Выбери меня

      Енха после того, как напилась с Джином, очень долгое время не смотрела в глаза и практически не разговаривала с Намджуном. Утром уходила, а вечером возвращалась домой в одно и то же время. И вот сегодня, казалось, обычный непримечательный ничем день. Сокджин сварил ей с утра-пораньше кофе и сделал кучу бутербродов, которые она брала с собой на работу, не в силах всё съесть. — Может, сегодня выпьем вечером? Пятница же, — парень довольно улыбнулся, а после продолжил: — Но мне запретили с тобой пить. Придётся опять в одиночестве глотать алкоголь, — Ёнха грустно улыбнулась, искренне сочувствуя другу. — Это вредно, завязывай с этим, вам скоро нужно будет вернуться на сцену. — Но ты же меня если что вылечишь?       Девушка посмеялась и кивнула в ответ. Парень закрыл за ней дверь и пошёл обратно в кровать. Взял с собой телефон и стал листать новостную ленту. На глаза то и дело попадались Лилит с Хосоком, Юнги со своей черт-знает-сколько-лет-трахают-друг-другу-мозги Мин. Джина сильно затошнило от этой ванили и от того, что его друзья могут себе позволить быть с теми, кого они любят, а он не может.       Когда Ёнха приехала в больницу, на столе в кабинете как обычно стоял полноценный обед. Девушка понятия не имела, кто каждое утро это приносит. Предполагала, что кто-то из пациентов, но украдкой надеялась, что Намджун. Почему-то чем дольше они жили вместе, чем чаще девушка видела его, тем сильнее он нравился ей. Ким был уверенным, умным, сильным, ответственным, способным решать огромное количество проблем за короткий срок… Наверное, было тяжело найти мужа лучше него. Невозможно. Даже ничего к ней не чувствуя, он продолжал заботиться. У него не было минусов, кроме, пожалуй, одного: отсутствия даже малейшей симпатии к собственной жене из-за какой-то Дженни, которая в свою очередь ничего не чувствовала к парню.       Девушке все чаще начинало казаться, что её ест не только обида.       Ей казалось, что она начинала чувствовать любовь. Увы, безответную. Но у неё был безотказный способ борьбы с чувствами — работа. Она забирала много сил и все свободное время, не оставляя шанса размышлять о постороннем. Ёнха чаще всего работала со знаменитостями, ибо только её сдержанный, спокойный характер не давал вступать с ними в конфликты.       Очередная травма айдола. На сей раз очень известного. — Ну и как же это произошло? — спросила девушка, надевая перчатки, чтобы начать осмотр ноги парня, которого пару секунд назад внесли Дио с Каем. Енха окинула его коротким незаинтересованным взглядом, остановившись на ноге. — Разучивали танец, оступился и вот… Сухо у нас часто оступается, но в этот раз у него не получилось встать, — говорил Кай, обеспокоено смотря на лидера группы. Сам же Сухо молчал. Ёнха внимательно слушала и стала осторожно прикасаться к распухшей лодыжке. — Не могли бы вы назвать мне ваше ФИО, просто я знаю лишь ваше сценическое имя, а для заполнения карты... — Дио не удержался и засмеялся. — Ну что, похоже тебе, Ким Чунмён, пора завязывать с синдромом принца. Видишь, некоторые люди в Корее даже понятия не имеют, как тебя зовут, — Кёнсу продолжил хохотать, пока Кай не пихнул его плечом. Девушка с вежливой улыбкой на лице продолжала тактично молчать. — Ладно, мы лучше выйдем, — они оставили Сухо с Ёнхой вдвоём. — В этой части особенно больно, — наконец подал голос Сухо. Девушка перестала давить на ногу парня. Замерла, смотря ему прямо в глаза, она словно видела в его взгляде те переживания, ту боль, что он сейчас испытывал. Парень улыбался так, будто уже проиграл, будто сдался и хочет завязать со всем. Боязнь потерять работу переросла в обреченность. — Доктор, скажите, я смогу снова танцевать? — Ёнха не знала, что ответить, ведь повреждения были достаточно серьёзными. — Поскольку вы уже не первый раз подворачиваете ногу, повреждение у вас уже давно, могу даже предположить, что после репетиций был дискомфорт в лодыжке. Вам придётся пройти курс реабилитации, и то я не могу дать вам гарантий. Сейчас просто вам нужно сделать рентген и МРТ и снова подойти ко мне, тогда я смогу обрисовать вам более точную картину… — девушка глубоко вздохнула и положила свою руку на его. — Но даже не вздумайте сдаваться, мы сделаем всё возможное, чтобы помочь. — Ёнха была готова на всё ради того, чтоб помочь своим пациентам, даже если у него разрыв связок она сама лично сделает операцию. Именно поэтому она и стала врачом — чтоб помогать другим.

