"На брудершафт!"

      Ве­тер за­вы­вал за ок­ном, го­няя але­ю­щие за­ка­том об­ла­ка. Не до кон­ца за­на­ве­шен­ные што­ры поз­во­ля­ли по­след­ним лу­чам солн­ца про­би­рать­ся в ком­на­ту, осве­щая яр­ки­ми бли­ка­ми пар­кет и спол­зая с обо­ев. С каж­дой ми­ну­той ста­но­ви­лось всё тем­нее, и за­кат уже до­го­рал на го­ри­зон­те, остав­ляя по­сле се­бя толь­ко ры­жую, слов­но ман­ри­ков­ские во­ло­сы, по­лос­ку, а че­рез па­ру ми­нут и во­все ни­че­го. Един­ствен­ным осве­ще­ни­ем в ком­на­те оста­лось пла­мя в ка­ми­не, ко­то­ро­го для мар­ша­ла с ору­же­нос­цем бы­ло впол­не до­ста­точ­но. Да и для сов­мест­но­го рас­пи­тия ви­на, как ока­за­лось, то­же.       Ричард на миг по­шат­нул­ся, вста­вая с крес­ла, и креп­ко вце­пил­ся в рез­ные руч­ки, дабы не упасть. Ка­жется, Алва это­го да­же не за­ме­тил, впрочем, сложно отследить взгляд, скрытый под се­нью тём­ных рес­ниц. Они си­де­ли в мол­ча­нии вот уже не­сколь­ко ми­нут, и, по­хо­же, кэнал­лий­ский гер­цог не со­би­рал­ся пред­при­ни­мать ка­ких-ли­бо по­пы­ток за­вя­зать раз­го­вор, его занимали лишь огонь в камине, да кубок на столе, как будто оруженосца в этой комнате не существовало последние минут пятнадцать как минимум. Так от­че­го бы и не... «По­сле двух или трёх вы­пи­тых бу­ты­лок… Мо­жет Во­рон да­же не вспом­нит, всё рав­но… » — на­ко­нец по­ду­мал Дик, вы­пря­мив­шись (как ему ка­за­лось) в пол­ный рост. — «Ли­бо сей­час, ли­бо ни­ко­гда, ведь раз уж встал, то или уй­ду от­сю­да ни с чем, или сделаю то, что со­би­рал­ся с са­мо­го на­ча­ла».       Ко­неч­но, вли­тое в те­ло и гре­ю­щее ду­шу кэнал­лий­ское до­ста­точ­но со­дей­ство­ва­ло до­бав­ле­нию уве­рен­но­сти в соб­ствен­ном ре­ше­нии и да­ва­ло сме­ло­сти для это­го ша­га, но Ричард не был уве­рен до кон­ца. Все­го лишь три сло­ва, ну ка­кая в этом слож­ность! А слож­ность ве­со­мая: «Ро­кэ Ал­ва» — это вам не шут­ки. Ни­кто не зна­ет, что от не­го ждать, ни в пья­ном, ни, тем бо­лее, в трез­вом ви­де. Лад­но, ху­же уже не бу­дет!       Не­твёр­дым ша­гом ору­же­но­сец та­ки дви­нул­ся впе­рёд, слов­но вы­хо­дец, на­прав­ля­ясь к чу­жо­му крес­лу. Этим он за­слу­жил за­ин­те­ре­со­ван­ный взгляд си­них глаз. Эх, те­перь уже точ­но ни ша­гу на­зад! Раз ре­шил­ся — до­во­ди до кон­ца. Он не может по­жа­леть об этом!       Ко­вёр скра­ды­вал ша­ги, и они ста­но­ви­лись не­за­мет­ны­ми, но Ричард пред­по­чёл бы их слы­шать. Со­вер­шен­но не чув­ство­ва­лись соб­ствен­ные дви­же­ния, хо­те­лось хо­тя бы знать, что дей­стви­тель­но идёшь, а не за­ни­ма­ешь­ся са­мо­об­ма­ном. Идёшь, спо­ты­ка­ешь­ся об чу­жие но­ги… Раз­руб­лен­ный змей, нет! Всё бы­ло так хо­ро­шо до это­го мо­мен­та! Впро­чем, Ди­кон не от­ри­цал, что си­деть на ко­ле­нях у (даже?) рас­те­ряв­ше­го­ся в этой си­ту­а­ции мар­ша­ла то­же от­но­си­тель­но не­пло­хо, но на ко­ле­нях эра си­деть нель­зя и во­об­ще… Луч­ше по­ско­рее с не­го слезть! — Юно­ша, Вы толь­ко за этим сю­да шли? — Ли­цо Ал­вы, во­пре­ки всем ожи­да­ни­ям, оста­ва­лось со­вер­шен­но спо­кой­ным, раз­ве что взмет­нув­ша­я­ся к вер­ху бровь при­да­ва­ла ему слег­ка на­смеш­ли­вое вы­ра­же­ние. Ричард сму­тил­ся и тут же по­пы­тал­ся встать на но­ги — на­ви­сать над Во­ро­ном бы­ло не­лов­ко до край­но­сти — но Ро­кэ не поз­во­лил ему это­го сде­лать, на­роч­но при­тя­нув ору­же­нос­ца к се­бе.       