В погоне за счастьем

      Девушка кусала губы в попытках справиться с, казалось бы, иррациональным волнением. Руки у неё, когда она крутила колёсико мышки, дрожали. После того, как сообщение было прочитано, девушка застыла, как громом поражённая, не в силах произнести ни слова. Она не могла заставить себя поверить в реальность происходящего.        Сколько Лия сидела вот так, над уже давно погасшим экраном ноутбука, прокручивая в голове заветные слова? Она не знала. Как и не знала, как реагировать на это. Мысли в голове, эмоции - всё перепуталось, носилось и сталкивалось, как куча куриц с отрубленными головами, и ни одна из мыслей не останавливалась настолько долго, чтобы додумать её до конца. Лия то кидалась к клавиатуре, то вновь усаживалась с озадаченным видом. Она пыталась подобрать слова, чтобы описать ту бурю чувств, бушевавшую внутри, но, казалось, её мозг забыл человеческую речь и не может выдать и связного предложения. В результате девушка черканула какое-то короткое бессмысленное сообщение и, неуклюже попрощавшись, ушла спать. Постепенно стихла болтовня на кухне, погас свет и, спустя некоторое время, квартира погрузилась в сон. Не спала лишь одна Лия, раз за разом прокручивая в голове и обдумывая текст проклятого сообщения. Так она и уснула - в смешавшихся чувствах, на сбитой простыне и, казалось, навеки отпечатавшемся в голове черном тексте на белом фоне.       Ночью ей снилась Веста. Это был один из тех снов, когда ты можешь вспомнить всё лишь расплывчатыми очертаниями, но при этом у тебя в голове стойкое ощущение, что сон был хорошим; таким нестерпимо прекрасным, что, запомни ты его, окружающая действительность казалась бы блеклой копией самой себя...       Утром Лия занялась обычными, немудрёными, домашними делами. Но вот только и в ванной, и под столом в поисках завалившейся ручки, и над тарелкой с хлопьями, её мыслей не покидал образ смешливой подруги. Лия злилась на себя, злилась на своё непонимание происходящего, непонимание своих чувств. "Да что же это такое? - она уже в который раз предприняла попытку выкинуть её лицо из головы, оказавшуюся, как и все предыдущие, бесплодной и невесело усмехнулась: - Влюблённость? – она будто выплюнула это слово, отрывисто и презрительно. - Но как я могу влюбиться в человека, которого я и в жизни-то не видела? А тем более - в девушку?! - она знала, что вопрос этот, заданный себе с лихорадочным постоянством, в очередной раз останется без ответа. - Мне просто хочется перестать думать. Почему нельзя удалять мысли из головы? Почему нельзя удалить из жизни человека?".       Лия всегда в открытую смеялась над девчонками, верившими в любовь с первого взгляда и навсегда, а подобные чувства в дешёвых бульварных романчиках презрительно называла "розовыми соплями". Так почему же сейчас ей хочется говорить так же, как героини этих самых глупых романчиков? "Мои чувства к ней полыхают, моя душа горит огнём безграничной любви! ... Тьфу!" – размышляла девушка. Но воспалённое воображение ехидно подсовывало такие несбыточно-сладкие картины: она обнимает Весту, вдыхает такой родной запах её волос... Они держатся за руки и Лия, согревая её ухо своим дыханием, шепчет о своих чувствах... Слово "Веста" звучало для неё невыразимо прекрасной музыкой. Она вдруг остро осознала, как прочно человек, поддерживающий её, помогающий ей, влился в её жизнь. Она застряла там прочно и теперь была нужнее воздуха...       