***

      Чонгук усердно кормил Нику на кухне, прямо с ложечки, ибо сама она есть отказывалась. — Обычно малым ребёнком в этом доме был я. Но поздравляю, ты успешно заняла моё место, — Гук убрал пустую посуду в посудомойку и снова уселся напротив девушки. — Хочешь сходить с нами на репетицию? Хватит бояться и целыми днями сидеть дома, ты даже уже серая какая-то. К тому же Ёнха сказала, что тебе стоит больше времени проводить вне дома… — с одной стороны Чон очень хотел, чтоб девушка зажила свободной жизнью, а с другой сильно переживал, что в этом жестоком мире её снова кто-то обидит и сделает больно. Ведь она такая хрупкая. — Я хочу, очень хочу посмотреть, как ты танцуешь, поёшь… — наконец выдавила из себя улыбку девушка. — Тогда надень то платье, что я подарил тебе неделю назад и те милые кроссовки и пойдём, возможно я даже научу тебя каким-то движениям, — после этих слов девушка заулыбалась ещё больше, а сердце билось от счастья так быстро, что она пулей побежала в комнату, дабы побыстрее собраться и не заставлять их ждать.       Чонгук остался ждать Нику на кухне. Услышал шаги Бель: только она ходила так быстро и едва слышно. — Доброе утро, уже завтракал? — спросила девушка, открывая холодильник и доставая оттуда два йогурта. — Чимин уже уехал, даже не разбудил меня. Почему ему с Хосоком обязательно приезжать на репетиции первыми? — продолжала она что-то бормотать, а он всё так же озабоченно смотрел. Вглядываясь в столь правильные черты лица, чистую кожу, волосы, которые блестели практически всеми цветами радуги. Натуральный блонд, который парень не мог сравнить с любым другим цветом. — Они движения придумывают, а потом приезжаем мы и додумываем, а после уже разучиваем. Ну раз Чимин-и не составил тебе компанию за завтраком, это сделаю я, — отобрал у Бель один йогурт. — А где Ника? Ты же хотел её с собой взять? — спросила Анабель, переводя взгляд с Чонгука на вошедшего в кухню Намджуна. — У меня две новости. Первая — в выходные мы наконец-то выходим в свет, идём на вечеринку айдолов. Вторая — в нашем районе завёлся преступник, который охотится за девушками. Похищает, а потом их находят зверски убитыми, уже около семи. Поэтому Бель, тебе не стоит ходить по магазинам одной, да и дома оставаться тоже опасно. Надо предупредить всех, — Намджуна прервал Гук: — Может, наймём каждой по водителю? Хотя ты же знаешь, что Ёнха не любит ездить на машинах, предпочитает ходить пешком. — Ничего! Поездит на машине, пока всё не уладится, — с большой резкостью в голосе ответил Намджун. — Кто-то сильно за кого-то переживает, — блондинка ехидно улыбнулась, но, словив на себе раздраженный взгляд лидера, поняла, что лучше заткнуться. Их отношения до сих пор не клеились. Бель старалась лишний раз не злить Кима, немного опасаясь возможной перепалки с ним, хотя парень ещё ни разу не позволил себе лишнего слова в её сторону. Но в последнее время его неприязнь стала взаимной. Енха очень нравилась Бель. Её характер, мягкая хладнокровность. Она идеально подходила Намджуну, и Анабель не могла простить такую глупость самому, казалось, рассудительному бантану.       Ника, будучи очень взволнованной, собралась быстрее обычного, платье было нежно персикового цвета, еле прикрывающее коленки, а пышная юбка солнцем делала наряд и Нику ещё милее. Волосы у неё были не самыми послушными, их расчесать-то было трудно, но Ева одолжила ей свой кондиционер.       Достала из-под подушки блеск для губ, который ей подарила жена Чимина. Девушка берегла его для особого случая, и он наконец-то настал. Пару раз крутанулась перед зеркалом, выглядела не такой серой мышкой, как обычно, но всё равно считала себя недостойной даже стоять рядом с таким парнем, как Чонгук. Ей было больно от этих мыслей и иногда очень холодно из-за отношения Чонгука, но она была уверена, что может смириться. Она никогда ни с кем не делилась своими мыслями, да и вряд ли кому-то было интересно. Но доброта людей вокруг согревала её душу. Ника была счастлива здесь, окружённая заботой.       Радостно спускалась по лесенкам, но резко затормозила.       «Я мечтала увидеть в его глазах ту любовь, которая есть в моих. И сегодня, наконец, я ее увидела. Но она не для меня».       Ника стояла в пару шагах от них, но Чон даже и не думал смотреть в её сторону, он смотрел только на Бель. Смотрел так, как никогда не посмотрит на Нику. Но разве у него есть право любить жену его друга? Блондинка была наивной, но далеко не глупой. Она была неопытна во многих вещах, но навязчивое обожание в глазах макнэ не заметил бы только слепой. Её отвлек голос лидера, и девушка перевела на него растерянный взгляд. — Прекрасно выглядишь. Никогда не видел тебя такой хорошенькой, — он всегда обращался к ней как к ребёнку, но добрый взгляд от чего-то грел. Ника счастливо улыбнулась. — Нам бы желательно поторопиться, Чимин с Хосоком давно ждут, — лидер намекнул Бель, что в пижаме везти её никто не собирается. — Вследствие последних событий я не оставлю тебя одну дома, и ещё Юнги сказал, что «приболел» и поэтому не пойдёт, — Гук снова засмотрелся на Анабель и даже не заметил, как пришла Ника, и абсолютно ничего не сказал про её внешний вид. Чон словно пропускал все слова Намджуна, ведь так давно не находился столь близко с Бель. Снова это проклятое чувство… желание владеть ей, чтоб она была его, только его. Грязные, очень грязные мысли лезли в голову парня.