По­ве­ли­тель Скал, окон­ча­тель­но те­ряя рав­но­ве­сие, схва­тил­ся за чу­жие пле­чи, по­то­му как про­дер­жать­ся и не сполз­ти на ко­вёр у не­го не бы­ло бы ни­ка­ких шан­сов. Мыс­ли некста­ти за­пу­та­лись, слов­но мор­ские во­до­рос­ли, и те­перь бы­ло слож­но вы­удить ка­кую-то од­ну, ко­то­рая б объ­яс­ня­ла, по­че­му он так и не встал, по­че­му его уса­ди­ли на чу­жие ко­ле­ни и по­че­му он да­же не от­пи­ра­ет­ся, а даже си­дит, слег­ка при­об­няв… Лад­но, по­след­нее ещё мож­но бы­ло спи­сать на то, что ина­че Ричард про­сто бо­ял­ся упасть. Толь­ко и все­го, ко­неч­но, да… Но при­чи­ну, по­че­му гер­цог так не­поз­во­ли­тель­но близ­ко к ли­цу, бли­же, чем мож­но в по­доб­ной си­ту­а­ции, не объ­яс­ня­ло ни­че­го!       Од­на ру­ка Ал­вы уже успе­ла по-хо­зяй­ски за­брать­ся на та­лию ору­же­нос­ца и за­гре­сти прак­ти­че­ски не со­про­тив­ля­ю­ще­е­ся те­ло по­бли­же, ко­гда вто­рая уже неж­но по­гла­жи­ва­ла ру­сую го­ло­ву, словно дивную зверушку, про­пус­кая сквозь паль­цы при­ят­ные на ощупь пря­ди. Не­ожи­дан­но до Ди­ка до­шло, что он уже успел рас­по­ло­жить­ся по­удоб­нее и при­льнуть го­ло­вой к мар­шаль­ской гру­ди. О Ле­во­ру­кий, что же тво­рит­ся… Он пред­при­нял по­пыт­ку вы­рвать­ся из креп­ких рук, но осо­бо­го успе­ха не до­бил­ся. — Так, юно­ша, — пре­рвав не­лов­кую ти­ши­ну, за­го­во­рил Ал­ва, — от­веть­те же на мой во­прос… — Ричар­ду до смер­ти не хо­те­лось при­зна­вать­ся, что он уже и за­был, о чем имен­но спро­сил его эр, но, су­дя по все­му, тот и так всё по­нял, — За­чем Вы при­шли? По­си­деть у ме­ня на ко­ле­нях? Я Вам не ма­туш­ка, Ок­делл. — Я н-не… — Срав­не­ние с ма­туш­кой окон­ча­тель­но вы­би­ло из не­счаст­но­го весь из­на­чаль­ный на­строй, а язык яв­но не хо­тел слу­шать­ся, — Я… — Тут он сно­ва за­пнул­ся, по­сле че­го со­брал­ся с по­след­ни­ми си­ла­ми, что­бы при­знать­ся, — Ро­кэ… — Из­воль­те, я не при­пом­ню, что­бы мы с ва­ми пи­ли на бру­дер­шафт, — насмешливо обо­рвал его на­деж­ды на счаст­ли­вое раз­ре­ше­ние си­ту­а­ции Во­рон. Хмель­ный мозг Ди­ко­на под­ска­зы­вал, что здесь он, по­хо­же, яв­но вяк­нул лиш­не­го. — Ч-что? Нет! Я… Я ска­зал «эр Ро­кэ»! — встре­пе­нул­ся ору­же­но­сец. — Зна­чит, Вы что-то от ме­ня хо­те­ли? — Взгляд из удив­лён­но-иро­нич­но­го стал бес­страст­ным. Впро­чем, го­ря­щие внут­ри си­них глаз ог­ни сби­ва­ли это ощу­ще­ние на­пу­щен­ной хо­лод­но­сти. Или это про­сто бли­ки от ка­ми­на?.. — Нет! — То­гда за­чем зва­ли? — Я… — Сей­час или ни­ко­гда! Ну нет, луч­ше ни­ко­гда, чем при­зна­вать­ся по­сле та­ко­го по­зо­ра, но от­ве­чать что-то всё рав­но при­дёт­ся. При­шлось от­ку­пать­ся са­мым без­дар­ным спо­со­бом, — Не зна-аю… — Ну и ну, — при­свист­нул гер­цог, — А ещё зо­вё­те се­бя По­ве­ли­те­лем Скал, хо­тя смут­ны и зыб­ки в мыс­лях, как во­да. Под стать