— Будулай вернулся!

      Даша всю ночь не могла уснуть. Как только Канаева закрывала глаза, перед ней вставал образ полицейского с фразой «Даша, где миллион?». Ночь казалась до безумия длинной и невыносимой, особенно под хохот Юли, которая по скайпу говорила с каким-то мужчиной.       По наступлению утра Комиссарова начала подкалывать подругу по поводу Павлика Аркадьевича, за что и получила подушкой в лицо. По дороге в отель Даша два раза споткнулась, но благодаря Юле не упала. Рыжая продолжила смеяться над «охмуренной Павликом Аркадьевичем, потому что ты ни о ком другом думать не можешь». Дарья нахмурилась, но всё же проигнорировала слова подруги.       И самым обидным стало то, что Валентина Ивановна дали им номера на разных этажах. Юля пробурчала что-то вроде «вот стану я хаус кипинг менеджером, и посмотрю как ты будешь нас с Дашкой разлучать!» и отправилась на 3 этаж. Даша лишь протёрла глаза и повертела головой, которая совсем не хотела работать. А вообще Канаева не отказалась бы от чашечки крепкого кофе и тёплой кровати.       В полубреду нажав на кнопку «4», девушка на секунду прикрыла глаза. Она чувствовала себя виноватой в краже миллиона, да и вообще во всей ситуации с Алёхиным. И Егор куда-то запропастился… Когда лифт наконец издал писк, Дарья покатила тележку к 410 номеру. Приложив карту, она крикнула «Уборка номера!» и осмотрелась. В номере было пусто, всё прибрано и даже намёка на пыль не было. Но вдруг сзади горничной раздалось тяжёлое дыхание. Холодный пот выступил на лбу девушки, но всё же, взяв себя в руки, она повернулась. Там стоял огромный ротвейлер, смотрящий на Дашу. «ТВОЮ МЫ-Ы-Ы-ЫШЬ!» — это всё, что было в голове Канаевой. Быстро схватив тележку горничная выбежала из номера под лай собаки. Решив во чтобы то ни стало спрятаться, Даша кинулась к 411. «Do not enter!» гласила табличка на ручке номера. Ничего не оставалось кроме того, чтобы забежать в 412. Быстро прислонив карточку к замку, Канаева забежала в номер и громко захлопнула дверь.       «Ура! Меня не съели!» — первая мысль в голове чуть ли не плачущей Дарьи. И вот, казалось бы всё идеально! Было бы идеально, если с кровати не послышался знакомый голос. — Даша?.. Чёрт!