Любимый город, новый дом и никакого скрытого смысла.

      Мы развлекались в подвале у Ларри. Мальчики рубились в приставку, а я сидела на кровати, изредка прибавляя звук магнитолы. Держа в руках пульт, я чувствовала свою безграничную власть.       - Я снова проиграл! – расстроено сказал Салли и подальше отбросил джойстик.       - Ты не виноват что я мастер. – с усмешкой произнес Ларри, сматывая провода. – Если бы ты играл с Эмили ты бы сто процентов победил. Может даже двести.       Я решила сделать вид, что не слышала насмешливых слов. Вместо этого откинулась на жёсткую тахту, тупо уставилась в потолок и слушала, как яростно играет электрогитара.       Рок – не самый любимый мой жанр, но Салли и Ларри его обожают. Говорят с кем поведешься, от того и наберешься. У Ларри есть куча клевых дисков, разбросанных по всей комнате. Те, которые мне особенно нравились, я просила забрать домой, чтобы перекачать на ноутбук. Эти песни обладают невероятной энергетикой, которая доводит меня до мурашек, стремительно покрывающих моё тело. Каждый раз дрожь быстро уходила, меняясь на спокойствие. Не музыка создавала его, а те двое, что сейчас о чём-то болтают. С ними всегда уютнее чем одной.       Общество мальчишек мне нравилось больше, чем девчачье. Я не хочу сказать, что все они легкомысленные дуры и пустышки. Просто с мальчиками всё проще. Они прямолинейны, не станут что-то скрывать. Я всегда искала эти качества в людях. Я улыбнулась про себя и вспомнила, как когда-то я и моя большая банда пошли ночевать на заброшку. Тогда я сильно поцарапалась об железную проволоку, и парням прошлось довести меня домой. Родители и так с неохотой отпустили меня «к подруге», а увидев кровоточащую рану, чуть не прибили на месте.       - Я говорю, может с Салли попрощаешься. – прервал мои мысли Ларри.       - Пока, Салли.       - Пока. Как только закончу, постараюсь вернуться. – сказал он напоследок и ушел.       - Куда это его понесло? – спросила я.       - Отец попросил помочь передвинуть мебель.       Я кивнула и закрыла глаза. Сильно захотелось спать. Не давал мне это сделать шершавый плед, который дико колол ноги. Пока я отчаянно пыталась найти удобную позу, Ларри уже сидел за мольбертом.       - А ты домой не собираешься? – спросил он, сжав между пальцами кисточку.       - Звучит так, будто ты меня выгоняешь... Что рисуешь?       - Просто сцена из головы. – он сказал это предложение по словам. Наверное, не нравится, что его отвлекают. У творческих людей своя атмосфера на рабочем месте. Такой маленький мир, в который они никого не пускают.       Мне было интересно наблюдать, как Ларри ведёт кисточкой по белому холсту, заполняя его цветом. Было сложно разглядеть, что именно он рисует, но в картине преобладали оттенки зелёного. По-моему, это самый уродливый цвет. Он напоминает плесень. Я отвела глаза на висящие на стенах картины. Ларри сам рисовал всё это, трудно представить. Необыкновенно красиво и выглядит так вдохновляюще, что хочется самой попробовать.       - Я хочу порисовать. – сказала я. – У тебя есть что-нибудь на чем мне можно?       Ларри молча слез со стула и достал с верхней полки несколько больших листов бумаги. Потом взял свой инвентарь и сел, скрестив ноги.       - Вперёд. – сказал он. Теперь он не выглядел раздражённо, наоборот, с любопытством глядел на меня. – Постарайся не измазать пол.       Я облегчённо выдохнула и сползла с дивана. Рукой дотянулась до деревянной палитры, тюбиков с краской и кистью, и начала думать: чтобы нарисовать. Цветы, пожалуй, самое лёгкое, но симпатичное. Я отвинтила крышечки от тюбиков с желтой и красной краской. Ларри всегда выдавливает сначала один цвет, потом другой, и перемешивает их. Размазав кистью содержимое, я принялась за дело.       Первая линия вышла кривой, но чем дольше я выводила лепестки, тем лучше у меня получалось. Цветы выходили разной формы и цвета. Они были желтые, оранжевые, красные, синие и фиолетовые. Больше смешивать я не умела. В завершение я решила изобразить бутонам стебельки и пририсовать ленточку, которая как будто связывает букет воедино.       - Готово! – сказала я и вытерла рукой зудящий нос.       - Мило. – сказал Ларри.       Он так же тепло смотрел на меня. Под его спокойным взглядом я была как под прицелом. Ларри улыбнулся и показал пальцем себе на нос.       - У тебя краска на лице осталась. – произнёс он медленно. Его голос звучал как скрежет, словно ему сдавило горло. Но он продолжал улыбаться, и меня начало пугать такое поведение.       - Ну… мне пора. – поспешно вскочила я. - На завтра ещё уроки делать.       Ларри кивнул и уткнулся в картину, которую я оставила лежать на полу. Когда я встала у двери реакции с его стороны так и не последовало. Я прикусила губу и пошла прочь.