***

      Шуга без колебаний взял телефон Хосока со стола и разблокировал. Он нашёл контакт «Лилит». Адрес значился там же. Сколько помнил Юнги, Чон всегда вносил всю информацию в свой телефон, свято полагая, что его пароль не знает никто. Что ж, сейчас это ему только на руку.       Юнги выругался. Да что он творит-то опять?! Мин же ясно дала понять, что не хочет видеть.       Парень зашёл в ванну, стягивая футболку и глядя на своё отражение. Под глазами впервые за эти годы начали исчезать темные круги, кожа приобрела более живой оттенок. Он хмыкнул, на секунду почувствовав себя беспомощным перед ней. Но беспомощен ли Мин сейчас? Нет. Уже нет. Он не позволит снова так жестоко с собой играть. Он больше не отпустит ее. Никогда.       Блондин принял душ, надел свежую белую футболку, чёрные джинсы и кроссовки. Взяв с собой кожаную куртку, парень вышел на улицу, решив добраться до дома Лилит на мотоцикле. Там он узнает адрес Юн.       Но приехав на место, поднявшись на нужный этаж и постучав в правильную дверь, Юнги не ожидал того, что увидел. На пороге стояла Она. Миниатюрная, мягкая, тёплая и такая уютная в своей белой футболке и коротких шортах. Ее лицо было таким красивым и нежным, что Шуга залюбовался. На пухлых губах девушки медленно таяла улыбка. Он среагировал быстрее, чем девушка закрыла дверь, придержав ту рукой. Мин сделал шаг вперёд, и брюнетка отступила вглубь квартиры. Усмехнувшись уголком губ, он прошёл дальше, загоняя малышку обратно и захлопывая дверь, ненароком прислоняясь к ней и одаривая девчонку ядовитым взглядом. — Что ты здесь делаешь? — сглотнув, сказала она. — Ты не должен здесь быть. Уходи, пожалуйста, — не давила, тихо просила, чувствуя себя растоптанной его взглядом. — Глупый вопрос, Мин. Что я здесь делаю? — он шагал навстречу, пока она не уперлась спиной в стену, задирая голову. Шуга, все так же держа руки в карманах, наклонился и прищурился, разглядывая светло-карие глаза. — Я пришёл за тобой, разве не очевидно, — он закрыл глаза, тяжело вздохнув. — В любом случае я не обязана с тобой никуда идти. Не теперь, Юнги, — прячет взгляд, отворачивает личико. Смешная. Парень не позволил ей отвести взгляд, вздёргивая за подбородок и все так же пристально разглядывая. Он нагнулся ещё ближе и встретил препятствие в виде хрупких рук. Тянется к его плечам? Прекрасно же видит, что он намного выше. Ее голос настолько сладкий, что по телу проходит приятная дрожь. Блондина окутал сладковатый запах духов девушки. Он не выдерживал и рывком прижал ее к себе, утыкаясь носом в мягкие волосы и вдыхая их аромат. На ней нет лифчика. Это заставило улыбаться. Девчонка покраснела, попыталась отстраниться, что-то шепча, а у него тело дрожало от каждого движения. Она опьяняла. Шуга никогда никого так не любил…никогда никого так не хотел… Большая холодная ладонь забралась под футболку, погладила живот. — Ты такая хрупкая, знаешь? Ну ничего, меня привлекают такие, — после очередной попытки Мин вывернуться, бантан не выдержал — развернул ее и прижал лицом к стене, почти вдавливая в шероховатую поверхность девичье тело своим.       Его губы обожгли тонкую шею, руки стянули футболку, но уже через пару секунд парню надоело. Юнги развернул девушку снова лицом к себе, сдавленно дыша. Сердце билось часто, девушка пыталась прикрыть грудь. Лучше бы этого не делала. Парень ударил ее по рукам. Вскрикнула. — Не смей, — его пальцы до красноты сдавили бледные плечи. Он снова припал к ней губами, оставляя багровые засосы на шее и обводя языком ключицу. Его руки по-хозяйски шарили по изящному телу. — Скажи, что ненавидишь меня, — зло прошипел Юнги, чуть отстранившись и сжав упругие бёдра. Ни единой слезы, лишь веки прикрыты. Дрожащие ресницы и искусанные до крови губы. Но стоило ему схватить кулон на ее шее и потянуть, как она тут же распахнула глаза и схватила его руки. — Да ладно, тебе не плевать? — сарказма в голосе хватило бы, чтобы потравить небольшой городок. Девушка что-то тихо шепчет в своё оправдание, но Юнги это снова злит. Он схватил ее за горло, а брюнетка тихо охнула и вздрогнула от боли. — Поверишь ли ты, что я могу любить тебя? — тихо всхлипнула Мин, по щекам бежали слезы. Руки девушки бессильно повисли. Больше не сопротивлялась. Плакала.       