Baby don't hurt me

Чара и Фриск были сестрами, хотя, те, люди, которые впервые увидят их, удивятся. На первый взгляд сестры покажутся вовсе не сестрами, а точнее, лесбиянками, но таковыми они не являлись. Внешностью девушки отличались. Чара имела шоколадные волосы, красные глаза и бледную кожу. Наверное, из-за такой внешности Чару и прозвали демоном-вампиром и ее это вовсе не оскорбляло, ни капли. Характер был интересен. Алоглазая была эгоистичной, ненавидящая почти всех, но внутри нее была доброта, совсем немного. С учениками у нее были отношения, честно говоря, неплохими. Были конечно и фальшивые людишки, но таких она видела издалека и старалась избегать. С учителями отношения были не лучше, особенно с учителем алгебры и геометрии. Сидеть на его уроках она не могла, но ему было все равно. Равнодушный, бесчувственный, не показывающий своих эмоций — таким был учитель алгебры и геометрии. Фриск была же доброй и веселой, не такой депрессивной, как Чара. С учениками и учителями были хорошие отношения. То, что Фриск встречалась с Сансом, который старше девушки на два года, не знал никто, кроме самой пары и Чары. Светло-голубые глаза; шатенка; румянец на щеках — такой была Фриск. Урок алгебры, на который Чара не хотела идти, а попросту прогулять, но зная то, что Фриск все равно ее потащит на урок или сдадут одноклассники, она отправилась в кабинет. Она вошла в него последняя, но не совсем. Сегодня не было самого учителя — это обрадовало красноглазую, но неожиданное его появление за спиной чуток испугало девушку.  — Кхм, простите, Чара, может вам стоит пройти дальше и не преграждать мне путь? — спросил учитель, смотря на Чару.  — Обойдите, если вам нужно идти дальше, — нахально ответила она, отходя от него. Темно-серая сумка через плечо, из которой вчера не доставались тетради учеников для проверки самостоятельных, домашних, срезовых и контрольных работ, была поставлена на стул. Ученики косо посмотрели на учителя и он понял в чем дело. Попросив покинуть всех кабинет, и, после того как он остался один, то достав из сумки линзу зеленого цвета, подошел к шкафу, открыл его и посмотрел в зеркало. Внешний вид его не радовал, но не все было так уж и плохо.  — Не следовало задерживаться в лаборатории, — говорил учитель сам себе надевая зеленую линзу, — Что ж, уже не первый раз. Стук в дверь, учитель поворачивает голову влево, прикрывая свой глаз ладонью в перчатке.  — Войдите, — проговорил учитель, убирая руку с глаза.  — Гастер, можно вас на минуточку? — спросила Ториэль.  — Да, конечно, — закрывая шкаф, говорил Гастер, — Вы по поводу чего хотите поговорить?  — Нет, вовсе не по поводу чего, — объясняла Ториэль, закрывая за собой дверь, — А по поводу кого.  — И кто же он?  — Точнее, она. Я хотела бы забрать Чару с вашего урока. Она должна написать контрольную по русскому.  — Нет, по плану я провожу самостоятельную. Хотя, я передумал. Сегодня я никуда не спешу особо, так что спокойно можете забрать Чару с моего урока.  — Ох, спасибо, мистер Гастер, — Тори почти покинула кабинет, но остановилась, — И… линза.  — Да, я прекрасно знаю, по крайней мере, я не успел ее надеть дома, — Гастер соврал, ему прекрасно было известно чем закончиться разговор, если он скажет правду, но линзы он все-таки забыл надеть, — Спасибо, да, и передайте Чаре, то что я ее жду после уроков. После этих слов Ториэль пошла за Чарой, чтобы та написала контрольную. Девушке крайне не нравилось поведение Гастера и Ториэль, да и казалось что они пара. Зря так считала девушка, потому что Ториэль была замужем, за Азгором. Прежде чем прозвенел звонок, женщина и девушка вошли в кабинет русского языка и литературы. За партами сидели ученики одиннадцатого класса, среди них Санс, парень, которого знает вся школа. Он сидел вместе с Азриэлем, который был тайно влюблен в Чару, но она же не испытывала к нему никаких чувств, даже дружеских. Появление Чары было неожиданным, хотя, Ториэль предупреждала одиннадцатиклассников. Почти все они начали перешептываться, краем глаза рассматривая Чару. Ей было без разницы на реакцию. Когда красноглазая хотела кого-нибудь напугать, ей достаточно было улыбнуться, показывая свои зубы. Нет, они они были как раз идеальные, не корявые. А смех. Смех. Ее зловещий смех никому не нравился. Чара закрыла дверь и окинула всех учеников своих взглядом. Проходя к последней парте, девушка слушала перешептывания учеников. Чтобы накалить обстановку, она тихо хихикнула и ученики замолчали. Поставив сумку на стол, она посмотрела на Азри, который сразу отвернулся, заметив на себе ее взгляд. Красноглазая доставая из сумки ручку, поглядывала на Ториэль и, сев на холодный стул, она убрала сумку с парты. Учительница русского взяла в руки стопку тетрадей, перебирая их пальцами, и произнося имена учеников, она пересчитала тетради.  — Ох, детишки, подождите, я сейчас напишу задание на доске, а Азриэль раздаст тетради вам. Ториэль, взяв со стола толстую тетрадь, из которой торчали разные бумажки, подошла к доске, взяла мелок и начала выводить идеально ровные буквы, пока Азриэль раздавал тетради ученикам. Раздав их он сел на место, ученики открыли учебники на нужной странице и тетради, записали число и номер задания, но Азриэль этого не сделал, ведь наблюдая за красноглазой, он отвлекся, и Ториэль сделала ему замечание и только после этого он посмотрел на доску, и открывая учебник вместе с тетрадью, парень придумывал случайные диалоги с Чарой, которые никогда не случатся.  — Азриэль, — шепотом отвлекал Санс сидящий вместе с Азри за партой, пытаясь сделать задание, — Пиши, нам целых три задания нужно сделать, точнее, крепкоКОСТных.  — Знаю, знаю, но не могу сосредоточиться, — говорил Азриэль, доставая тетрадь, в которой было очень много стихов, посвященных Чаре, — Я не выспался сегодня.  — Кост…  — Не время для шуток, — прервал Азриэль беловолосого.  — Хочешь дам совет?  — В смысле?  — Вот, смотри, — Санс вырвал лист со стихом и смял его в руках, прицелившись, швырнул на парту к Чаре, но промахнулся и попал в лицо красноглазой.  — Что ты натворил?! — на весь класс закричал Азриэль.  — Азриэль, соблюдай тишину, — попросила Тори. Парень сразу успокоился, но теперь ему стоило волноваться только лишь из-за Чары. Если она влюбится в него лишь из-за стихов? Что тогда? Глупая любовь или же нет? Разворачивая бумажку, которую Санс смял, Чара смотрела на Ториэль, чтобы та не спалила ее. Внимательно прочитав каждую строчку стиха, девушка что-то написала на помятом листе бумаги и, скомкав его в руке, бросила в Азриэля. Прошли два последних урока, Чара шла к гардеробной, чтобы забрать свою осеннюю куртку. Красноглазая не подождала свою сестру, потому что спешила домой, но ее ждал сюрприз. Самостоятельную работу никто не отменял. Девушку встретил ее ненавистный учитель, а именно Гастер. Чара понятия не имела зачем он ведет ее в свой кабинет, но о том, что Гастер собрался ее изнасиловать сразу появилось в мыслях девушки и это конкретно напрягло ее, хотя, учитель не собирался даже делать этого, а лишь дать ей самостоятельную работу. Проходя по коридорам школы, Чара хотела улизнуть, но что-то ее останавливало. Она видела учеников, спешащих домой или же в кабинеты. И вот пара вошла в семнадцатый кабинет, кабинет математики. Семнадцать. Эта цифра раздражала Чару, резала слух, но с годами она привыкала к ней. Кабинет пустовал без этих двоих, но пришедшие все изменили. Чара села за первую парту, прямо перед учительским столом и ее осталось лишь ждать появления тетради. В голове девушки заиграли знакомые строчки песни и она их тихо, еле слышно прошептала:  — What is love? Baby don’t hurt me… Сейчас девушка поняла, что зря начала их шептать, услышав бормотание Гастера, она смутилась, ведь он договорил слова песни. Гастер порывшись в шкафу, достал тетрадь и, закрыв его, подошел к Чаре, отдал тетрадь и, выдав миниатюрный лист с разными вариантами, засек время и сел напротив красноглазой, начиная заполнять журналы.  — У тебя есть двадцать минут на решение, затем я забираю тетрадь и ты можешь спокойно уходить.  — Почему так мало? Обычно мы решаем сорок минут или полчаса.  — Потому что ты можешь решить все и за пятнадцать минут, — объяснил Гастер красноглазой, продолжая заполнять электронный журнал.  — Моя сестра не знает о том, что я решаю самостоятельную, — говорила Чара, продолжая искать корень уравнения.  — Она уже знает, не волнуйся лишний раз. — Гастер вышел из кабинета.  — И чего он хочет добиться? Идиот. — проворчала Чара, вставая из-за стола, подходя все ближе к окну.