Очередной бессмысленный день каникул. Секунды тянутся минутами, а минуты - часами. Тупое полусонное шляние по квартире не помогало, а напротив, вызывало закипающее внутри беспочвенное раздражение. Девушка пыталась отвлечь себя домашними делами, но поймала себя на том, как зависает в одной позе, глядя в пустоту, и намыливает руку вместо тарелки. Обладай Лия сильным интересом или выдающимися успехами в каком-нибудь хобби, ей бы, возможно, удалось занять себя им. Однако девушка умела, как говорится, всего по-немножку. А жалкие попытки к рисованию вызывали на листе бумаги лишь дёрганый силуэт крепко сбитой розововолосой, улыбчивой и до боли знакомой персоны. В конце концов, Лия устала бороться и сдалась. Она откинулась на разобранной кровати и позволила своим мыслям блуждать так, как им заблагорассудится. Она вспоминала каждую чёрточку её лица, известную ей по фотографиям: прелестную родинку у глаза, густую копну волнистых волос непривычного цвета, тёмно-зелёные камушки в ушах, ямочки на щеках, задорные искры в глазах... Перебирала в голове все её черты характера: улыбчивый нрав, доброту, общительность, даже немного гиперактивность... Конечно, в ней были и недостатки, но Лия тогда воображала её почти идеальной. Однако, если вы вдруг дерзнули бы нарушить её покой и напомнить о том, что Веста не святая, ей недостатки показались бы очаровательными особенностями, добавляющими шарма. "Да, мы ни разу не виделись, - пыталась девушка оправдаться перед собой, - но это не значит, что я не могу в неё влюбиться. Я читала об этом. Это называется "духовная близость". Ты, кажется, знаешь человека целиком и полностью, но в то же время не знаешь совсем."       Тем временем её взгляд лениво блуждал по комнате, очерчивая границы таких привычных, домашних вещей. Паркетный пол, чёрные обои с белыми розами, прикроватная тумбочка с ноутбуком и настольной лампой. Несколько абстрактных картин на стене, ещё две тумбы с книгами, альбомами (как чистыми, так и с рисунками) и различные принадлежности для рисования. Массивный шкаф с одеждой, небольшой чёрный ковёр, современная люстра на потолке...       В коридоре послышался стук шагов, а затем в дверь заглянула мама Лии, прервав ход мысли девушки. Мама Лии на вид была довольно приятная и ухоженная женщина средних лет, с паутинкой морщинок на лице, успешно скрываемой лёгким макияжем и чёрными волосами, которые дочь позаимствовала. Только у матери они всегда были в идеальном порядке... - Уже вернулась? Отлично! Я в магазин за хлебом, не забудь поесть, - и мама поспешно ретировалась, избежав тем самым бесконечный бубнёж дочери по поводу и без. Девушка пролежала на кровати ещё несколько минут, однако то самое состояние мыслей в полусне уже было не вернуть. Поэтому, девушка поднялась с кровати и поплелась на кухню, ворча на весь свет. Однако, есть не хотелось. Девушка для приличия поковыряла нечто зелёное на тарелке, а затем окончательно оставила это занятие. Она проверила сеть, но Весты не было онлайн. От "нечего делать" Лия отпросилась у мамы погулять.       Стоял август. На улице было душно, однако низкие тучи, изредка подёргивающиеся золотом и угрожающе ворчащие, были предзнаменованием дождя. Первые крупные капли взметнули с земли тучки иссушенной пыли, прочертили влажные дорожки на истоптанном асфальте. А затем дождь хлынул, как из ведра. Все поскорее заторопились по домам, или хотя бы под крышу. Однако, на Лию дождь действовал наоборот, положительно. Запах озона, нахально врывающийся в лёгкие, действовал на девушку как энергетик. Она подняла разгорячённое лицо навстречу тяжёлым каплям, позволяя дождю смыть все свои волнения. Жирная земля влажно пружинила под кедами. Пряди и без того тёмных волос стали иссиня-чёрными и слиплись длинными сосульками. По-летнему жаркое солнце уже пробивалось сквозь свинцовую пелену и тянуло свои лучи к земле. От асфальта начал подниматься пар. В его белесых клубах всё казалось волшебным, фантастичным, нереальным. Мокрые птицы робко перекликались на разные лады. Мокрые прохожие опускали воротники и складывали зонты. Одной из прохожих, попавшихся Лие на пути, была её близкая школьная подруга - Марго. Та состроила хитрую рожицу и замахала девушке рукой. - Привет, Лейка! - ехидно крикнула она. - Марго! - Лия театрально нахмурилась. - Я же