Made for You

"сотню раз от неё уходил. сбегал; красиво/изящно прощался, даже просто оставить себя просил, только снова к ней возвращался."

Why Don't We–Something Different

5 сентября 14:43. -Я ведь не влезу ни в одно платье. – я начинаю хныкать, как маленький ребенок. Не знаю почему, но мне так страшно заходить в этот свадебный салон, будто сейчас я зайду туда и все начнут меня осуждать: за мой юный возраст, за ребенка. Я прекрасно понимаю, что все это лишь предрассудки, но от этого легче не становится. -Детка, врач сказал: прошел всего месяц, твой живот еще не успел вырасти. Прекрати эту истерику. – да-да, Мартин первым же рейсом прилетел, узнав о моей свадьбе. Он очень хотел стать подружкой невесты, но мне кажется это будет слишком… Шафер – Вильям, и подружка – Мартин. Да и Нура была б не конкурентоспособной рядом с ним. Ладно, шучу. – И учитывая, как ты исхудала в Стокгольме, то ты хотя бы больше напоминаешь человека, а не тощего скелета. Давай уже наконец-то найдем тебе сногсшибательное платье, чтобы каждая девочка Осло смотрела тебе в след и завидовала. -Скорее, они будут пялиться на Криса и тайно меня ненавидеть. – интересно, что такого сказал Крис своим родителям, что они приняли меня. Его мать достаточно милая и заботливая женщина, когда не пытается выглядеть, как нравоучительная стерва. -Нет, детка, это твой день. И все взгляды будут устремлены на тебя. Я об этом позабочусь. – парень схватил меня за руку и потащил в салон. Здесь висит огромное множество белоснежных платьев: пышные, приталенные, обтягивающие, длинные, короткие. Глаза разбегаются. С детства я мечтала о длинном платье в пол, настолько длинном, чтобы по земле за мной тянулся шлейф. К нам подошла милая девушка-консультант, но Мартин сразу же отмахнулся. Он хочет сделать все сам. Линдберг начал перебирать платья, изредка навешивая на меня по одному, которому он отобрал. Когда на мне висела огромная гора платьев, я предложила Мартину остановиться и примерить хотя бы эти. Слава богу, он согласился. Со мной в примерочную пошла та самая милая девушка, он помогала мне их надевать, а Линдберг терпеливо ждал меня на диванчике перед подиумом. Нарядов было столько, что это превратилось уже в целый «показ мод» в роли одного актера. Я примеряла одно за другим, платья были потрясающие, но отчего-то я не чувствовала в них себя уютно. Все они были чересчур помпезными. Шла очередь платья №13, и я и девушка уже изрядно подустали, но она, в отличие от меня, была еще в состоянии улыбаться, хотя это часть ее работы. И вот оно то платье. Платье из моих детских мультиков. Я минут 10 смотрела на себя в зеркале и не могла оторвать глаз. Оно с длинными полупрозрачными, полукружевными рукавами, пышная длинная атласная юбка со шлейфом, но спереди оно было покороче, чтобы я, как самая элегантная особа, не отдавила его и, не дай бог, не порвала. -Ты там в платье застряла? – из транса меня вывел голос парня. -Сейчас иду. – девушка распахивает занавески, и я уверенным шагом иду по подиуму. -Детка, мы берем его. – я начинаю радостно кружится.

Selena Gomez x A$AP Rocky–Good For You

12 сентября 11:24. Стилист завершает мою прическу нанесением лака на волосы. Мои руки и ноги трясутся. Мне до сих пор не верится, что он сделал мне тогда предложение. А вдруг он передумал? Вдруг он скажет «нет»? Так, Мун, прекрати нагнетать обстановку. Все будет хорошо. Слышу стук в дверь. Оттуда выглядывает голова отца, а следом за ним заходит мать. Я так счастлива, что они тут. -Доченька, ты такая красавица. – по маминым щекам потекли слезы. -Спасибо, мам. -Лисенок, мы с мамой тебя очень любим. Мы очень счастливы за тебя. – теперь уже и на моих глазах наворачиваются слезы. – Мы решили сделать тебе небольшой подарок. – отец держит в руках небольшую диадему, украшенную красивыми камнями. Он аккуратно надевает ее мне на волосы. Я не могу сдержать эмоций, обнимаю родителей, я так благодарна им за все. – Ну, что ж. Позволишь своему старику проводить дочь до алтаря? -Еще бы. – я в последний раз гляжусь в зеркало и беру отца под руку. Как только мы появляемся в зале для церемонии, сразу начинает играть музыка. Дрожь начинает утихать, когда я замечаю его. Он стоит в шикарном смокинге перед священником. Его глаза наполнены такой нежностью, что, когда я смотрю в них, все вокруг меркнет. Будто нет вокруг полсотни гостей, нет этой помпезной музыки. Есть только он и я в этом мире. Наверное, я никогда не смогу перестать им восхищаться. Он навсегда останется для меня идеалом. Отец довел меня до алтаря, поцеловал и передал жениху. -Беги, пока не поздно. – шепчу я на ухо Крису. -Я слишком часто бежал. Теперь, если только с тобой. – он крепче сжал мою руку. Вроде такие обыкновенные слова, но они как ничто другое греют мою душу. Священник начинает зачитывать свою монолог. Я его фактически не слушаю, все мое внимание приковано к шатену. И вот я слышу слово «согласен» из уст кареглазого и быстро переключаю внимание на пожилого мужчину. -Согласны ли вы, Ева Квинг Мун, хранить и оберегать своего избранника несмотря на тернии и годы, лишь в его глазах искать ответы на вопросы, лишь в его прикосновениях находить уют и покой? -Согласна. -В знак верности и непрерывности брачного союза, в знак любви и преданности друг другу прошу вас обменяться обручальными кольцами, которые с давних времен символизируют святость брака, и пусть они напоминают вам, что ваши сердца всегда будут рядом. – Нура приносит нам коробочку с кольцами. Крис берет то, что поменьше и осторожно надевает его мне на палец. Я повторяю его действия. -Ну, что ж. Можете поцеловать невесту. – я расплываюсь в улыбке и прикрываю глаза, когда мягкие губы Кристофера накрывают мои. Все гости поднимаются со своих стульев и начинают аплодировать. Этот день я не забуду никогда. Наша сказка только начинается.

