но попал в грудь. Чуть выше сердца. Перед глазами плывет. Я ничего не слышу. Видимо, я упал. Глаза вот-вот закроются, я не смогу долго держать их открытыми.Вижу небо. Вижу листья. Вижу тебя. Ты хочешь что-то сделать со мной, куда-то отнести. Что-то говоришь. Ты плачешь… Или это дождь? Не могу больше. Кажется, я закрыл глаза… — Георг, проснись! — слышу знакомый и родной голос над ухом. Открываю глаза. Вижу Тома… У него дреды, широкая футболка и детский взгляд. Оглядываюсь вокруг. Это мой дом. Мои стены, мои окна, моя кровать…Мои длинные волосы путаются на подушке.Мой шарик привязан к изголовью кровати. Нет, не мой. Наш. — Томми… У тебя дреды… Разве мы не… Изменились? — спрашиваю я. — Почему?! Зачем?! Умоляю, приди в себя! — слышу я где-то очень далеко. — Это был всего лишь кошмар, солнышко. — ты погладил меня по щеке тыльной стороной ладони. — О чем он был? — я не знал, что ответить. — О том… Как ты отпустил наш шарик… А я выстрелил в него. — сказал я. — Ого. Такого никогда не случится,зай. — говоришь ты. Я смотрю на шарик. — Он сдувается. — говорю я. — Георг, очнись! — Знаю. Нужно найти дырку. — говоришь ты. — Она над левым глазом. Надо заклеить пластырем. — говорю я. — Почему не скотчем? — говоришь ты. — Мой скотч закончился. — говорю я, улыбаясь. — Не бросай меня! — Мне никогда тебя не понять. — говоришь ты, улыбаясь в ответ. — Слушай мой голос, Гео! Ты должен жить! — А я тебя, кажется, понял. — говорю я. — Георг! — Ты не думаешь, что мы просто выдуманные кем-то персонажи? Тебе никогда не казалось, что нами кто-то управляет и все, что было между нами, не может произойти по-настоящему? — говорю я. — Пожалуйста, очнись! — Так и есть, Георг. — говоришь ты. — Твою мать, Георг! Не подводи меня сейчас! — Оу. Я понял это только сейчас. — говорю я. — Ты жив! Я знаю, ты жив! — Вот и хорошо. Ты не должен был понять это до настоящего момента. — говоришь ты. Я просто молчу. — Мы не имеем ничего общего с реальными людьми. — Мы еще ничего не успели!  — Безумно хочется спать. — говорю я. — Что я буду делать без тебя?! — Так поспи. Закрой глаза. — говоришь ты. — Милый, ты мне нужен! — Нет. Если я их закрою, то больше не увижу тебя. — сонно говорю я. Веки почти закрылись. — Я люблю тебя! — О чем ты? Ты же обещал всегда защищать меня! Поэтому носишь с собой ствол! — говоришь ты. — Прошу, Георг! — Мое всегда закончилось… — говорю я. Глаза закрываются… Выстрел.