Просто Мария

      - Это что?       - Пополнение, господин Адмирал! – бодро отрапортовал ответственный за призыв техник, и покосился на сидящего в углу изможденного падре. По лицу и мокрой сутане было видно, что призыв Девы дался священнику очень тяжело.       - Это пополнение? – Адмирал устало посмотрел на лежащее в пентаграмме маленькое, худое и бледное девичье тело. Его мощная пятерня с размаху хлопнула по лицу и из-под ладони донеслось: – Продали родину! Развалили Флот! У-у-у-у!       Развернувшись на 180 градусов, начальник всея Флота Испанской Короны зашагал на выход, подчеркнуто чеканя шаг.       - А как же новая Дева Флота? – уже не так бодро, и скорее робко подал голос техник. – А курсы? Реабилитация, тренировки?       - Выяснить, кто она, выдать ей поступивший обвес со складов, и вперед – бой еще не закончен.       Принимать такое решение было сложно, но необходимо. Испания не могла потерять всех трех Дев, олицетворяющих линкоры. В противном случае бороться с Глубинными станет некому. Ведь именно сейчас, на глазах у всей базы, погибали цвет и боль Возрожденной Испанской Короны. Пусть откровенно устаревшие, даже на момент постройки, пусть слабые, медленные и неуклюжие, но даже в таком виде это была сила, способная прикрыть от диких стай средиземноморское побережье страны. И которая сейчас погибала под обстрелом Химе Глубинных Тяжелых Крейсеров с ее свитой, каким-то чудом прорвавшейся через Гибралтар. В попытке спасти хоть одну Деву, Адмирал приказал выгнать в море всех, кто имел хоть какое-то вооружение и мог нанести хотя бы царапину вьющимся вокруг побитого ордера эсминцам Глубинного Флота. Даже воплощение броненосца Пелайо сейчас медленно выходила из доков, в сопровождении последней Девы – крейсера Инфанта Мария Тереза.       Новая Дева, еще не зная о своем воплощении, так же была послана на убой. Ведь Адмирал знал, что потеря всех трех дредноутов серии «Эспанья» поставит крест на возможности самой Испании вести войну на море. Уж больно убогий флот она имела на момент начала Второй Мировой, да и с призывом местным доминиканцам совершенно не везло. Вызывалось все, кроме того, что имеет хоть какую-то силу. Тральщики? Получите. Канонерки? Пожалуйста.  Крейсера? Вот все что есть, все пять штук. Линкоры? Возьмите три дредноута и отстаньте. Ну, не было у Испании нормального флота в тот период времени, не-бы-ло! Авианосцы? А вот вам дирежабленосец Дедал», с одним дирижаблем и целыми двумя четырехдюймовками.  А второй Дедало? Его же построили в 42 году? Он американский? Американский, вот его воплощение там и служит. А нам? А вам надлежит усердно молится, и надеяться на сильных мира сего, наверное. Может пришлют пару-тройку воплощений нам на помощь. Но это не точно. У Объединенного Флота и так дел было гораздо выше крыши и возможная помощь Испанской Короне там была точно не первых ролях.       - Где я? – пришедшая в себя девочка была довольно сильно удивлена. Ведь ещё вчера её забрали из приюта, в котором она очутилась после нападения на Палос-де-ла-Фронтера и Кадис ненавистных демонов из моря и потери родителей, а сейчас она лежала на кровати в белоснежном помещении, но это была не больница – вокруг пахло морем, мазутом, горячим железом, но никак не лекарствами и дезинфекцией, и все, что происходило между посадкой в автомобиль священника и нынешним пробуждением, начисто исчезло из памяти.       - Очнулась? – над ухом раздался незнакомый голос, а потом в поле зрения показалась радостная рожа отпетого головореза или пирата – через левый глаз у молодого, но совершенно седого парня шла черная повязка. – Падре, она очнулась, слава Деве Марии! Падре?       - Спокойно, сын мой, дай Деве прийти в себя.       - Но приказ Адмирала…       - Заткнись и не ори Деве на ухо. Прости, Господи, душу мою грешную. Мария, ты помнишь себя?       - Да, святой отец. Я Мария-Антуанетта, из приюта при церкви Святого Антония, в Мадриде. Вы сказали, что я могу стать новой Девой Флота и мы сели к вам в машину.       - И ты стала ей, дитя мое. Не ощущаешь ничего нового?       - Я… Я… Я странно себя чувствую? Я Корабль? Я действительно стала Девой Флота? Да! Мне хочется в Море, Море зовет меня, я чувствую это. Я теперь канмусу?       - Кхм… А что ты за корабль, девочка моя?       - Не знаю… Стойте, святой отец, я знаю! Я линкор!       - Линкор? Это точно? Но у Испании не было линкоров в тот период времени…. Ты не ошиблась? Может быть ты не уверена?       - Я помню! Я все помню! Я Сантисима-Тринидад! Я помню битву у мыса Сан-Висенте, бой при Трафальгаре, помню британские линкоры – их было семь, помню, что меня тяжело повредили и захватили проклятые островные еретики, а затем был шторм и я утонула.       - Сантисима-Тринидад, значит? – священник вытер выступивший на лбу пот и обратился к стоявшему у каталки технику: – Сын мой.       - Да, падре?       - Бегом к Адмиралу, он должен это видеть и слышать. С Богом, сын мой, беги. Извини, дочь моя, что прервал, продолжай пожалуйста.       - А это все, святой отец. А куда вы меня везете? Я снова… Я выйду в море?       - Снаружи идет очень тяжелый бой и по приказу Адмирала ты в нем будешь участвовать, как ни горько мне это тебе говорить.       - Так это же хорошо, святой отец! Я всегда мечтала отомстить за смерть родителей и принести пользу стране и Богу. Уничтожать демонов – что может быть лучше!       Первое, что услышал Адмирал, спустившись в док Дев, это были отборные богохульства, перемежаемые матом, военно-морскими загибами и призывы падре к спокойствию. Матерно ругались техники, устанавливающие в доке огромный вентилятор, а доминиканец-призыватель увещевал их заткнуться. А когда он увидел новую Деву…       - Con mil diablos! Me cago en Dios! Que cono es esto? – Непроизвольно вырвалось из его уст, при виде этого…       - Tonto del culo?  - ответила ему новая Дева Флота. – Глаза протри! Адмирал, прости Господи!       На Адмирала смотрела пепельноволосая девочка в костюме позапрошлого века. Светлое облегающее платье бледно-розового цвета с круглым декольте, короткие пышные рукава, сильно завышенная линия талии и накидка-шлейф, прикрепленная сзади с помощью крючков. Юбка длинная, до земли. Тулья и поля шелковой шляпки-капора новой Девы были отделаны каймой контрастного желтого цвета; украшением служили банты из лент. За спиной у новой Девы крепился крепкий даже на первый взгляд, но ДЕРЕВЯННЫЙ короб с короткой мачтой. На отходящих из короба деревянных балках были установлены восемь деревянных четырех орудийных… блоков, с торчащими из них ДУЛЬНОЗАРЯДНЫМИ пушками, навскидку, калибра 140-150 мм. На предплечьях были установлены еще две длинных деревянных палубы, наверное, из которых торчало по шестнадцать стволов калибра около 100 мм. Изящную перевязь оттягивала массивная абордажная сабля и дева слегка придерживала рукой эфес. Так же на перевязи крепились два кремниевых многоствольных пистолета. В левой руке новое воплощение корабля держала свернутый трос со стальной кошкой на конце.       Дева довольно уверенно стояла на воде, но что у нее был за обвес на ногах, было не понятно. Все закрывало длинное платье.       - Адмирал! Я прошу… Нет! Я требую отменить ваш приказ! Мария не сможет противостоять Демонам Бездны! – к Адмиралу подскочил доминиканец и наставил на него палец: – Потеря Марии будет ударом для всего Коронного Флота!  Невосполнимая потеря! Это уникальный призыв! Такого еще никто и никогда не совершал!       - Призвали единожды, призовете повторно. Ты, как, детка? Пойдешь в бой?       - Да в гробу я видала этих maricon de mierda демонов! И закатаю их туда же! Как еретиков англичан! Сантисима-Тринидад не сдается, даже если все потеряно! Две тысячи чертей! Демоны! Chupar mi grande Roja miembre! Я иду!       - Мария!       - Прощайте, святой отец, помолитесь за наши души. Адмирал, – Дева чуть склонила голову и обратилась к техникам: – Выпускайте! Я иду!       Створки ангара открылись и бывшая девочка Мария, а теперь новая Дева Флота – Сантисима-Тринидад, медленно, под завывание огромного вентилятора, распустила парус и двинулась на выход. Очень медленно и немного неуклюже, при этом ругаясь и богохульствуя так, что у всех остающихся в ангаре краснели уши. Этого душа испанского Адмирала не вынесла, и он, облегчив душу бранным словом, капитально присосался к объемной фляге. А затем, махнув рукой, скрылся из доков.        Появление нового действующего лица на поле боя, не осталось не замеченным. Да и трудно было не заметить такую Деву. Все канмусу носили или закрытые гидрокостюмы, или что-то форменное, даже если оно было похоже на школьную форму, а тут новая Дева и в розовом платье. Избиение «Эспаньий» прекратилось и эсминцы эскорта Химе оттянулись подальше в море. Чего ожидать от такого врага глубинные не понимали. Как и союзники, устремившиеся под защиту береговых бастионов. Израненные канмусу, прошмыгнули мимо непонятной Девы в створ ворот дока, затаскивая туда избитые в хлам, но еще чудом удерживающиеся на плаву дредноуты, а Мария уверенно поймала ветер и продолжила свой путь в открытое море. - На абордаж! – Донеслось вскоре издалека и в море снова загрохотали орудия.       Вечером, патруль, из охраны базы, нашел на прибрежном песке девичий чепчик, и несколько обломков кубинского красного дерева.