Извините, мы перепутали фэндом (приквел)

Фанфкорпорейшн был объят черными языками пламени Аматерасу. Сколько страданий принесла эта компания всем жителям Кишимотовского мира - не будем забивать цифрами голову. А сколько конфузов вызвала эта компания в других мирах - не счесть. Но главное - это то, что всей этой добровольно-принудительной преисподней пришел конец. Носитель шарингана, которому на вид сложно было дать больше двадцати двух лет, был невозмутим. Для него уничтожение причины всех его бед несомненно было важным событием. Однако, вид у него был такой, словно разрушить Великое Цукиеми – это как жечь на улице старые ненужные бумаги по просьбе жены. Учиха стоял в странном черном пространстве, не имеющем ни начала, ни конца, и наблюдал за тем, как медленно и мучительно исчезает здание, созданное мощной иллюзией. Ладони он сложил в карманы, затем тоскливо посмотрел на наручные черные часы, которые он купил где-то в Нью-Йорке, и начал наблюдать за стрелками, которые стали замедлять темп. Видимо, время замедлялось по мере того, как сгорало в Аматерасу здание Фанфкорпорейшн. Одет Учиха был так, как в девятнадцатом веке одевались только денди с самыми толстыми кошельками. Однако он придерживался строгой лаконичности и воздерживался от всякого рода украшений, рюшечек, слишком вычурных запонок. С удивительно тонким вкусом были подобраны серые брюки, такого же цвета плотный плащ из кашемира, с высоким воротом. Под черным жилетом из атласа, была видна темно-синяя рубашка. Галстука Учиха не носил. Хотя и без этой мелочи проглядывался женский почерк. И вот уже тиканье часов стало совсем редким. Последние кирпичики великой иллюзии сгорали вместе с бездушием и жестокостью авторов фанфиков, как сгорало и все их пустое творчество, как сгорали никому ненужные тупые бумаги. Да и все здесь написанное тлело вместе с остальным мусором. Теперь герои самых различных историй, фантазий и миров были совершенно свободны.