Ей кажется, или ее слезы ранят Юнги?       Его очередь вздрагивать. Мин решилась открыть глаза и взглянуть в его. Уже не злые. Мужская рука отпустила горло, позволяя прокашляться. Девушка не отводила взгляда. Его глаза печальные, но в их глубине теплится что-то прекрасное. Он говорит, и она пугается холодного голоса. — Поверить тебе? После того, как ты мне все время лгала? — секунда, и на его щеке появился след от сильной пощёчины. Ее очередь злиться. Он шипит ругательства и припечатывает тонкое тело к стенке, не обращая внимания на жалкие попытки выкрутиться. — Помнишь ты как-то говорила, что мне слабо причинить тебе боль? Так вот, не слабо, — уголок губ Юн непроизвольно дёрнулся. — Как только ты сделаешь это, ты умрешь. Ты это говорил мне сам. Хочешь проверить? — хрипло спросила брюнетка и закрыла глаза, подставляя лицо под поднявшуюся руку Юнги. Щеку обожгло ласковыми трепетными прикосновениями. Она осторожно подняла взгляд. В Юнги читалась та любовь, о которой сказать ему не хватало слов. И эта любовь горела в нем адским пламенем, медленно выжигая изнутри. — Я не милый мальчик. Ты не видела, что я делал, не видела, скольких шлюх, похожих на тебя, я изувечил, чтобы прекратить думать о тебе. Я могу быть жестоким. К кому угодно, Мин, но не к тебе, — он не извинялся, не продолжал. Ласково закутав девушку в свою куртку, он направился прочь. — И ты сможешь с этим жить? — тихий, почти обречённый вопрос в спину. Как хлыст. Парень замер. — Разве был хоть один раз, когда я мог сопротивляться тебе? Я уйду, и ты больше никогда меня не увидишь. Но если попросишь остаться…       Она в мгновение оказалась рядом и оставила на щеке вторую пощёчину. Сучка. Так и хочется ударить, но рука не поднимается. Вместо этого Шуга хмыкнул и подхватил девушку на плечо. Лёгкая.       Он бросил ее на кровать и тут же навалился сверху. Девушка не медлила: руки потянулись к его футболке и стянули, тонкие пальцы скользили и с музыкальной точностью задевали самые чувствительные точки его тела. Юнги прикрыл глаза и зарычал, откидывая голову. — Ещё помнишь, — его руки грубо расправились с короткими шортиками, сняли белье. — Хочешь узнать, что помню я? — ответом — четыре царапины на предплечье.       Его умелые руки скользили по бёдрам, животу, плечам, пока губы терзали губы брюнетки. Она извивается, мечется под ним, хмуря брови. С ее губ срывались стоны и, конечно, его имя. Первый толчок почти довел до экстаза, но парень сдержался, замирая. Входить узко, даже больно для его размера. Ей тоже больно. Она кричит. — Тяжело любить одного человека, правда? — его это забавляло. Мин играла монашку, пока он — отпетого бабника? Ничего, быстро вспомнит. Он быстро научит. Ноги обхватили его талию, девушка прижалась ближе, принимая всю длину. Оба застонали. Парень начал ритмичные резкие движения. Ее стоны заводили, и он не мог остановиться, даже кончив третий раз. Она скакала на нем, двигая бёдрами. Кусала губы, лаская свою грудь, делала все с присущим ей усердием, именно так, как нравится ему. Конченная извращенка. Такая же, как он. Милая малышка внезапно превращающаяся в пошлую опытную шлюху рядом с ним, и он это обожает точно так же, как она то, когда он из бездушной сволочи становился ласковым подростком. Их обоюдное влечение, их влияние друг на друга, как же он мог подумать, что сможет жить без неё?       Сейчас он был сверху, держа ее за горло и буквально втрахивая в кровать. Мин, кажется, сорвала голос, выкрикивая его имя снова и снова, умоляя о большем.       Он был жесток с ней почти так же, как с другими. Почти. Его разодранная спина горела, но девчонка поплатилась за это вспухшими, чуть ли не посиневшими сосками. Каждый сантиметр ее кожи был покрыт синяками и ссадинами. Как же жестоко Юнги унижал ее снова и снова, заставляя почувствовать его боль. И как же нежен он был, когда без сил повалившись на кровать прижимал к себе хрупкое дрожащее тело, как же болезненно ласково шептал слова любви и целовал в плечо, гладя спутанные влажные от пота волосы.