OneRepublic–Kids

5 лет спустя. 15 июня 2024 год. Учеба закончилась. К нам в университет приходили представители разных журналистских компаний. Несколько из них, прочитав мои доклады, пригласили меня в свои агентства. Крис окончил юридический университет и теперь работает адвокатом в уголовных делах. Мы всей семьей отправились на пикник отметить мой выпуск. Я разлеглась в густой траве и наблюдала за плывущими облаками. Замечательная погода сегодня. Я резко просыпаюсь, разбуженная тонким восторженным визгом сына, и хоть я и не вижу ни его, ни Криса, как дурочка, улыбаюсь от радости. Томас проснулся, и они с Крисом возятся неподалеку. Я тихо лежу, до сих пор дивясь тому, как Кристофер умеет играть. Его терпение с Томасом исключительное — гораздо больше, чем со мной. Я фыркаю. Но, с другой стороны, так и должно быть. И мой прелестный сынишка, свет очей папы с мамой, не ведает страха. Крис, со своей стороны, по-прежнему чрезмерно носится с нами обоими. Мой милый, переменчивый, властный поедатель женских сердец. — Давай найдем маму. Она где-то на лугу. Томас говорит что-то, мне не разобрать, и Крис заливисто счастливо смеется. Это такой волшебный звук, наполненный его родительской любовью. Я не могу устоять. Приподнимаюсь на локтях, чтобы выглянуть из своего укрытия в высокой траве. Шатен кружит Томаса, отчего тот радостно визжит. Крис останавливается, подкидывает его высоко в воздух — я затаиваю дыхание, — потом ловит. Томас взвизгивает с детской непосредственностью, и я облегченно выдыхаю. Ох, мой малыш, мой дорогой малыш, такой непоседа. — Еще, папа! — хохочет он. Крис соглашается, и дыхание мое опять останавливается, когда он снова подбрасывает сына в воздух и ловит, крепко прижимая к себе. Он целует медные волосы Томаса, потом щечку и безжалостно щекочет его. Томас заливается смехом, извивается и толкает Криса в грудь, вырываясь. Ухмыляясь, Кристофер ставит его на землю. — Пойдем найдем маму. Она прячется в траве. Томас довольно хихикает и оглядывает луг. Схватив Криса за руку, указывает куда-то, где меня нет, и я тихонько посмеиваюсь. Я быстро ложусь, наслаждаясь этой игрой. — Томас, я слышал маму. А ты слышал? — Мама! Я фыркаю, слыша властный тон Томаса. Ну и ну, прямо как папа, а ведь ему всего 4 года. — Томас! — отзываюсь я, глядя в небо с глупой улыбкой на лице. — Мама! Очень скоро я слышу топот ног по лугу, и вначале Томас, потом Крис выскакивают из высокой травы. — Мама! — взвизгивает Томас, словно нашел какое-нибудь утерянное сокровище, и прыгает на меня. — Эй, малыш! — Я прижимаю его к себе и целую в пухленькую щечку. Он хохочет и тоже целует меня, потом вырывается из моих рук. — Привет, мама. — Кристофер улыбается мне. — Привет, папа. — Я расплываюсь в улыбке, а он берет Томаса, садится рядом со мной и усаживает нашего сынишку на колени. Я усмехаюсь: от меня не ускользает ирония. Крис достает из кармана мобильный и дает его Томасу. Это, вероятно, обеспечит нам минут пять покоя максимум. Томас разглядывает телефон, нахмурив свои маленькие бровки. Он выглядит таким серьезным, карие глаза сосредоточены, прямо как у его папы, когда он читает свои письма. Кристофер трется носом о волосы Томаса, и сердце мое переполняется нежностью, когда я смотрю на них обоих. Похожи как две капли воды — мой сын, сидящий тихо, по крайней мере несколько минут, на коленях у мужа. Два моих самых любимых в мире мужчины. Разумеется, Томас — самый красивый и самый талантливый ребенок на свете, но, конечно, для меня, как для любой матери, мой ребенок самый лучший. А Кристофер… ну, Кристофер есть Кристофер. В белой футболке и джинсах он выглядит, как всегда, сногсшибательно красивым. Чем я заслужила такой подарок? — Вы хорошо выглядите, миссис Шистад. — Вы тоже, мистер Шистад. — Правда, мама — красавица? — шепчет шатен на ушко Томасу. Томас отмахивается от него, поглощенный изучением папиного телефона. Я хихикаю. — Ему не до тебя. — Вижу. — Крис улыбается и целует головку Томаса. – Что на счет дочурки? -Рожать сам будешь. – я подмигиваю старшему Шистаду и надеваю солнечные очки. -Сынок, хочешь сестричку? – он неугомонный. -Угу. – что-то мычит Томас, полностью поглощенный телефоном. -Ну вот, решено. – Кристофер улыбается и целует меня. -Посмотрим. – ну не могу же я сразу с ним согласится.