Я влюблен в тебя

— Эм… так ты и Бетти… вы встречаетесь? Джагхед давится сэндвичем и поднимает голову. Арчи сглатывает. Зеленые глаза неотрывно смотрят с интересом и раздражением одновременно.  — А тебе-то какое дело? Арчи пожимает плечами и садится за столик. — Мне просто интересно, — потирает вспотевшие ладони о брюки, и наконец-то поднимает взгляд на друга. — Ты вроде мой лучший друг, она лучшая подруга. Вот я и… мне и… интересно просто. Джонс смотрит неотрывно, затем кивает, кажется, сам себе, и откусывает новый кусок от сэндвича. — Мы целовались, — говорит он с набитым ртом. Арчи поджимает губы и снова отводит взгляд. Сердце в груди делает пару кульбитов и падает вниз, разбивается на мелкие осколки.       Как же, блять, больно. — И? — Что «и»? Джагхед смотрит на него исподлобья.       Черт, какой же он, сука, красивый. — Тебе понравилось? — смотрит на него с вызовом. Джонс ухмыляется. — Если бы я не знал, что ты до сих пор сохнешь по своей училке, подумал бы, что ты ревнуешь, — делает долгую паузу и улыбается широко, открывая ряд белоснежных зубов. — А вот меня к ней или её ко мне, не могу понять. Делает глоток кофе и облизывает губы. Арчи думает, что задохнется нахер. — Ты что, влюбился в нее? Эндрюс в шоке смотрит на него, но не успевает ничего сказать. Слышится звон колокольчиков и в кафе заходят Бетти вместе с Вероникой. Джонс широко улыбается им и машет рукой. Арчи еле сдерживает порыв закатить глаза. Бетти садится рядом с Джагхедом и тот обнимает её за плечи, притягивая к себе и целует в макушку. Она мило улыбается и целует его в щеку.       Как дети малые, честное слово. Бесят. Вероника садится рядом с Арчи, смотрит на него изучающее, будто что-то подозревает. Хотя с её-то характером, это было бы не удивительно. — Что? — не выдерживает Арчи. — Ничего, просто хотела кое-что проверить. Арчи закатывает глаза. Он переводит взгляд на влюбленных голубков и тут же отводит. Сжимает руки в кулаки до побледневших костяшек и полумесяцев в ладонях. — Они милые, да? Арчи готов врезать ей, честное слово. Она как будто издевается. Давит на болевые точки. — Очень, — шипит сквозь зубы, когда те начинают целоваться. Джагхед отстраняется от Бетти и шепчет что-то вроде «Я скучал», а Арчи чувствует, как эмаль крошится на его зубах. Он натянуто улыбается и встает с места. — Ты куда?       Заметил, да неужели? — Домой мне надо, — отвечает вкрадчиво и толкает Веронику, чтобы та дала ему дорогу. Выходит быстрым шагом, не поворачиваясь и даже не слыша, что Джонс что-то кричит вслед ему.       Как же все, блять, заебали. Бежит до дома, не обращая внимания ни на кого, даже не здоровается ни с кем.       Пошли они все к черту. Все до единого. Боксерская груша помогает выплеснуть всю свою злость и обиду. Какого вообще хрена он злится? Какого хрена обижается? Джаг не обязан отвечать на его чувства, он не обязан любить в ответ. Но Арчи, черт возьми, так сильно нуждается в его любви. Он так сильно хочет этой любви. — С тобой все в порядке? Арчи подпрыгивает на месте. Он даже не заметил, как отец зашел к нему. — Да, все хорошо. Не хочется врать ему, но что он скажет? «Знаешь, пап, нет. У меня не все в порядке», или же «Твой сын влюбился в своего лучшего друга»? — Я бы не сказал, что все хорошо. — Все нормально, пап. Я в порядке, — огрызается и снова переключается на грушу. Бьет, что есть силы. Отец уходит, закрывая за собой дверь. Ночью, когда Арчи, так и не сомкнувший глаз ни на минуту, выходит из дома, на ступеньках его встречает сонный Джагхед. Парень смотрит на него с виноватой улыбкой, будто совершил что-то ужасное. — Что ты тут делаешь? — Ты сбежал, и я подумал, что это все из-за нас с Бетти, — делает недолгую паузу и поднимается на ноги. — Если ты скажешь, что любишь её, я обещаю, что уйду с дороги. Не помешаю вам. Потому что мне кажется, что она до сих пор по уши влюблена в тебя. Арчи истерически смеется. Смотрит на друга и смеется. Закрывает рот рукой и быстро-быстро мотает головой. Джонс смотрит на него обеспокоенно и подходит ближе. — Как ты вообще мог думать, что я влюблен в неё? — шепчет, потому что голос дрожит, ведь он, чёрт возьми, стоит слишком близко. — Как такое вообще могло к тебе в голову прийти? — Я просто думал. — Джаг выглядит растерянно. — Я поцеловал её, и ты сбежал, вот я и подумал, что ты влюблен в неё. Арчи поджимает губы и делает к нему шаг и еще один, они стоят вплотную и никто даже не пытается отодвинуться, хоть на миллиметр. — Я не влюблен в нее, — хрипит Арчи. — Тогда?.. — Я влюблен в тебя.       Господи, он это сказал. Что, он это сказал? Он думает, что брюнет ударит его или же рассмеется в лицо, но тот только улыбается и качает головой. — И… как долго? — Как только осознал, что такое любовь. Слова даются так легко, и сердце начинает стучать ровно. — Ты идиот. — Я знаю. Арчи не понимает, кто сократил расстояние, но, когда губы Джагхеда касаются его губ, ему кажется, что мир перестал вращаться. Когда пальцы друга обхватывают его за затылок и склоняют к себе еще ближе, он думает, что мир перестал существовать.       Господи, так хорошо, так правильно. Так крышесносно прекрасно. — Так ты?.. — задыхается, но он должен узнать ответ, должен. — Я же говорю, что ты идиот. — Джагхед прижимается лбом ко лбу Арчи и касается его губ в невесомом поцелуе. — Я думал, ты никогда не скажешь этого. Арчи снова тянется за поцелуем. Счастье наполняет сердце, легкие, вены. Счастье наполняет все его тело и душу.