***

      Ёнха долго беседовала с Сухо, пока ждали результатов обследований. Они обсуждали звёздную болезнь айдолов, от которой парень сам страдал, и признаваться в этом ему не было стыдно. Чунён смотрел на её красивую впадину между ключицами, на красивую грудь, что чуть виднелась из-под белого халата. Добрые, наполненные заботой и переживанием глаза. Она казалась ему такой светлой, настоящей, ведь в ней не было ни капли притворства. — Уже час дня, где же результаты рентгена? — девушка достала телефон, дабы позвонить в лаборантскую, но этого не потребовалась — медсестра как раз занесла их, кладя на стол. — Спасибо, но не стоило приносить, вы могли просто позвонить, я бы сама спустилась, — девушка никогда не заставляла попросту бегать медработников и что-то приносить, когда вполне сама могла за этим сходить. — Ну что тут у нас, — взяла в руки снимок. Перелома не было, поэтому осталось дождаться результатов МРТ. Но вот судя по ним оказалось, что повреждения серьёзнее, чем она думала, но пугать раньше времени не стала. Ещё минут пятнадцать смотрела в экран монитора, разглядывая результаты, что пришли по почте. — Да, к сожалению это то, о чём я думаю. Разрыв связок, и лучше оперировать прямо сегодня, чтобы не было осложнений, — в этот момент она видела, как пустеют его глаза, как нарастает страх. Хоть Сухо и пытался это скрыть под каменным выражением лица, взгляд выдавал всё. Потребовалось всего полчаса, чтобы полностью приготовиться к операции.       Она прошла успешно и заняла времени тоже не больше получаса. Разрыв был не такой значительный. Ёнха решила остаться в ночь, дабы понаблюдать за его самочувствием и поддержать словами. Время приближалось уже к десяти вечера, девушка отправила смс Джину, что останется сегодня дежурить. Она всегда предупреждала его, ведь порой казалось, что лишь он замечает её отсутствие. Её муж слишком занят мыслями о другой.

