История государства Панемского: подобранные на земле страницы

      И всё-таки Равинстилл, первый президент возрождённого Капитолия, был человеком с большим чувством юмора… Немножко замогильного, но всё же юмора. Заставить всю страну ломать голову над вопросом, почему придуманные им игры — «голодные»… Конечно, когда читаешь слово «голод», инстинктивно пробивает дрожь. Она зарождается где-то в районе затылка и пробегает по спине до самого копчика, выворачивая внутренности. Одним удачным названием президент сыграл партию удава посреди панемских кроликов, но только очень немногие, в основном обитатели Квиринала, кое-кто на Целии, да ещё в бункере Тринадцатого поняли всю глубину его издевательской насмешки. Если вас интересует моё мнение, мнение Харпера Хендриксзона де Кёйта, едва ли кто-нибудь в резервациях, которые вы зовёте дистриктами, уразумел в чём дело. Согласитесь, что именно мы, буры, лучше других знаем о том, что было в этом мире до того, как здесь появились все ваши «капитолии»… И потому до сих пор среди некоторых бурских кланов живёт молва, что Квинт был одним из наших, потому что он слышал о «Голодном порте» или, как назвали его перед смертью сами сгинувшие обитатели — «El Puerto del Hambre»…       Их было более трёхсот человек. В основном мужчины, некоторые с семьями и детьми. Они приплыли на тринадцати кораблях и высадились на один из наших берегов, чтобы построить здесь город. С башнями, бастионами, пушками и храмами. Во славу их собственного вождя, живущего далеко за океаном в восточной стороне.       Они привезли с собой мотыги и серпы, зерно для посевов и несколько лошадей, чтобы тянуть плуг. Но никто им не сказал, что здесь холодно и подолгу лежит снег. Первый посев погиб почти полностью. Второй тоже оказался неудачен… Запас пороха и пуль для охоты подходил к концу, а стрелков из лука у них не было. Бить морского зверя они не умели, да и лодок было мало. Зато они решили, что беды на них насылают колдуны и ведьмы. Из их же числа. И они сожгли человек тридцать — умерить гнев Всевышнего и уменьшить количество голодных ртов.       Последняя зима была одной большой дракой за ресурсы — кому достанется окорок павшей кобылы, кто удовлетворится копытами, а кому не будет положено… Корабль с припасами из метрополии не пришёл. Капитан забыл про новые земли? Или король приказал ему лечь на другой курс?       И тогда началось то, что у вас зовётся «финалом» ваших игр. Они кололи друг друга и стреляли, если кто-то сохранил для себя мешочек порохового зелья. А ещё клеветали друг на друга, обвиняя в преступлениях против короля и веры, потому что тюрьма тогда означала «смерть», а упечь своего врага — это же подвиг и пример удачи.       К концу третьего года в Голодном Порту остался только один. Как в ваших играх… Победителем его назвать можно было с большой натяжкой. Он был всего лишь выжившим. Потом стали говорить, что поселенцы не умерли, а ушли в какой-то неведомый Град Цезарей, где стали родоначальниками нового народа, да только буры знают, что нет в наших землях никаких Цезареградов. Погибли они, как ваши трибуты… А что до Равинстилла, тот хорошо над панемцами посмеялся… Комментарий издателя: Встреча с де Кёйтом состоялась во время трёхлетнего путешествия издателя к Океану, в ходе которого ей удалось доказать жителям Панема, что мир не заканчивается колючей проволокой вокруг дистрикта, во что очень многие продолжают верить. Источник публикации: Эвердин К. «По ту сторону…» Метрополис, 27 г. С. 328.