Течение мыслей

      «Неужели всё закончилось?..» – единственный оставшийся вопрос, осевший густым туманом в разуме каждого студента суровой зимней порой, которая ознаменовала конец января. Если ты спросишь о «сессии» у этих бедолаг, то они с уверенностью скажут, что это самый страшный на земле Ад для тех, кто старается вклиниться в границы взрослой жизни. Не обошло стороной такое грандиозное событие и обычную среднестатистическую группу учащихся на первом курсе престижного высшего заведения, которым кое-как, но удалось пройти испытания вместе и не растерять никого по пути к финишу и ожидающей после него свободе.       День с каждой минутой близился к ночи, тем не менее это совершенно не останавливало молодых людей, переживших настоящее безумие в мрачных аудиториях, куда входили лишь после того, как пройдут все стадии, обречённых на смерть, начиная от отрицания и заканчивая маской безысходного принятия. Поэтому отметить окончание экзаменов масштабнее Нового Года им никто не смеет запретить, даже если в дверь снятой по дешёвке квартиры постучатся люди в полицейской форме.       Но пока маленькая группа, состоящая из двенадцати человек, поедала домашние салаты и пила до дна дорогое вино и шампанское, бутылки которых куплены с оправданием того, что они их заслужили. Даже если при этом бедным студентам придётся остаться практически без единого гроша в кармане.       Все ликовали и праздновали. Все, кроме него. Куромаку, этот седоволосый парень, чей логический ум затмит любого самого известного доктора наук, никогда не любил такого рода собраний. Он не хотел связываться с бессмысленными гуляньями, но ему просто не оставили твёрдого выбора и заставили пойти на этот шаг. Поэтому сейчас парню куда комфортнее находиться на балконе среди старого и забытого хозяевами хлама, коим забито всё пространство своеобразной комнаты.       Маку слегка касался спиной высокого подоконника, скрестив руки на груди. Он предпочёл держать глаза закрытыми, дабы лишний раз не напрягать зрение. Мысленно прикрывал уши ладонями, иначе шум мог окончательно свести с ума. Тем не менее, от звуков убежать не получается, и умнейшему на всём потоке студенту нехотя приходится повернуть голову в сторону подозрительного шороха. И как только его глаза резко распахнулись, по балкону пронеслось испуганное «ой».        - Прости, Куро, я побеспокоила тебя? – Куромаку сложно сфокусироваться в полумраке. Однако не так трудно в фигуре, на которою со стороны гостиной падал мягкий свет, распознать Клеопатру, держащую в руках два фужера с шампанским. Один из них она мгновенно протянула одногруппнику. – Просто ото всех исходит яркий свет, а здесь повисла мрачная печаль, которую сложно не почувствовать.        - Я не являюсь поклонником таких сборищ, поэтому нет существенной разницы, буду ли я находиться здесь или со всеми, – сколько Маку знал, обладательница длинных синих волос время от времени могла говорить странные вещи, которые сложно было расшифровать на обычный язык. Тем не менее парень посчитал, что и такого ответа на последнее предложение ей будет вполне достаточно. – Хотя я удивлён твоему появлению на данном застолье. На любые собрания ты отказывалась приходить. Что изменилось на этот раз? – вопрос почему-то рассмешил её.        - В этом нет ничего необычного. Просто даже своим появлением мне хочется выразить ребятам свою благодарность за все дни, проведённые бок о бок, – после вполне логического ответа настала напряжённая тишина, которая в итоге была резко прервана Куромаку.        - Клеопатра, – девушка заметно вздрогнула. Так к ней обращаются крайне редко, если она с чем-то не справилась, – позволь мне задать вопрос, – тонкие пальчики крепко сжали ножку бокала, выдавая волнение и страх. Но, даже приметив странное поведение, парень продолжил:        - Уже продолжительное количество времени всю нашу группу мучает одна вещь. А раз у меня появился шанс во всём разобраться, то я рассчитываю, что ты сможешь пролить свет на сомнения. Они зародились и укреплялись, стоило тебе прервать преподавателей на полуслове, ответить на не заданный вопрос и сделать это безупречно, что даже у меня не возникало желания опровергнуть слова, – будто бы сдержав драматическую паузу, Куро вздыхает и решительно продолжает. – Неужели ты умеешь читать мысли?       Клео будто совсем окаменела и застыла с чуть приоткрытым ртом. Её взгляд полный отчаяния направлен на бокал, и она не смела поднять глаза. Руки слегка дрожали. Всё это поведение выдавало одногруппницу.        - Ты ведь понимаешь, что молчание логически приводит к положительному ответу, раз ты не спешишь опровергнуть мои предположения, – Куромаку вздохнул, покрутив всё ещё полный фужер в руке. Клеопатра перевела на него взгляд, наполненный мольбой и надеждой.        - Я не хотела, чтобы ты заводил эту тему. Но сама позволила этому случиться. Поэтому у меня будет лишь одна просьба к тебе, – девушка, чью красоту можно было сравнить с правительницами Египта, стойко держалась, но тихий голос выдавал её состояние, отчего казалось, что она вот-вот расплачется, – никому не рассказывай об этом, пожалуйста. Они не должны узнать.        - Раз ты так говоришь, то у тебя есть веские причины просить меня об этом, безоговорочно доверившись, – глоток шампанского обжигает рот, глотку, а за ними и остальное тело парня. Скривившись, решает отставить бокал подальше от себя.        - Просто я знаю, что ты хороший человек, – на несколько секунд лицо Клео украсила лёгкая улыбка, тут же скрывшаяся за маской печали. – Эта сила является моим проклятием. Стоит кому-нибудь узнать, как люди или стараются использовать её в собственных целях, или вовсе отворачиваются от меня, не скрывая лютой ненависти к моей способности, – возводит взгляд к потолку, словно он стеклянный, и сквозь него прекрасно виднелось звёздное небо. – Но такова моя судьба – захлёбываться и тонуть в потоке чужих мыслей. И ни врачи, ни другие учёные и специалисты не в силах спасти меня. Они лишь разводят руками и заявляют, что это просто невозможно. Поэтому и остаётся скрывать всё от общества. Но я клянусь... Клянусь своими силами, что не использовала их в личных целях!        - Клятва может и даёт стопроцентную гарантию на правдивость слов, но никогда не смей клясться тем, что важно для тебя самой, – поправляет очки, но одногруппница продолжает чего-то ожидать от него. – Будь уверена, я не расскажу твою тайну.        - Спасибо, – благодарность чуть полностью не тонет в фейерверке, которые ушли запускать остальные ребята, оставив парочку делить друг с другом одиночество на балконе.       Буйство красок тут же привлекло всё внимание Клео. Однако стоило салюту взорваться в нескольких метрах от окна, как девушка вздрагивала, подпрыгивала на месте, но продолжала заворожёно наблюдать. Маку усмехнулся. Его немного забавляла вся ситуация, хоть теперь придётся куда тщательнее скрывать свои мысли. Ведь велика вероятность того, что та, кто так внезапно ворвалась в его расписанную наперёд судьбу, могла узнать о полной готовности пойти на всё ради того, чтобы слышать её звонкий смех. Думает, что когда-нибудь сможет избавить от «проклятия», если одногруппнице будет от этого лучше. Ему не добиться этого сейчас, так что пока…       Парень вновь берёт в руки бокал и произносит:        - За тебя, – он совершает самый неожиданный поступок для самого себя, выпив всё шампанское, которое только было налито в фужере.       Алкоголь огромным пожаром проникает внутрь, но это пустяк по сравнению с кротким взглядом, отведённым в сторону, чтобы скрыть смущение, и мимолётной улыбкой столь необычного человека в жизни Куромаку.