***

      Бантаны вернулись после тренировки настолько уставшие, что развалились в гостиной друг на друге. Эта ноющая, сковывающая боль, которая усиливается даже от самой незначительной нагрузки, особенно при резких движениях. — Ким Сокджин, если ты сейчас нас чем-нибудь не накормишь, мы умрём от голода, — простонал Хосок и перевалился на край огромного дивана. Он планировал навестить Лилит этим вечером, но получил от неё сообщение: девушка была занята. Зря, очень зря он выложился на полную на сегодняшней тренировки. В таком состоянии он не навестит ее ближайшие дни три. — Шуга ещё не вернулся? — поинтересовался Намджун, еле поднявшись после пятнадцатиминутного валяния на полу. — Я пойду проверю, — парень обошёл все комнаты, но никого не было. Странно, обычно в такое время Ёнха всегда была в комнате и увлечённо читала какую-нибудь заумную книжку по медицине. Намджун сам не понимал, почему так напрягся. Из-за отсутствия Юнги? Или все-таки Енхи, которая всегда, когда он заходил, откладывала энциклопедию и мягко расспрашивала о дне парня. А в те редкие случаи, когда он был слишком уставшим, чтобы сопротивляться ей, даже садился рядом. В такие моменты тёплые ладони касались напряженных плеч, и Ким расслаблялся, прикрывая глаза и слушая успокаивающий голос… Парень одернул сам себя, покачав головой. Он был не глуп. Он видел любовь в ее глазах. Он знал, что она чувствует, может от этого он был так зол, когда девушка была слишком близко к Джину?       Да что за бред крутится в голове? Из-за тренировки и отсутствия Юнги, не иначе. — Моей жены нет дома, а обычно в такое время она всегда тут. — Зайдя в гостиную, он не смог промолчать, как бы невзначай бросив фразу.       Бель снова очаровательно улыбнулась, делая немного хитрую улыбку. — Какая досада, я хотел попросить, чтоб она снова сделала мне массаж, — Джин еле сдерживал смех, ведь видеть Намджуна таким обеспокоенным из-за девушки было крайне забавно. Парень получил её сообщение и прекрасно знал, что она сегодня вообще не вернётся, но говорить лидеру пока не спешил.       Намджун чуть сморщил лицо, ведь он надеялся, что массаж Ёнха делала только ему. Парень очень сильно хотел наехать по этому поводу на Джина, даже уже приоткрыл рот, но резко захлопнулся. — Может она просто задержалась на работе или зашла в магазин по пути, — предположил Тэхён крепко обнимая Еву, которая нежно гладила его по голове.       Прошёл час, прошло два часа. — Я уже звонил ей три раза, она не берёт… Джин, позвони ты, уверен тебя она игнорировать не станет. — Намджун не переставал нервничать, уже несколько раз выходил на улицу и ждал её там. Чувствовал себя собачонкой, очень нервной и грустной собачонкой. В голову лезли разные мысли, что её уже схватили или именно в этот момент разрезают на куски. И в этом будет виноват только он, что плохо заботился о своей жене. — У неё телефон отключён, — спустя пару минут сказал Сокджин, и этой фразы было абсолютно достаточно. — Ключи от машины, быстрее дай мне ключи! — Намджун наорал на Хосока, который очень медленно искал их в своём рюкзаке. — Зря ты дал ему ключи, я только хотел сказать, что Ёнха на работе. Она прислала мне сообщение, что останется дежурить в ночь.

