The Light Behind Your Eyes

Прошла неделя с того момента, как они едят в тишине вместе. Несмотря на то, что поначалу он был в шоке от того, что Тайлер сидит перед ним, но потом чувство растерянности переросло в странный вид удовольствия. И несмотря на тишину между ними, Тайлер бал этим доволен и даже не пытался заговорить первым. Но у Джоша, который являлся любопытным котом, как его называл его брат, был вопрос. Сотни вопросов. Это лишь вопрос времени, предполагал он, прежде чем задать их. Это было совершенно не запланировано и неожиданно, когда однажды в среду, когда Тайлер как обычно тихо сел перед ним, он не спрашивает разрешения на это уже очень давно, пока он разглядывал свой сэндвич с арахисовым маслом, он наблюдал за мальчиком, смотрел, как он раскрывал свой бутерброд. Вопрос вытек, как вода между пальцев. — Зачем ты садишься со мной? Тайлер поднимает взгляд. Его карие глаза немного шире, чем обычно, и, Джош слишком любопытный, но в его глазах сверкают красные искры. Он сглатывает и хмурится, когда понимает, что его щеки начинают краснеть. Они часто так делают. Затем он понимает, как звучал его вопрос. — Прости, — он быстро отбрасывает свою еду на стол, поднимая руки, сейчас его лицо красное, как помидор, по его мнению. — Мне нравится, что ты сидишь со мной, не пойми меня неправильно, я просто хотел сказать… Он нервничает, а слова теряются, когда он понимает, что Тайлер пристально следит за ним. Он снова смотрит вниз, его лицо абсолютно красное, а тело смущенно каждой клеткой. Он не удивится, если Тайлер сейчас встанет и сядет за стол со своими друзьями (где он и должен сидеть, а не с жирным второкурсником, который сидит на самом заднем столе-лузеров), а глаза щиплет от слез, которые подступают от мысли, что он только что разрушил единственный шанс на дружбу. — Ты плачешь? Он быстро смахивает слезы рукой, и его же удивление тому, что он слишком эмоционален, заставляет плакать снова. Прекрати плакать, голос его отца разносится эхом в ушах. Прекрати быть такой плаксой. Рука ложится на его спину, и Джош инстинктивно вздрагивает и уже готов свернуться в клубочек, но рука нежно гладит его по спине, проливая теплый красный свет в его холодную синюю душу. Это приятно и утешительно. И лавандово. — Не плачь, — тихо говорит Тайлер, в его голосе слышны нотки паники. — Меня отчислят, если подумают, что я довел тебя до слез. Это заставляет Джоша плакать, он начинает сильно тереть глаза ладонями, икать и задыхаться. — Эй, если ты перестанешь, я отведу тебя в одно место. Это предложение шокирует Джоша, и он перестает плакать, мягко говоря. Он смотрит на Тайлера, ожидая увидеть на его лице усмешку или жестокость, чтобы затуманить глаза, прежде чем рассмеяться в лицо, но его глаза пронзают его душу. Он беспокоится. Может быть, даже немного волнуется. — Нет… нет, ты не должен, — мямлит он, его голос немного хрипит из-за слез, а смущение снова возвращается, ведь он заставил другого ученика чувствовать себя так, будто он должен заботиться о нем. — Прости за то, что расплакался. Я уже в порядке. Он встает из-за стола, забирая свой полу-съеденный сэндвич, направляясь к выходу из столовой. Тайлер хватает его за рукав, прежде чем он уйдет, и смотрит на него суженными глазами. — Встретимся возле зданий после школы, ладно? Джош долго пялится на него. Когда он видит, что в его глазах горит решимость и молчаливая просьба просто сказать «да», Джош грустно кивает, игнорируя желание задохнуться и исчезнуть.