просила меня так не называть! - впрочем, сердиться на подругу Лия долго не могла, и вот они уже шагали под ручку, обмениваясь школьными новостями. Однако сейчас Лия отвечала по большей части односложно, погружённая в свои мысли, а затем и вовсе замолчала. Марго взволнованно замахала у неё рукой перед лицом, и Лия пришла в себя, как человек, пробудившийся от долгого сна. Она вроде бы снова начинала разговор, но затем всё возвращалось к молчанию. Наконец, терпение Марго лопнуло, и она уже открыла рот, чтобы высказать подруге всё, что она о ней думает, как вдруг Лия сама начала разговор... — Марго, можно я кое-что расскажу тебе? — Рассказывай, — со вздохом согласилась Марго и приготовилась слушать. — Помнишь, я говорила тебе о Весте, о девушке из интернета? Так вот… И Лия рассказала ей всё. О своих странных ощущениях и бессонных ночах, о том, как поняла, что влюблена по уши… И про то самое письмо... «Лия, я давно хотела тебе сказать, но всё не могла набраться смелости. Я думаю, ты заслуживаешь право знать. Я переезжаю в Питер. Уфф, это было непросто. Надеюсь, ты будешь рада этому. Официально, переезжаю я ради учебы в институте, но ещё и потому, что я сильно-сильно хочу с тобой увидеться. Хочу наконец-то поговорить в реальности, услышать твой голос, увидеть вместо смайликов твои истинные эмоции. Знаешь, я никогда ещё не общалась с такими людьми, как ты. Сейчас ты — мой самый лучший друг, и я очень надеюсь, что мой переезд только укрепит нашу дружбу. Мы ещё не ссорились ни разу, и я от этого счастлива… Но даже если мы поссоримся, мы обязательно помиримся, ведь так? Я уже представляю, какой это бред. Не буду перечитывать, иначе удалю, а потом буду снова, в тысячный раз переписывать. Обнимаю, уже совсем скоро по-настоящему. Не могу дождаться!» — прочитала Лия сообщение с телефона. После этого ненадолго воцарилась тишина. — Ну… Это же не так плохо! — робко прервала Марго тишину. — Нет! — взорвалась Лия — Это очень плохо! Она переезжает в Петербург… К нам в Петербург! Я… Я ведь не смогу скрыть свои чувства. Я увижу её лицо, услышу её голос, её заливистый смех… Что, если она не испытывает ко мне то же самое, что я к ней? Я захожу в интернет только ради неё, а вот она… Что, если я для неё лишь второй план! Я не перенесу этого! — она внезапно замолчала, прервав сумбурную речь, и с мольбой взглянула на подругу, в глазах стояли слезы. — Прошу, не говори никому… — Лия… — Марго расплылась в улыбке и искренне обняла подругу. Глаза Марго тоже были на мокром месте. — Поверь, у вас всё будет хорошо. А если нет — ты вернёшься ко мне и к привычному образу жизни. Мы будем смотреть «Друзей», есть пончики, рассуждать о том, какие все козлы и шутить про одиночество и сорок кошек в старости. Что скажешь? — Лия благодарно всхлипнула. А потом девушки сидели, обнявшись, на скамейке, и говорили долго-долго обо всём. Лия спохватилась лишь с наступлением темноты. — Ой! Мне пора! — она ещё раз обняла Марго на прощание и заторопилась домой.       По тёмным улицам и переулочкам она почти бежала, и каждый силуэт прохожего, освещённый медовым светом фонарей, казался ей маньяком. Девушка отчётливо ощущала на себе чей-то взгляд. Уже сидя в своей тёплой и светлой комнате, успокоившись и списав паранойю на переизбыток стресса, Лия кое-что осознала и приняла решение. Она продолжит общение с Вестой как обычно, а там будь, что будет. Уже видеть её рядом будет счастьем. А когда они будут вместе… Тогда она уж что-нибудь придумает, верно? Лия включила ноутбук. Пальцы привычно зависли над клавиатурой, пока их обладательница выискивала слова.       «Привет. — В конце концов написала она. — Прости, что в прошлый раз так убежала.» Отправить. К счастью, Веста была онлайн. «Ничего страшного! — завибрировал ноутбук. — Я всё понимаю. Покажешь мне потом Питер?»       Лия расплылась в довольной улыбке. Жизнь продолжается!