***

      Ёнха собиралась идти в палату к Чунмёну, ибо в последний раз он жаловался на то, что ему было очень скучно. — Ко мне в палату проникли фанатки, много фанаток, много плачущих фанаток. Я был вынужден убежать, и вообще кто их впустил в такое время в больницу, чем там вообще занимается моя охрана? — на костылях еле-еле пришагал Сухо, усаживаясь на кушетку в кабинете девушки. — Кто тебе разрешил вставать?! Тебе нужен покой, ногу совершенно нельзя напрягать! Немедленно возвращайся в палату, — заваривала горячий кофе. — О… мне тоже кофейка налей. И раз уж мне нельзя напрягать ногу, останусь так и буду тут. Кушетка есть, подушка есть, спать можно. Ради тебя подвинусь. — Сухо сделал очень счастливое и довольное лицо. — Слышал, ты ради меня осталась сегодня в ночь. Неужели дома тебя никто не ждёт? — в этот момент девушка как раз несла кофе, и его вопрос загнал в ступор. — Горячо! — завопил Сухо, соскакивая с кушетки и начиная трясти кофту. — Ладно, ничего страшного, мне всё равно эта больничная пижама не нравилась, — простонал он, снимая с себя сырую ткань. — Мне так жаль, прости, тебе сильно больно? Дай посмотрю, у тебя наверно ожог из-за меня. — Из небольшого морозильника девушка достала лёд и приложила к покрасневшей коже. — Я такая неуклюжая… — Ёнха ненавидела больше всего вредить кому-то. — Прекрати, мне было горячо всего пару секунд, вовсе не больно. — Сухо хоть как-то пытался её успокоить, видя, как она была расстроена.       Дверь громко хлопнула. — Ой извините, я наверное вам помешал, — мужчина с оголённым торсом, его жена, держащая руки на торсе полуголого мужика, который вот-вот займутся жёстким трахом, в глазах Намджуна всё выглядело именно так. Подойдя к ним поближе, он понял, что этот мужик оказывается Сухо. — Это же мой любимый участник из EXO. Тебе мало было Дженни? Какого чёрта липнешь к моей жене? — последнее слово парень особенно выделил. Намджун не стал бы распускать руки, он предпочитал выяснять всё словами, долгими заумными дискуссиями, но сейчас он настолько сильно гневался, что еле сдерживал себя. — Он мой пациент, прекрати говорить глупости. И с каких пор… — тёплая ладонь легла на её губы, не давая закончить девушке фразу. — Молчи, мы едем домой, — Намджун взял её за руку и повёл на улицу к машине.       Сухо так и остался там стоять. Разочарование? Ему впервые было так хорошо, легко и спокойно весь день. Ну почему же у них с Кимом были настолько схожие вкусы в девушках?

***

      Пока они ехали в машине, девушка не говорила ни слова. Джун же ждал, когда она сама начнёт извиняться и оправдываться.       Приехав, Ёнха так же молча пошла сразу в комнату. — Ты ничего не хочешь мне сказать? — зашёл за ней, закрывая дверь. — А что я должна сказать? Как ненормальный приехал ко мне в больницу, устроил скандал прямо перед моим пациентом, — швырнула сумку на кровать, будучи очень рассерженной. — Да потому что ты не вернулась домой, хотя обычно в такое время всегда тут, в комнате, читаешь свои дурацкие книжки! Ты даже не предупредила, что не вернёшься, на телефонные звонки не отвечаешь! Я уже думал, что с тобой что-то случилось, а ты просто развлекалась с Сухо. Трогала его накаченное тело… — Намджун с каждой секундой понимал, насколько ему стало не всё равно. Может он это испытывает из-за того факта, что она является его женой? — Совсем чокнутый? У него сегодня была операция, и её проводила я. Мне нужно было понаблюдать за его самочувствием, после я случайно пролила на него горячий кофе и оказывала первую помощь… — он перестал слушать, понимая, насколько глупо сегодня поступил, как маленький мальчик поддался эмоциям, это так сильно на него не похоже. Сделал своё фирменное безразличное лицо. — Неважно, ложись спать, — холодно и уже без какой-либо интонацией шагнул к угловому шкафу, хотелось поскорее лечь в кровать, тело жутко ломило после тренировки. — И всё? Теперь тебе снова плевать? Да что с тобой не так? Тебе ещё не надоело издеваться над моими чувствами? Думаешь, я не знаю про твою любовницу? Если так сильно любишь Дженни, так какого чёрта ты всё ещё здесь? Убирайся, вали к ней, устраивай скандалы, сцены ревности той, которую любишь! — он глубоко вздохнул и, убрав все сомнения, сделал несколько шагов к ней. Поддался вперед, грубо впиваясь в её губы.