Анатомия вервольфа

      — Не сомневайся, я вижу, к чему ты клонишь, — сказал Стайлз. — На словах это звучит здорово, но на практике всё может оказаться совсем иначе. И знаешь почему? Потому что в один прекрасный момент я доберусь до пищеварительной системы, а в толстой кишке нет ничего здоровского. Ну вот совсем.       Дерек, закатив глаза, захлопнул учебник биологии, который сегодня поглощал всё внимание мальчишки. Стайлз вроде как терпеть не мог своего преподавателя, который (так случилось) одновременно был и завкафедры, и потому плевать хотел, что студенты ходили на его лекции только потому, что предмет являлся обязательным. Специализация Стайлза — английский, ясно? Ему не нужно аж столько знать о человеческом теле и о том, как оно фунциклирует. Следовало бы ввести в учебную программу биологию для "небиологов", он бы доплатил за это.       — Просто пропусти внутренние органы.       Стайлз печально вздохнул.       — Знаешь вот эти вот... — он провёл руками по своим бёдрам, — эти места, которые мне так у тебя нравятся? Я узнал, что они называются пояс Адама. Теперь моё любимое место будет постоянно напоминать о поддерживающем корсете для стариков. Дерек, эта классификация убивает мою эрекцию.       — А ты не будешь против, если я разденусь, лягу на кровать и побуду живым учебным пособием?       Дерек снял рубашку, затем футболку и лениво провёл руками по груди, вызвав у Стайлза небольшое слюноотделение.       — Ну, если ты так ставишь вопрос, то нет, не буду, — он отошёл от стола и сосредоточился на представшей перед ним картине. Затем покрутил пальцем и пошевелил бровями: — Можешь немного потанцевать, пока раздеваешься.       Дерек смотрел на него спокойно и серьёзно. Нет, он не собирался танцевать, зато обнажился очень быстро. Притянув Стайлза к себе, он избавил и его от одежды с решительностью, которая дико возбуждала.       Дерек растянулся на постели, и Стайлз растерялся, куда смотреть: на точёные линии прекрасного тела или в безмятежные глаза. Каждый раз, видя его таким, Стайлз терял самообладание.       — Иди сюда, — Дерек протянул руку. Стайлз взял её и позволил уложить себя на длинную односпальную кровать. Места не хватало, но Дерек раскинул ноги, заставил Стайлза встать на колени между ними и положил его руку себе на лоб: — Начинай отсюда.       Поначалу мальчишка чувствовал себя глупо, водя пальцами по его лицу и сбивчиво произнося названия костей и мышц. Пока не дошёл до рта. Дерек приоткрыл его и с помощью языка медленно, с наслаждением втянул два пальца внутрь. Стайлз не мог этому противиться — даже натурал или лесбиянка не смогли бы.       Лёгкий трепет возбуждения пронизал Стайлза, пока едва ощутимо, когда Хейл одобрительно хмыкнул. Мальчишка расслабился и погладил его язык, после вытянул пальцы и обвёл по очереди губы, подбородок, скулу, шепча: "Нижняя челюсть... орбикулярис орис... альвеолярный отросток..."       Дерек улыбнулся, ободряя и завлекая, и Стайлз не смог удержаться, чтоб не поцеловать его, смакуя губы и проникая в рот. Хейл впустил его, переплетая языки, и пробормотал "продолжай", что Стайлз и сделал.       Он проводил ладонью от шеи вниз по ключице, не забывая перечислять:       — Грудино-ключично-сосцевидная мышца... Ключица... Большая грудная мышца... — за пальцами следовали губы. Распаляясь всё больше, Стайлз тяжело дышал Хейлу в шею, сбивая дыхание и ему.       Стайлз спускался всё ниже по рукам до кончиков пальцев ("фаланги"), потом по груди, легонько царапая ногтями соски, вниз по бёдрам ("глутеус медиус"), обводя изгибы мизинцами. Он очертил языком каждый дюйм торса, каждую ложбинку; покусывая контуры мышц, он произнёс название каждой, доводя оборотня до трепета.       — Стайлз.       Стайлз заглянул в его помутневшие, затуманенные желанием глаза, затем наклонился, вновь захватывая рот.       — Люблю, когда ты такой, — сказал он, сползая вниз, обходя потвердевший (как и его собственный) член, чтобы уделить больше внимания бёдрам. Потом спустился ещё ниже, пока не дошёл до пальцев на ногах.       Дерек выглядел одурманенным, немного не в себе, он дрожал и прогибался, будто потягивался после сна. Сердце мальчишки разрывалось на части, как и всегда, когда в его руках оказывалось такое податливое и готовое на всё тело. Оно принадлежало только ему и никому больше.       Стайлз ладонями раздвинул бёдра и согнулся над ними. Обдал влажным выдохом член и яйца, и Дерек упёрся руками в стенку над головой, оставляя на ней следы когтей. Стайлз подвинулся ртом ниже, мышцы под его ладонями напрягались и расслаблялись в предвкушении.       Благодаря волчьей регенерации Дерек всегда был узким, будто в первый раз, Стайлз на другое и не рассчитывал. Он любил раскрывать и подготавливать мышцы Дерека, лаской прокладывая дорогу языку, потом пальцам и, наконец, члену. Стайлз мог часами заниматься риммингом (и делал это), давая своему рту лишь короткие передышки и погружаясь вновь — лишь бы слышать стоны Дерека.       Короткие всхлипы, нетерпеливые стоны, прерывистые вздохи — у Хейла они выходили соблазнительными до чёртиков, и это завораживало Стайлза.       Когда его пальцы проникли в проход рядом с языком, Дерек превратился в желе. Стайлз рискнул посмотреть вверх: оборотень бессмысленно пялился в потолок, широко раскрыв рот и судорожно дёргая руками.       Стайлз нащупал простату, но Дерек не вздрогнул и не задрожал, как это обычно случалось с мальчишкой в похожей ситуации. Он только громко и протяжно застонал, оставляя на стене новую порцию царапин. Его шея выгнулась, когда Стайлз потёр его промежность. Возбуждённому до предела мальчишке срочно требовалось оказаться внутри.       Стайлз вытащил спрятанную под матрасом смазку и обмазал два пальца. Он стал энергично растягивать вход, одновременно обсасывая яйца оборотня.       — Ох, Стайлз, — жаркий невнятный голос заставил его вздрогнуть и добавить ещё один палец. — Так, именно так...       Когда конец Стайлза протолкнулся внутрь, мышцы Дерека с готовностью обхватили его, несмотря на недавнюю девственную узость. Стайлз плавно скользнул до упора, рвано выдохнув:       — Блядь, Дерек, блядь...       Дерек подхватил медленный, но уверенный ритм, его глаза загорелись красным, когтистая ладонь надрачивала член в одном темпе с толчками. Отпустив себя, он отдавался полностью, без остатка. Почувствовав близкий финал, оборотень стиснул зубы.       — Куда кончать? — Стайлз также не собирался долго тянуть. — В тебя или... ?       — И так и так... — тяжело выдохнул Дерек, настигнутый бурным оргазмом.       Толкнувшись ещё несколько раз, Стайлз начал изливаться. После пары импульсов внутри он вышел и выплеснул остатки на член Дерека. Закончив, размазал сперму по уже помягчевшему концу оборотня, по его соскам и шее.       Удовлетворённо порыкивая, Хейл притянул дрожащего от перевозбуждения мальчишку к себе и уткнулся ему в ключицу.       — Надеюсь, ты понимаешь, — через минуту прохрипел Стайлз осипшим голосом, — что мой неминуемый и очень неуместный стояк во время контрольной будет на твоей совести.       Глядя ему в глаза, Дерек самодовольно улыбался.