При­дду. Ко­неч­но, не ис­клю­че­но, что всё это из-за ко­ли­че­ства вы­пи­то­го. Хоть в чём-то Вы уве­ре­ны? — Ни в чём, н-на­вер­ное… — не­сме­ло про­тя­нул Дик, сда­ва­ясь. — Зна­чит, и во мне то­же? — Я хо­тел бы Вам до­ве­рять до кон­ца, мон­си… мо­н­рье… мон­се­ньор. — Ка­жет­ся, Вы со­вер­шен­но не учи­тесь. Я же го­во­рил Вам — не до­ве­ряй­те ни­ко­му. Осо­бен­но мне. Но раз уж та­кое де­ло… То­гда да­вай­те вы­пьем на бру­дер­шафт! — Как буд­то это ста­нет мне га­ран­ти­ей, — от­че­го-то хмык­нул Ричард, про­тя­ги­вая ру­ку к сто­лу, что­бы на­лить ви­на се­бе и мон­се­ньо­ру. — Ста­нет, юно­ша, опре­де­лён­но ста­нет. Толь­ко от­веть­те на во­прос… Вы зна­е­те, как со­вер­ша­ет­ся дан­ный ри­ту­ал? — Ну ра­зу­ме­ет­ся! — И как он сме­ет со­мне­вать­ся в его по­зна­ни­ях! Дик раз­лил по бо­ка­лам ви­но, умуд­рив­шись про­лить по­ло­ви­ну ми­мо. — То­гда… — На бру­дер­шафт! — Они од­но­вре­мен­но хлеб­ну­ли «Чёр­ной кро­ви», смот­ря друг дру­гу в гла­за. От рез­ко­сти дви­же­ния пе­ред гла­за­ми по­плы­ли чер­ные кру­ги, из-за че­го Ричард чуть не сва­лил­ся с чужих ко­лен, но Алва дер­жал его креп­ко и не да­вал упасть. На­до бы­ло чуть-чуть мед­лен­ней… Толь­ко си­ний взгляд, ис­кря­щий­ся ве­се­льем, цеп­лял и не да­вал пол­но­стью по­те­рять се­бя в этих... этих...       Дик на се­кун­ду при­крыл ве­ки, что бы вос­ста­но­вить здра­вость (хо­тя ка­кая уже в та­ком со­сто­я­нии здра­вость!) мыс­ли, но не­ожи­дан­но по­чув­ство­вал, что его кто-то це­лу­ет. Со­всем лег­ко, в гу­бы, но до­ста­точ­но, что­бы по­чув­ство­вать се­бя не­лов­ко. Ору­же­но­сец ми­гом от­крыл гла­за и от­толк­нул гер­цо­га. Не всё так сра­зу! Он ведь даже еще не признался! — Да как Вы сме­е­те! — Меж­ду про­чим, обы­чай це­ло­вать во вре­мя бру­дер­шаф­та яв­ля­ет­ся до­ста­точ­но рас­про­стра­нён­ным на юге. Вы не зна­ли? — Ко­неч­но, знал, как не знать, ес­ли ты чи­та­ешь биб­лио­те­ку, со­бран­ную мно­го­чис­лен­ны­ми со­бе­ра­но Кэнал­лоа… Но это вы­ле­те­ло из го­ло­вы, чест­но! — Из-зви­ни­те, я… за­был… — Но Вы раз­ве не хо­те­ли за­ру­чить­ся вза­им­ным до­ве­ри­ем? — Мол­ча­ли­вый ки­вок по­слу­жил ему от­ве­том. — То­гда поз­воль­те мне всё же за­вер­шить все подобающе. — Х-хо­ро­шо… — Ричард сно­ва за­крыл гла­за и по­крас­нел. Ну, Во­рон по-сво­е­му прав, в этом есть не­кая ло­ги­ка… На­учить­ся до­ве­рять. Не поз­во­лишь же так про­сто це­ло­вать се­бя, не зная че­ло­ве­ка до­ста­точ­но близ­ко! Да и, в кон­це кон­цов, он сам стре­мил­ся к это­му, хо­тел про­сто при­знать­ся в люб­ви, а по­лу­чил сверх то­го, да­же не успев тол­ком по­нять…       Су­хие гу­бы тут же впи­лись в чу­жие, сми­ная их, и на этот раз мар­шал опре­де­лён­но не со­би­рал­ся огра­ни­чи­вать­ся по­верх­ност­ным по­це­лу­ем. Ричар­ду во­лей-не­во­лей при­шлось от­ве­тить, поз­во­лив Ал­ве зайти даже несколько дальше, чем было бы допустимо. Дей­стви­тель­но, за­чем те­рять та­кую воз­мож­ность? Ощу­тить это всё на се­бе луч­ше, чем чи­тать в ро­ма­нах. Хо­тя в ка­ких ро­ма­нах опи­сы­ва­ет­ся по­це­луй муж­чин-кров­ни­ков?.. Да ни в ка­ких!