Запахи наших рассветов

      Утро, первое сентября. Что может быть хуже? Выпускной класс, вот что. Сергей проснулся от звука будильника и пошел собираться в школу. Остался один учебный год и все. Ну, относительно все. Дальше будет универ, работа. И так до конца жизни.        Сергей не думает о своей паре. У него ее нет. Да, ему почти семнадцать, но он так и не нашел своего соулмейта. Знак, который должен объединять его с парой, он прятал и говорил всем, что у него есть пара. Этим знаком являлась татуировка со строчкой из стихотворения Бродского. Продолжение должно было быть у его соулмейта. Но как рассмотреть запястье человека, если вы не знакомы? Подойти, схватить человека за руку и начать рассматривать?        Эта строчка должна была быть на запястье. У Сергея было вытатуировано «Глаза их полны заката». Значит, у его пары должно было быть «Сердца их полны рассвета». Сергей давно смирился и не искал свою пару. Для него это было трудно.        С этими мыслями он собрался в школу. Убрал кровать, заплел хвостик, умылся и оделся. Оделся он не в парадную одежду, это был не праздник для него. Идеальным вариантом были джинсы и серая толстовка с капюшоном. — Ма, я ушел, буду вечером, — сказал он и ушел, хлопнув дверью.

***

— Итак, ребята, начался новый учебный год. Я не буду рассказывать о том, какой сложный период вам предстоит. Надеюсь, что вы сами это понимаете. — да-да, у нас не было линейки, сразу начался классный час. Арсений Сергеевич, наш классный руководитель, решил не промывать нам мозг. И за это плюсик ему к карме. — Извините за опоздание, я слишком долго искал кабинет, — сказал какой-то парень, зашедший в кабинет. Он был примерно моего роста, и меня это радовало. — А это наш новенький. Дмитрий Позов, так, да? Присаживайся на свободное место, — сказал Арс. По счастливому стечению обстоятельств единственное свободное место было рядом со мной. Я сижу на последней парте возле окна, и мне очень нравилось сидеть одному. — Окей, — быстро пробормотал Дима. Спустя мгновение сумка соседа оказалась на месте рядом со мной, а вскоре и сам парень сидел рядом. — Хей, привет. Я Дима, а ты? — а он, видать, дружелюбный человек. — Сергей. Серёжа. — я протянул руку для приветствия. Когда мы жали друг другу руки, я увидел на запястье татуировку. — Эм, извини за вопрос, но у тебя есть соулмейт? — я долго не решался задать этот вопрос. — Ничего страшного. Соулмейта у меня нет, но я в поиске, — сказал Дима и показал свое запястье, — Вот, ищу человека с началом фразы, — и, чёрт возьми, там было продолжение моей фразы. Сказать, что я был в ауте — ничего не сказать. — Ясненько. Ну, удачи в поисках, — пробормотал я уткнулся в телефон. Ну-у-у, этот учебный год будет веселым.

***

      Прошёл учебный год. Много было веселого и не очень. Дима и Сергей стали лучшими друзьями. Дима все так же искал соулмейта и не огорчался, а Сергей не палил, что это он. Все было хорошо. За исключением одного: Сергей понял, что абсолютно и бесповоротно влюбился в Диму.        — Ну что, пойдем мы бухать в честь окончания учебного года? — да, я очень давно хочу набухаться. Из-за не разделенной любви, ну, и экзамены нервы потрепали. — Ну, я не очень люблю это, но с тобой могу сходить, — да, Дима был очень хорошим другом.

***

— Сергуль, ну зачем ты набухался-то так? Ну вот и как мне тебя тащить домой? — Диму-у-уля-я-я, пошли на крышу-у-у, скоро рассве-е-т, — я сказал это на распев, ну, бухой же, хотя и не настолько. — Пошли, но если ты упадешь с нее, я не буду собирать тебя с земли. Дима затащил меня на крышу пятнадцатого этажа. О да, сегодня мы бухали у элиты нашего класса. — Серёж, я тут подумал. А почему ты никогда не рассказывал про своего соулмейта? — Дима, ну зачем так не вовремя? — А что? — Ну, просто у тебя же он вроде есть. И я хотел сказать... В общем, у меня появились какие-то чувства к тебе. Я понимаю, что ты не гей, и у тебя есть пара, что это неправильно, но я, кажется, влюбился в тебя, — эх, Дима, как же я сейчас счастлив. — Да, Дим, у меня есть соулмейт. Но мы не пара, — сказал я и оттянул рукав с браслетами. Дима сперва непонятливо, потом с удивлением смотрел на мою руку. — И ты молчал? Ты молчал с начала учебного года? Офигел? — Дима был вне себя от ярости. Я молча наклонился и поцеловал его. Дима опешил, но не отторгнул меня. Этот поцелуй был невинный и легкий, он был полон любви и чувственности.        Светало. Солнце поднималось над городом, а мы сидели и целовались. Это было начало. Начало чего-то светлого и нового.